Легко одетая девушка вошла в комнату. Черты ее лица были слишком резкими, чтобы она была красивой. Она была меньше ростом и более худая, чем окружавшие Майкала люди. Кожа ее имела другой оттенок.
— Это очень маленькая цель для стрельбы, ваше высочество, — сказал Майкал.
Хотя девушка была ему чужой, он устал убивать.
Тут он сообразил, насколько близкими кажутся ему люди расы м’Эртцла. Если бы их соответствующим образом одеть и научить языку, они вполне обычно смотрелись бы на улицах его родного гетто. Но их мысли, похоже, сильно отличались от его собственных.
— Сойдет, — сказал принц. — Все равно эти серфы ни на что другое не годны.
Майкал Вендал быстро вскинул иглострел и, не думая о жалости, которая только смутила бы его, нажал на курок. Девушка упала замертво. Ее юбки еще продолжали опадать, когда Майкал понял, что он совершил.
Принц и еще двое людей пошли посмотреть на девушку. Они осмотрели черное пятно на грудной клетке, куда попал заряд.
— Замечательно, — сказал принц.
Завершив осмотр, они вернулись к столу. Принц взял новый кусок мяса с тарелки и впился в него зубами. При этом он бросил взгляд на Майкала и увидел, что тот бледен.
— Ты болен, юноша?
— Ваше высочество, у меня на родине не принято есть в присутствии мертвых. Мой народ строго соблюдает обычаи.
— Да, но сейчас ты не в своей стране, а у нас здесь более разумный взгляд на вещи.
«Причинять зло всем, кому пожелаешь, — подумал Майкал. — Люди вроде тебя всегда считают это самым разумным».
— Разве ты забыл, что наши бедные предки питались такими, как она? — сказал принц, показывая на девушку. — Конечно, это случалось нечасто. Эти серфы ничуть не похожи на нас, как тебе известно.
«Конечно, не похожи», - подумал Майкал.
Он больше не чувствовал голода. Он смотрел, как другие едят, но боль, которую он чувствовал, не имела ничего общего с муками голода. Он испытывал отвращение ко всему, что успел здесь сделать.
Когда ужин закончился, появился камер-паж, чтобы указать м’Эртцлу и Майкалу, где они будут спать. Принц велел Майкалу явиться утром и объяснить, что необходимо для создания оружия. Майкал спустился по лестнице вслед за камер-пажем и оказался в холодной каменной комнате. Она очень напоминала ту, в которой он спал в крепости м’Эртцда, только окно было стеклянное. Надо полагать, Майкал прибыл в центр местной цивилизации. Он быстро заснул и постарался не видеть снов.
ГЛАВА VIII
Молчаливый слуга, из серфов, разбудил Майкала на следующее утро. Он был первым человеком этой расы, которого Майкал увидел вблизи, не считая убитых им. Мужчина был намного более хрупкого телосложения, чем Майкал и люди расы м’Эртцла. Майкал предположил, что при желании кто-нибудь из господ мог бы легко сломать руку слуги.
Майкал оделся и пошел в том же направлении, что и вчера. Вокруг никого не было. Он вошел в зал, где вчера ужинали. Следы ужина — блюда и тело служанки — были убраны. Без сомнения, об этом позаботились послушные слуги — быть может, братья и сестры убитой девушки. Майкал задумался, как они отреагировали. Приняли ли они ее судьбу так же легко, как господа, считая такое обращение с ними нормальным? Конечно, они могли так думать.
М’Эртцл вошел в зал вслед за Майкалом. Они стояли, глядя друг на друга.
— Похоже, никого нет, — сказал Майкал.
— Я никогда еще не видел, чтобы здесь было так пусто и тихо. Пойдем во двор.
Они прошли через несколько залов и вышли во двор. Там собирались группами вооруженные люди. М’Эртцл и Майкал пересекли двор и вошли в надвратную башню.
Они поднялись на самый верх по лестнице, минуя комнаты с молчаливыми солдатами. Наверху они окинули взглядом пустое пространство вокруг башни шириной две сотни метров. На башне были лучники с полными колчанами стрел. Там же находился один из вчерашних сотрапезников принца, наблюдавший за происходящим внизу.
На равнине было полно воинов в желтой одежде, вооруженных пиками, верхом на ящерах. Они производили маневры вне пределов досягаемости стрел. Надо полагать, это и была армия короля, встречу с которой им обещал вчера утром умирающий солдат.
Майкал обратился к лорду:
— Что случилось?
— Похоже, старый король Цлшл держит нас за горло. У него вдвое больше людей, чем у нас. Нам некого звать на подмогу. Нам не спастись. Меня ничуть не радует мысль о том, что с нами будет.
— Как долго мы сможем выдержать осаду? — спросил Майкал.
— Если король выберет осаду, мы продержимся несколько месяцев. Но я не думаю, что он так поступит. Он может взять замок штурмом, учитывая численный перевес его войска. Каждый второй его солдат умрет, но он возьмет замок еще до заката. Я бы на его месте предпочел штурм осаде.
— Где принц? — спросил Майкал.
— Он советуется с генералами. Они где-то во дворце. Возможно, в башне. На месте принца я бы попытался бежать. Наше положение безнадежно.
Майкал и м’Эртцл вернулись во двор, а оттуда во дворец. Похоже, не было смысла разыскивать принца.
— Есть ли у тебя что-нибудь, что помогло бы нам спастись? — спросил м’Эртцл.
— У меня ничего нет, Я бы мог что-то сделать, если бы у меня была моя лодка, но ты не позволил мне взять ее. В ней есть другое оружие. Но я бы, возможно, нарушил правила Ассоциации и воспользовался им.
— Буква закона. Здесь речь идет о наших жизнях. О твоей — ничуть не меньше, чем об остальных. Король Цлшл ничего о тебе не знает. Его люди прикончат тебя вместе со всеми.
— Я буду драться до конца своим оружием. Что мне еще делать?
Они сели за стол и стали ждать. Ждать было нечего, кроме атаки и плена, и выбора не было. Но Майкал знал, что м’Эртцл сказал неправду; его заметят. И его вряд ли ранят, разве что убьют.
М’Эртцл, который еще недавно казался таким уверенным и знающим, все больше уходил в себя, замыкаясь в скорлупе дисциплины, которая делала его солдат такими молчаливыми и машиноподобными. Через некоторое время лорд поднялся и вынул из ножен меч,
— Это — ничто против стольких воинов, — сказал он задумчиво. — Но я должен исполнить свой долг.
Возможно, Майкал почувствовал бы жалость к нему, если бы не безвыходность их положения. Судя по всему, м’Эртцлу осталось жить очень недолго.
— Должен быть какой-нибудь выход, чтобы выбраться из замка, — сказал Майкал.
— Я поклялся защищать принца. У меня нет выбора.
Он был как деревянный — во всяком случае, реагировал на слова Майкала именно так. Он приготовился к смерти и, казалось, ждал ее почти с нетерпением, как будто она была ему предписана. С таким равнодушием аборигены Лхонца-4 ожидают, что весной у них выпадет часть волос.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
