— А вдруг есть? — не унималась Тали. — Мы должны помочь ему и высвободить!
— Допустим, есть, но если даже Серебряный король не смог вызволить чародея, то как же у нас получится?
— Ты же сам волшебник!
— Эээ, — вздохнул Иннеллиус. — Волшебник волшебнику рознь, я и не такой уж сильный чародей, это по всему видно.
— Как так? — удивилась крылатка и уселась старцу на плечо.
— Сильные чародеи всегда в гуще событий, им выпадают важнейшие свершения, если достойны они, — Иннеллиус задумчиво поглядел куда-то вдаль. — А я ничего особенного не делал, ибо для величия в волшебстве одного чтения книг недостаточно.
— Но ведь я же с тобой! — воскликнула фея с обидой. — У других волшебников нет таких жён, неужели этого мало?
— А ведь ты права! — спохватился Иннеллиус. Ему стало неловко, что он невольно обидел крылатку. — С твоей помощью мы наверняка Альзиарауна высвободим! — он улыбнулся фее, поднялся с камня и уверенно двинулся к пещерам.
Они осмотрели несколько ходов, но, разумеется, никакого чародея там не обнаружили. Даже следов обвала не наблюдалось.
Однако Тали была неутомима и продолжала исследовать пещеры. Углубившись в одну настолько, что даже исчезла из поля зрения Иннеллиуса, крылатка вернулась вскоре взволнованной и напуганной.
— Там чудовище в пещере! — воскликнула она, прячась в складках балахона старца.
Иннеллиус сильно удивился, поскольку не ощущал присутствия негативной энергетики, но решил, что всё же не стоит рисковать, и уже собрался уходить, как вдруг что-то потянуло его обратно.
— Ты куда? — испугалась крылатка, вылезая из складок балахона и взмывая в воздух.
— Я, всё-таки, гляну одним глазком, что там за чудище, — сказал он, двинувшись в темноту каменных сводов. — Очень уж интересно, а ты подожди меня тут, если боишься.
Тали была не в восторге от такого решения, но всё же врождённое любопытство пересилило страх, и она полетела следом за Иннеллиусом.
* * *
Иннеллиус ступал осторожно, для безопасности выставив вперёд посох и старательно всматривался в темноту пещеры не только обычным, но и магическим зрением. Никаких чудовищ внутри, как будто бы, не было, и старец успокоился, как вдруг у самого уха затрещало и что-то промелькнуло мимо глаз. Иннеллиус инстинктивно отпрыгнул назад, спрятался за камнями и затаился.
— Это чудовище! — прошептала Тали на ухо мудрецу, встав ножками на плечо.
— Может, просто летучие мыши, — попытался успокоить её, а заодно и себя, Иннеллиус. Впрочем, голос его дрожал и это не очень удалось. — В пещерах живут такие создания с перепончатыми крыльями, называют их летучими мышами, и некоторые из них, говорят, любят пить кровь.
Тали нахмурилась:
— Я же говорю, что чудовища! — она поспешила спрятаться в нагрудный карман балахона Иннеллиуса.
Из глубины пещеры стало сочиться едва уловимое голубоватое сияние, Иннеллиус сразу заметил его. Ход шёл с уклоном и где-то там внизу, видимо, расширялся, образуя нечто вроде залы. Именно оттуда и виднелся свет. Иннеллиуса стало разбирать любопытство, свойственное любому волшебнику, особенно путешествующему, и он, преодолев страх, выбрался из укрытия, осторожно двинувшись на сияние.
Ниже стал вновь слышен странный треск и, чем дальше спускался старец, тем сильнее становился звук. Как он и предполагал, ход завершился большим пустым пространством со сводами, с которых свисали сталактиты Из пола же пещеры росли бесчисленные сталагмиты. Местами и те и другие срастались в сталагнаты, образующие колонны, словно бы созданные искусным скульптором, и преграждали дальнейший путь. Иннеллиус двинулся вдоль нерукотворной колоннады, пытаясь найти проход, и вскоре обнаружил искомую брешь. Вокруг было уже совсем темно, и тогда Тали взяла немного пыльцы с собственных крыльев, подбросила пылинки в воздух, и пространство тотчас озарилось ярким зелёным светом.
