Но так ли оно на самом деле?
— Все, Филька. Ты устал, я устала. Ночь на дворе. Предлагаю по стаканчику текилы. По-мексикански…
Будем! Ты закусывай, закусывай… Здесь тебе не Техас и не Мексика…
Мне, что ли, к вам податься? Скажем, в занятном виде внучатой племянницы Сан Саныча. Той медсестры, которая из Филадельфии.
— А что? давай! милости просим. Можешь и моей собственной легендарной кузиной сказаться. Либо любимой тетушкой из штата Массачусетс. Не возражаю.
Я старичка Бармица достаточно обработал, по самые бакенбарды обошел, обаял, ровно околдовал нечестиво…
— Погоди, обаятельный ты наш и благочестный. Кой-какое дельце есть у меня для тебя… Конгрегация взяла в разработку некую ведунью зловредительную. Надо бы ее угомонить…
Филипп поперхнулся текилой и скривился от дольки лайма, мигом ставшего зверски кислым и горьким. Ни ясновидение, ни предзнание с прогностикой чего-либо подобного ему в тот момент не внушали, не предвещали…
«Диос Омнипотенте! Одно лечим, другое калечим. Синтагматически, из рака ноги…»
— Никак тебе поплохело, милок? Ничего, бывает. Через часик-другой после ментальных упражнений апперцепция и прекогниция в норму приходят. Не боись, салага!
— Скажешь тоже! Валяй сюда досье на эту старую колдунью ясновидящую. В оборот бабушку нынче ночью возьмем?
— Не торопись, Фил. Не сегодня и не завтра по местному времени. Трое суток тебе на подготовку.
— Одному?
— Молодец! Прогностика у тебя быстро восстановилась. Значит, скоренько что к чему усечешь и вникнешь, братец Фил.
Вероника подала команду с клавиатуры, опустив настенный экран, и спроецировала на него изображение на первый взгляд совсем не старой женщины располагающей внешности, добродушной, домовитой, озабоченной проблемами мужа и детей. Хотя на других мужчин тоже посматривающей с женским неудовлетворенным интересом.
— Календарный и психологический возраст 32 года, белоросска из дреговичей, замужем не была, детей и близких родственников не имеет, — сухо прокомментировал внешние данные объекта инквизитор Филипп.
Он последовательно индуктивно просмотрел несколько жанровых сцен, где ведьма-ворожея мило улыбается малышам в парке; кормит во дворе голубей и бродячих кошек; по-деловому закупает провизию в универсаме. Красуется в примерочной кабинке дорогого спортивного магазина, откровенно любуясь своей фигурой в закрытом купальнике.
— Нинель Януарьевна Купрянчик. Воспитана в сиротском приюте. Крещена в греко-католической обрядности. Официально тренер по плаванию в детско-юношеской спортивной школе. Ведовство практикует подпольно. Склонна к нарциссизму, собрала немалую коллекцию фаллоимитаторов разных размеров. Любовников в данное время не имеет, — немного добавила к объектным сведениям арматор Вероника.
Инквизитор Филипп всмотрелся в видеозапись, демонстрирующую, как ведунья со знанием дела выбирает мясо на рынке, и без тени сомнения произнес:
— Способна наводить точечную летальную порчу и сглаз с эффективностью около 60 процентов. Общее количество жертв не менее пяти, возможно, семь или девять.
— Достоверно прозреваются только три летальных исхода, рыцарь Филипп. Последним она пять дней тому назад оприходовала одного моего конфидента из секуляров, используемых втемную.
Хороший был мужичок, но жена-мегера его заказала. Нашим объектом ему однозначно магически подстроен заказной несчастный случай.
На кухне ненароком бедняга споткнулся, упал и прям головой угодил в микроволновую печь. Агрегат самопроизвольно включился, и нашего конфидента в бессознательном виде запек в угольки. Когда вонючий дым повалил из форточки, соседи вызвали пожарных.
Говорят: харч из себя метали налево-направо все подряд, кто занимался телом…
С достоверностью до 80 процентов объект прорицает день и час смерти любого человека, чей графический образ на материальных носителях подвергает ведовству. Если сама распределяет летальные вероятности, то эффективность магического злодеяния снижается до 40–60 процентов. Пяти последовательных заклятий ей хватает, чтобы фатально угробить секуляра, не защищенного крещением и молитвой.
— Так точно. Атеистов она убирает с первой попытки. Неплохой результат для ведьмы, не помнящей родства, коллега!
— В основном Нинель Купрянчик промышляет любовными приворотами, возвращением в семьи блудливых мужей, в совершенстве владеет разлучными заговорами.
— Хм… блюдет моногамную нравственность. Любопытно… Плюс мужененавистничество и нарциссизм…
Сестра арматор! Прибегает ли наш объект к участию в азартных играх, в лотереях, делает ли ставки у букмекеров?
— Нет данных, инквизитор.
— Да-да, иначе с эдаким основательным ясновидением она бы несомненно оказалась под орденским наблюдением. Следовательно, прорицает, чего и кого ей стоит опасаться.
— Безусловно, рыцарь Филипп. На этом основании прецептор Павел вам предоставляет ситуативный карт-бланш.
— Вот оно что? Казнить смертию иль помиловать, всухую лишив способностей к магии и колдовству?
— Именно так, рыцарь-неофит.
— Что ж… годится. Мне отмщение и воздаяние. Разберемся по ходу дела…
— Вот таким, братец Фил, ты мне гораздо больше нравишься.
Понял теперь, неофит неотесанный, что есть сознательно разделять секущие плоскости реальности? И над самим собой властвовать, оболтус?
— А как же-с? Мы учим, нас учат… Занятия, понятия, сверху вниз и снизу доверху, тетенька арматор. Иерархически.
— Коли так, извольте, сударь, ознакомиться с инструкцией пользователя вот этим занятным, понятным и забавным артефактом — игольчатым сапфиром-экстрактором…
Филипп Ирнеев возвратился в Техас, после того, как русский писатель Сан Саныч на дальнем холме давно уж плотно пристроился с биноклем и бумажным блокнотом для записей наблюдений за полудикими мустангами Бармица. Старый любитель дикорастущей природы предпочитал, чтобы его никто не беспокоил во время увлекательных фенологических обсерваций.
У Филиппа и в мыслях не было нарушать приватность старичка-лошадника. В Америке права частного человека положено уважать. Видимым образом американской жизни или же совершенно незаметно для непосвященных.
— 4 -
Право слово, Джон Бармиц-Второй не счел неудобством или нарушением приличий, если о прихворнувшем сэре Сэнди-Сэнди пару недель позаботится, приглядит племянница из Филадельфии.
Э-э… как там ее зовут, эту медсестру? С некоторым трудом Джон Бармиц припомнил ее имя: мисс Джудит Фланеган, кажется.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
