8
Приказ о введении на Украине военно-полевых судов был подписан командующим германскими войсками на Украине генералом Эйхгорном 25 апреля и объявлен на следующий день. (КМ, № 64, 29 апреля 1918. Заседание Малой Рады от 27 апреля. Речь премьер-министра).
9
Германские военно-полевые суды были учреждены в 1890 г. Им были подсудны дела граждан стран, которые находились с Германией в состоянии войны. Само германское правительство понимало наличие противоречия между существованием мирного украино-германского договора и введением военно-полевых судов, но объясняло необходимость издания указа беспорядками, в том числе и частыми единичными убийствами германских солдат (КМ, № 118, 23 июля, № 120, 25 июля 1918).
10
В ночь на 27 апреля дивизии из пленных украинцев, находившиеся в Киеве, были разоружены. По заявлению военного министра Украины атамана Жуковского, ночью немцы, окружив казармы, обезоружили 1 -и и 4-й полки одной из дивизий (один из полков стоял в Киеве, другой — под Ковелем). Жуковский потребовал, чтобы арестованные в казармах солдаты были освобождены, а германская охрана в казармах, имевшая на вооружении пулеметы, — снята. Германский военный атташе заявил, что вышло недоразумение (там же, № 64, 29 апреля 1918 г. Заседание Малой Рады от 27 апреля. Запрос о разоружении украинских солдат).
11
Там же, № 64, 29 апреля 1918 г. Заседание Малой Рады от 28 апреля 1918 Машинописная копия. Речи М. Г. Рафеса и Н. В. Порша.
12
В «Гауптаусшуссе» рейхстага 4 мая происходили по этому поводу горячие прения. Германский вице-канцлер Ф. фон Пайер сказал, что продовольственные соображения были основными при решении вопроса о вводе на Украину германских войск (Алексеев. Уроки прошлого).
13
С некоторыми оговорками все то же самое можно сказать и о политике на Украине Австро-Венгрии. «Мы получили от Украины значительно меньше, чем мы надеялись», — указывал в своих воспоминаниях граф Чернин. Он, однако, считал, что без этого продовольствия Австро-Венгрия вообще не была бы «в состоянии дожить до следующего урожая. Статистически доказано, что весной и летом 1918 года мы получили от Украины 42.000 вагонов. Было бы невозможно достать эти съестные припасы из какого-нибудь другого места» (Чернин. Брест-Литовск, с. 174).
14
Алексеев, Уроки прошлого.
15
Там же.
16
По свидетельству бывшего министра сельского хозяйства Украины, «так как это распоряжение совпало со временем весенних посевов, то самочинные посевы на чужих землях, во многих случаях с осени заготовленных владельцами, приняли еще более широкие размеры» (АИГН, 157/2, с. 1).
17
КМ, № 118, 23 июля 1918.
18
Там же, № 64, 29 апреля 1918. Заседание Малой Рады от 27 апреля. Речь премьер-министра.
19
Там же, речь Янько.
20
Там же, Заседание Малой Рады от 28 апреля.
21
Там же.
22
Там же.
23
Там же, № 118, 23 июля 1918.
24
Вот как на следующий день описывала происшедшее газета «Киевская мысль»:
«Около 3.30 ч. дня к столу печати во время речи Рафеса подходит один из членов рады и сообщает, что [...] здание рады оказалось окруженным немецкими солдатами, которые никого не выпускают. Сообщение это тем же членом рады было передано и председателю М. С. Грушевскому, который спокойно продолжал вести заседание. [...] Рафес кончил уже свою речь, когда по лестнице, ведущей в залу заседания, происходившего на третьем этаже, раздался топот солдатских сапог. Дверь за столом президиума в 3 ч. 45 мин. вдруг распахнулась, в ней появился германский лейтенант с отрядом германских солдат в касках, вооруженных винтовками со штыками и револьверами [...]
— Где здесь военный министр Жуковский? Где здесь министр внутренних дел Ткаченко? — стал громко называть лейтенант, командовавший отрядом. — Где министр Ковалевский? Где директор административно-политического департамента Гаевский? [...] — Я здесь, — отозвался только директор административнополитического департамента министерства внутренних дел Ю. И. Гаевский.
