Джек, где там у тебя мачта? Ну-ка покажи.
С каждым прочитанным предложением в глазах Патриции все ярче разгорались костры инквизиции.
— Какой же ты ублю-док. Принуждаешь молодых девушек к такому разврату! Эту миру и кораблю в частности повезло, что я оказалась здесь сегодня!
— Кстати, об этом… — Под снежинкой послышался сонливый голос Селе.
Моя помощница стала постепенно подниматься опираясь на тело Патриции, а когда ей удалось это сделать, то она обняла ее одной рукой за грудь, а второй за живот. Ее полузакрытые глаза отдавали алым отсветом, а на губах играла немного наивная и в то же время злая улыбка. — Капитан принимает только по записи… — Селе приблизилась к щеке Патриции, а после провела языком снизу вверх, от чего бедную снежинку аж передернуло.
— И вас в списках, увы нет.
С этими словами, Селе с такой силой швырнула Патрицию в стену, что я думал она выйдет не только из комнаты, но и покинет собственное тело.
В туже секунду как я ушел с траектории выстрела, кровать опустела. Все валькирии, что были в комнате, включая вроде бы спящих до этого момента кошкодевок, устремились в сторону снегурки.
Что было не менее приятно, не успела Патриция отлипнуть от стены, как ее тут же впечатала туда с новой силой Фелиция.
— Джек, не стой столбом, тащи ошейник.
Уже через несколько секунд, девушка стояла на коленях с заведенными за спину руками.
Первой заговорила Селе. — Хорошо, что все хорошо кончается, Джек. Дальше надеюсь вы справитесь без меня. А мне надо привести себя в порядок. — моя помощница развернулась и стала уходить. Выглядела она сейчас и вправду так, как будто на нее слон высморкался. Но из необычного в ней было не только это. Она двигалась по другому, смотрела по другому и говорила по другому. Уже когда она оказалась на пороге, я решил прояснить ситуацию.
— Велиона? — Услышав это имя валькирия остановилась и бросила в мою сторону мимолетный взгляд.
— Может быть… — Она улыбнулась, а потом добавила. — Буду считать, что вы теперь должны мне, капитан Джек. — За ней из каюты вышло еще несколько девушек. Все улыбались и были какими-то слишком довольными. Кроме Кэтрин. Она вышла засунув два пальца себе в нос. Ибо нехер байки всякие рассказывать.
В каюте сейчас, не считая голограмму Ка-чан, остались только я, Дюран, Химеко и Фелиция. Ну и Патриция, которая сейчас пыталась испепелить меня взглядом.
— Так как ты говоришь пронесла его на борт?
— Я тебе ничего не скажу демон!
— Расскажешь. — На Патрицию в ту же секунду свалился приказ от ошейника.
— Р-раскажу… — Ее серые глаза стали округляться от происходящего. — Э-это фамильное…АРГХ!.. Что это за магия!?
— Говори давай.
— Э-это фамильное оружие. Много лет передается из рук в руки. От матери к дочери. Я могу призвать его, если он сокрыт от взгляда.
Фелиция выслушав объяснение, выкинула винчестер в коридор и закрыла дверь, а мне стало интересно как это работает.
— Покажи. — Девушка снова заупрямилась и опять пришлось подавить ошейником. Стоило мне это сделать, как из под ее шубы тут же вывалился ранее улетевший дробовик.
— Вот как…Интересно. Встань и сними шубу. — Патриция выполнила, то о чем я ее просил. Сейчас она осталась только в белой кофточке и юбке ниже колена.
Винчестер снова улетел в коридор.
— Призови его. — Валькирия сначала нахмурилась, потом покраснела и выполнила мой приказ. В этот раз ружье выпало у нее из под юбки.
— То есть, место появление должно быть сокрыто… понятно. Раздевайся.
— Н-не надо. Пожалуйста… — Лицо белоснежки стало напуганным. Вся злость и ярость как будто водой смыло. Сейчас Патриция была похожа на обычную девушку. На девушку, которая тыкала в меня дробовиком. Это я тоже помню.
— Джек, что ты творишь?! — Тут уже вмешалась Химеко с Дюран, начавшие наперебой меня отговаривать от моего замысла. — Хватит стращать снежинку. Она дура, конечно, но очень прошу тебя не делай этого.
— Это почему? — Дюран ничего не ответила, а только задрала кофту Патриции, под которой была белая блузка, а под блузкой на белоснежной коже красовался жуткий, огромный вертикальный шрам.
— Вот почему. Ружье вернется к ней в любом случае. Думаешь тебе одному приходила такая чудо мысль “откуда вылезет оно, если ты будешь абсолютно голым”?
Я тяжело вздохнул и снова посмотрел на скованную приказом Патрицию. Не знаю чего она сейчас больше боялась. Того, что я заставлю ее призвать оружие без одежды или того, что я смотрю на ее оголенный живот. Но волновало меня сейчас не это. У меня остался еще один важный вопрос.
— Когда ты пришла, то сказала, что наставишь меня на путь истинный во имя богинь…
— Фелпии и Иделин. — Договорила за меня снежинка.
— Да, точно. — А я в свою очередь, перевел взгляд на Фелицию, которая перехватив мои мысли просто пожала плечами.
— Хорошо… Богинями чего по твоему являются эти двое?
— Тебе-то какая разница, животное? Но, что бы ты знал Иделин — богиня мира. Фелпия — богиня войны. Две прекрасных и чистых сестры, которые следили за людьми, чтобы они ни в чем не нуждались. Фелпия направляла воинов, придавала их сердцам храбрости в трудную минуту. А Иделин следила, за теми, кто ждал их дома. Великие богини. Тебе, грязное животное, нельзя даже имени их произносить. Самое твое существование оскверняет этот мир!
Было забавно наблюдать, как она брызгая слюной во все стороны, пытается меня убедить в том, в чем похоже сама не разбирается. Я только почесал затылок и еще раз посмотрел на Фелицию.
— Ну и. чистая ты наша. Как ты это объяснишь?
— Понятия не имею, Джек. Возможно, те крохи информации, что дошли до нашего времени, были неправильно истолкованы. Но важно не это. Даже если были напутаны имена. Бог в которого верит смертный все равно получит свою энергию, хоть и значительно меньше. А здесь как бы… пусто.
Глаза Патриции стали бегать между мной и Фелицией. — О чем вы? Что вы имеете ввиду?
— О том, что ты нихрена не веришь ни в Фелпию, ни в Иделин.
— Да как ты смеешь!?
— Смею. Давай начнем с того, что имена богинь ты перепутала местами. — Я еще около получаса объяснял ей в чем она не права и в каких местах есть неточности. Особенно про чистую и непорочную Идель. Ну и про мудрую Фелпия, тоже отпустил пару сальных. Патриция все время хмурилась и по началу постоянно меня перебивала. После очередного выкрика я просто заставил ее засунуть оба пальца себе в нос. Удивительно насколько это повышает собранность