Взору открылась вся глубина пещеры, и то, что было в ней. Сразу за колоннадой в полу виднелся ров с оплавленными краями, доверху наполненный гигантскими чёрными жуками — скарабеями, больше напоминающими миниатюрные танки или дартгротов. Невероятно, но тела их действительно были сотканы из стали и имели ряды заклёпок, характерных для рукотворных чудовищ Фаур-Каста. Это они издавали тот неприятный треск. То и дело часть жуков взлетала изо рва, собираясь в стаю, делал вираж по пещере и возвращалась обратно. За рвом на полу в центре пещеры в позе "лотоса" восседал совсем дряхлый старец с длинной белой бородой и такими же волосами. Его фигуру окружал шар, сотканный голубоватым сиянием, и именно его свет и был видим снаружи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Иннеллиус не поверил глазам, неужели легенда о Серебряном короле и чародее Альзиарауне была правдой?! Верилось в это с трудом, однако внешне медитирующий субъект полностью соответствовал описанию.
— Это тот самый маг! — воскликнула Тали и, выбравшись из кармана, полетела к старцу.
Иннеллиус лишь ахнул, не спев перехватить крылатку, а та уже была надо рвом с жуками. В этот момент скарабеи с жутким гулом взмыли в воздух и накинулись на фею. Иннеллиус уже собирался применить волшебство для защиты юной летуньи, но к его удивлению Тали легко вырвалась из окружения жуков. В следующее мгновение фея сверкнула слепящим солнечным бликом, обернувшись сгустком света, и жуки, опалив усики и крылья, устремились прочь от неё.
Старец в глубине пещеры, выглядевший до того момента спящим или находящимся в глубокой медитации, поднял голову и, щурясь, уставился на летунью. Его лицо выражало полнейшее недоумение, словно он пробыл здесь лет триста и напрочь позабыл о существовании остального мира.
Тали, вернув прежний облик девушки с крохотными стрекозиными крылышками, зависла перед лицом старца, старательно всматриваясь в черты его аристократического лица. Ей казалось, что она уже где-то видела сего философа. В этот момент скарабеи вновь взмыли в воздух, заполнив пещеру отвратительным треском стальных крыльев аки настоящие дартгроты. Они устремились к Тали, очевидно, собираясь атаковать, но крылатка вновь обернулась сверкающей звездой. Волна света сферой распространилась по пещере, ударив по стальным жукам, словно была осязаема, и отбросила стрекочущих созданий назад, впечатав в стены и своды. Те же, кто не успел взлететь, застыли на месте. Иннеллиус не понимал, что происходит, но рискнул наклониться ко рву и набрать скарабеев в ладонь. После энергетической атаки, проведённой Тали, они оказались обездвижены, напоминая теперь искусно сделанные статуэтки.
Старец меж тем поднял руку и подставил ладонь крылатке, Тали опустилась на неё и уселась на бугре Венеры у самой линии жизни. Они продолжали неотрывно глядеть друг на друга, словно обмениваясь некой информацией, Иннеллиус, не решаясь нарушить сей контакт, просто наблюдал за происходящим со стороны, совершенно не догадываясь, кто перед ним, и что бы это всё могло значить…
Граффити 6
Парень в розовой куртке появился около кирпичной стены и тотчас принялся рисовать. Краска лилась фонтанами, он едва успевал менять опустевшие баллончики, чтобы поспеть за вдохновением, и вскоре на грязной стене разыгралось эпичное сражение. Несметная армия уверенно наступала на город, но была повержена каменным великаном…
Вдруг рядом с мастером граффити возникла стройная девчушка в жёлтой кепке, она всмотрелась в рисунок и удивлённо подняла брови: разве это было самым важным и главным ныне? Художник задумался и вдруг начал закрашивать уже почти готовую картину белым сразу из двух баллончиков.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Девушка была права, и он, безусловно, согласился с ней. На вновь пустом полотне они уже в четыре руки старательно изобразили девушку в плаще и шарфе, идущую по заснеженной улице. Вот она: огромные серые глаза, наивный взгляд, она непременно вам понравится!
