Понятно, не все дипломатические работники поначалу достаточно глубоко знают историю страны пребывания, так как им просто не было известно, где придется им работать впоследствии. В таком случае одной из главных обязанностей является ознакомление хотя бы с основными событиями исторического прошлого этой страны.
Легче бывает тем работникам, которые заранее, возможно, еще в стенах учебного заведения знают, какой страной или группой стран им придется заниматься. Для них стоит вопрос лишь об углублении этих знаний.
Каждый образованный человек, особенно имеющий гуманитарное образование, в какой-то мере знаком с историей Древней Греции, Древнего Рима, кое-что знает о Египте и династиях фараонов, о Китае, Индии и Японии. В общих чертах ему известна история США, Франции, Италии, Англии, Германии, да и некоторых других стран.
У всех нас, особенно у людей старшего поколения, больше врезались в память яркие, «красивые» факты из истории Древней Греции и Древнего Рима. Учебники, историческая и художественная литература пестрят датами событий, скажем, сражений в периоды Пунических войн, именами крупных политических деятелей, ученых-мыслителей, литераторов тех времен. Любой образованный человек слышал о таких выдающихся личностях Древней Греции, как Гомер, Аристотель, Платон. Или о такой фигуре, как царь Македонии Александр Македонский. Или из римской истории – Юлий Цезарь, Помпей, Катон, Август, Брут.
В какой-то степени эти знания полезны и даже нужны. Они являются неплохой «визитной карточкой» для дипломата. Но еще важнее знание более поздней или, как ее называют, новейшей истории, ее главных событий и деятелей.
Советским дипломатам обязательно нужно досконально знать историю своей страны. В безусловный минимум знаний входят наиболее яркие страницы из летописи братских социалистических государств и других стран Европы, Азии, Африки, Латинской Америки.
Мне не раз доводилось в ходе бесед с представителями стран Запада касаться тех или иных событий из их истории. Не раз зарубежные деятели озадачивали скудными знаниями фактов истории своих стран, которые у нас основательно изучаются.
Нечасто я встречал и людей с высоким положением, которые знали, например, кто такие Джордж Беркли, Дэвид Юм, Адам Смит, Давид Рикардо, других крупнейших ученых из английской истории. Нечасто доводилось беседовать и с теми, кто читал Данте, Байрона, Шиллера, Гегеля, Канта.
Отрадно, что сегодня все слышали о Марксе, хотя далеко не все из зарубежных дипломатов знают, как называется его исполинский труд – главная книга жизни. А что касается чтения «Капитала», то из всех моих высокопоставленных зарубежных собеседников – представителей капиталистических стран только один сказал, что он пытался с ним ознакомиться.
Знакомство с текущими событиями, даже чисто внутреннего характера, в жизни страны пребывания тоже должно входить в обязательный набор обязанностей советского дипломата. Без этого он не сможет уверенно поддержать разговор, если тот выйдет из колеи, диктуемой ранее согласованной темой, и перейдет на внутриполитическую обстановку. А такого рода отклонения от темы бывают частыми. Они иногда приводят к интересным высказываниям представителя страны пребывания. Это важно также и потому, что обогащение разговора за счет вовлечения в него непредусмотренной темы способствует созданию в ходе беседы более непринужденной атмосферы, что вообще имеет немалое значение в дипломатической деятельности.
Как все это запомнить?
Вполне естественно, что при огромном объеме разнообразных фактов, сведений, событий, которые должен знать дипломат, встает немаловажный вопрос:
– Как все это запомнить?
Ведь в его работе возникает масса случаев и обстоятельств, когда ему приходится полагаться на свою память. В такой обстановке многое зависит от способностей человека. У одного – лучше память, у другого – хуже, у третьего она дает серьезные осечки. Как же быть?
Мне случалось встречать людей, которые жаловались на то, что память их часто подводит. Что по этому поводу можно сказать? Не бывает памяти абсолютной. Нельзя найти ни одного человека, который бы помнил все, что он видел, слышал или читал. Но если человек, а тем более дипломат, укрепляет себя в мысли о слабости своей собственной памяти, то для него это просто скверно.
Гораздо лучше и разумнее не жаловаться на свою память, а тренировать и развивать ее. Она должна постоянно совершенствоваться, в результате чего ее можно будет не только поддерживать, но и усиливать. Необходимо иметь больше оптимизма и уверенности в своих силах.
Огромное значение для дипломата имеет сознание того, что выполняемая им работа нужна, полезна. Тут сразу же встает вопрос об отношении к делу людей с разными убеждениями. Одни работают во имя мира и дружбы между народами, другие – для подстегивания гонки вооружений.
Те, кто трудится на благо мирной жизни, устранения угрозы новой войны, служат не только своей стране, но и всему человечеству. Их убеждения нравственны в самом высоком смысле этого слова. И напротив, те, кто защищает и проводит в жизнь политику военных приготовлений, вражды между народами, посягательства на неотъемлемые права и законные интересы других стран, кладут свои убеждения на чашу весов милитаризма и агрессии. Эти убеждения безнравственны, аморальны.
Таково реальное положение вещей. Убеждения дипломата, работающего против мира, – объективно это преступление, пусть и бессознательное. Ничего не меняется от того, что субъективно тот или иной дипломат может считать, что его деятельность служит доброму делу. Он является жертвой соответствующего воспитания, обучения, а порой и дезинформации.
А разве мало среди дипломатов капиталистических стран тех, кто сознательно отстаивает узкие интересы класса эксплуататоров, отдавая себе отчет в том, что это не отвечает интересам трудового народа? Есть и такие, для которых превыше всего соображения материального порядка, социальные привилегии.
Дипломат без твердых убеждений похож на торговца, которому все равно, что продавать, лишь бы продать. Подобный работник является неподходящим, непригодным для дипломатической службы государства, проводящего политику мира. Для таких государств, в том числе Советского Союза, нужны убежденные работники, активные и волевые бойцы за осуществление этой благородной политики.
Кто из деятелей, имеющих отношение к внешней политике, кто из опытных специалистов такого рода не встречал при различных обстоятельствах дипломатических работников, которые с легкостью меняют свое мнение и даже убеждение по тому или иному вопросу?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