По команде лейтенанта [...] Гаевский был арестован и выведен из зала заседания. [...] Командир отряда продолжал производить розыски гг. Ткаченко, Жуковского и Козловского [...]. Один за другим переписываются все присутствующие на заседании члены рады. Каждый зарегистрированный депутат отводится затем под конвоем в отдельную комнату, рядом с залом заседания, где вскоре очутились все члены рады [...]· У дверей выходящие подвергаются беглому наружному осмотру,— нет ли у них оружия [...]. Затем в здании рады начался общий обыск. Все выходы рады были заняты войсками. Перед зданием рады тоже стояли немецкие войска с пулеметами и броневиком. [...] Был увезен и оказавшийся в здании рады управляющий министерством иностранных дел г. Любинский. Последний был вскоре освобожден. Здание рады опустело. Все находившиеся там лица были оттуда удалены. У дверей были поставлены немецкие патрули. [...] Вечером [...] немецкие караулы из здания рады были удалены [...]. К вечеру в доме рады возобновилась жизнь [...]. — Что же, наконец, произошло? В чем дело? Разогнаны мы или нет? [...] И на этот вопрос никто ясного ответа дать не мог» (там же, № 64, 29 апреля 1918... 3аседание Малой Рады от 28 апреля 1918).
25
Алексеев. Уроки прошлого.
26
Не исключено, что в преддверии этого переворота и вводились на Украине германские военно-полевые суды. По крайней мере, именно такой суд судил арестованных членов правительства, формально обвинявшегося немцами в коррупции и похищении симпатизировавшего немцам финансиста А. Ю. Доброго. Суд этот широко освещался в те дни прессой и производил большое впечатление. Вот что записала в своем дневнике современница тех событий: «В середине лета слушалось дело об увозе Доброго. Следствие нарисовало неприглядную картину административного произвола. [...] Отношение [немецкого] военного прокурора Трейде поражало и возмущало сквозившим в нем презрением к подсудимым [...] Речь талантливого [германского] обвинителя пестрела брезгливыми ироническими словечками» (АИГН, 157/9).
Следует отметить, что похищение Доброго было произведено в ночь на 25 апреля, до объявления приказа фельдмаршала Эйхгорна о введении на Украине германских военно-полевых судов. И подсудность членов украинского правительства по обвинению, в похищении Доброго военно-полевому суду была, разумеется, нарушением закона. В свое оправдание немцы указывали на то, что Добрый не был освобожден после обнародования указа (КМ, № 118, 23 июля 1918).
По обвинению в похищении Доброго перед германским судом предстали военный министр Алексей Жуковский (33 года, эсер), бывший директор административно-политического департамента министерства внутренних дел Раевский (31 год, эсер), чиновник особых поручений Александр Осипов (26 лет, беспартийный), начальник милиции Богацкий, бывший начальник уголовно-розыскного отделения Красовский, министр внутренних дел Ткачен-ко и его супруга, премьер-министр Голубович. 26 июля в 8 вечера комендант г. Киева немецкий генерал Вейке утвердил вынесенный военно-полевым судом приговор: Голубович и Жуковский были приговорены к двух годам тюрьмы каждый; Гаевский, Осипов, Богацкий и Красовский — к году (там же, № 121, 26 июля 1918).
Так называемое похищение Доброго на самом деле было лишь попыткой высылки его, видимо, в Россию, так как Добрый, по политической принадлежности кадет, стоял за выполнение Украиной всех взятых на себя в Брест-Литовске экономических обязательств. Кроме того, он собирался продать немцам свои сахарные заводы. Короче, Добрый был настроен прогермански, и за это, на основании августовского закона 1917 года о высылке «из пределов Украинской республики всех тех, кто считался вредным для интересов республики», был тайно арестован. В ответ германский посланник на Украине фон Мумм в ультимативной форме потребовал, чтобы «похищенный» Добрый был во что бы то ни стало обнаружен (там же, № 118, 23 июля; № 120, 25 июля 1918).
27
Протоколы заседаний ВЦИК IV созыва, с. 220.
28
На 73-й день существования советской власти в Петрограде Ленин торжественно заявил Артуру Рэнсому, корреспонденту «Манчестер Гардиан» в России, что основная цель русской революции уже достигнута: большевики продержались на один день дольше Парижской коммуны и гибель советской власти теперь не страшна, так как главный вклад в мировое коммунистическое движение уже сделан (Фишер. Жизнь Ленина, с. 231).
