В итоге мэр направился к выходу, а я последовала на голоса друзей.
И успела увидеть воссоединение Книжули и Фоли.
Темный гримуар подлетел к ней первым.
– Любимая…
Сара воспарила со столика, и они переплелись закладками.
– Любимый!
Марель умиленно за ними наблюдала в сторонке, Матильда прятала мокрые глаза.
– Ужас. Любовь – это слабость, не должно быть привязанностей. Только цель, сила и боевой топор, – раздался бесстрастный голос Брунгильды.
– Бруня, ну ты и зануда, – прошелестела недовольно Книжуля. – Лучше давайте выпьем чаю. Марель, у тебя остались травяные сборы от Кота?
– Последняя порция, берегла для особого случая, – копаясь в своем переднике, сказала мышка.
– Пошлите кого-нибудь за чайником!
В итоге через несколько минут мы уже расселись на большом диване в гостиной. На низком столике стоял изящный фарфоровый чайник, чашки и блюдца, а также конфеты ручной работы, пирожные и булочки. В воздухе витал аромат свежезаваренного отвара.
– Булочки попробуй, Аделюшка, – Марель пододвинула ко мне тарелку. – Я от безделия и переживаний маялась и заглянула на кухню. В итоге мы с кухаркой приготовили, по рецепту нашего домового.
Я послушно взяла одну сдобу, откусила кусок…
И выпечка выскользнула из пальцев, едва раздался оглушительный треск.
Я поднялась на ноги. Гримуары взлетели.
Источником шума была входная дверь, распахнувшаяся порывом ветра. Порог тут же припорошило снегом… Еще один порыв ветра, пробирающий до костей. И из полумрака улицы в особняк, пошатываясь, вступил окровавленный Лаор, оставляя страшные следы…
Глава 12
Я тут же поспешила к нему. За мной – гримуары, нечисть и лакей, который как раз вышел в холл. И мы успели вовремя – Лаор не свалился плашмя на пол, мы подхватили его под руки.
– Вот же… приличных слов мало, – ошарашенно выдала Сара.
От закладок Брунгильды отделилось зеленое сияние, которое искрами рассыпалась над инкубом, а после вернулось к ней. Самая древняя из ведьминских гримуаров хриплым голосом высказалась:
– Я могу сказать одно – можно готовить похоронный ужин и начать точить клинки для провод. Таких мы не выхаживали.
Остальные голоса потерялись, потому что мой пульс буквально меня оглушил. Сердце забилось где-то на уровне горла. Дрожь прошлась по спине, и ей вторили подрагиваюшие пальцы.
– Ты только держись, – проговорила я дрожащим голосом, окидывая наемника внимательным взглядом и холодея от увиденных увечий.
Его буквально исполосовали… раны выглядели страшно, кровили, в открытых участках торчали кусочки земли и веток. Словно после того как поразали, инкуба как следует протащили за шкирку по какой-нибудь лесополосе. И застрявшие в ранах дары природы определено мешали регенерации.
– Несем в гостевую спальню на первом этаже, – распорядилась я слуге.
Молодой мужчина, кажется, его звали Рич, кивнул. Я мимоходом подумала, что за такое самообладание, пожалуй, стоит выписать премию.
Тут из коридора выступила Бэтси и увидев Лаора, тоже перепугалась не на шутку. Схватилась за сердце и выпалила:
– Леди Харвис, на нас снова напали?
– Нет, к счастью. Но лорду Лаору нужна помощь, принеси в зеленую гостевую бинты, теплую воду, спирт и мои снадобья из желтой сумки.
Экономка побежала исполнять.
Лакей помог устроить наемника на кровать, снял сапоги, пока я занималась тем, что срезала с него и так испорченную одежду. И только удостоверившись, что больше его помощь не нужна, ушел.
В просторной спальне остались я, Марель, Сара и Бэтси.
– Только не помирай, – попросила инкуба Марель, сидя в изголовье и касаясь золотых волос наемника. – Мы к тебе привыкли, нельзя так, Лаорушка…
– Неужели такой заказ опасный взял? – вздохнула Сара, тоже встревоженно летая вокруг.
– Вам все скажи – и вы накатаете новую жалобу в налоговую, – неожиданно приоткрыв глаза, ответил хрипло мужчина.
У меня едва тряпка из рук не выпала, но я вовремя ее удержала. Вернула в тазик с уже красновато-коричневой водой. Жестом указала его унести, и Бэтси бодро отреагировала и пошла в очередной раз обновлять воду.
– Жив! – облегченно вздохнула мышка, следя за тем, как я аккуратно очищаю раны от грязи. И слегка дрожащим голоском добавила: – Судя по твоему состоянию, Лаорушка, ты такой заказ взял, словно заработать на особняк побольше и прямо напротив королевского дворца?
– И ведерко жемчужной икры в довесок к домику для особенно грустных и одиноких вечеров, – вставила ехидно Книжуля. Но было видно, что магическая книга тоже перевела дух. Более того, от нее к инкубу потянулись тонкие золотистые ниточки силы. Одну из них подхватила Марель, и цвет стал ярче, наливаясь сиянием. Нечисть и артефакт делились с Лаором силой.
– Ты как? Врача позвать? – спросила я, хотя и заметила такую особенность – только я очищаю ранку, как она начинается затягиваться прямо на моих глазах. Конечно, не быстро, но, наверное, к рассвету может быть и затянется окончательно. Поразительно.
– Я еще не готов грустно пировать деликатесами, но и вам к отпеванию готовиться не надо, – ответил куда бодрее Лаор. – Не нужно ничего мазать на порезы. Заживет само.
– Да мы уже заметили, – отозвалась я. – Кто так с тобой?
– И как ты выжил? – добавила уже Сара. – Вообще, интересно, вот если тебе руку оторвет… Сможешь прирастить?
– Или ногу, – Марель не осталась в стороне.
– Адель, я говорил, что у тебя кровожадные друзья? – повернув голову в мою сторону, спросил он. А потом ответил уже гримуару: – Руку или ногу стараюсь не терять, сомневаюсь, что при всей моей хорошей регенерации удастся все в целости обратно приделать. Но я потерял сердце… Когда Адель кинулась меня спасать, оно покинуло меня и оказалось в руках одной ведьмочки.
На меня пристально уставились красивущие глаза. В самую душу заглянули!
– Смешно, – хмыкнула я, принимая от Бэтси очередной тазик с водой и новую тряпку.
– А я не шучу. Что делаешь сегодня ночью? – нежно и томно задал вопрос Лаор. И в этот момент он показался таким красивым, сильным, таким… Я даже поняла, почему таяла от наемника Лайна.
Но сердце не дрогнуло. Я продолжила очищать последнюю рану на боку – самую большую и глубокую, от всякой гадости. Не то чтобы спокойно, потому что, несмотря на то, что нас учили в пансионе оказывать первую помощь, подобное я видела впервые. Но все же состояние у меня было уже не предобморочное, как когда я увидела на пороге Лаора.
– Ночью я сплю и тебе советую делать тоже самое.
– Хм… – сначала задумался инкуб, а потом куда более притягательным голосом вопросил: – А что будешь завтра делать, Адель? Сходишь со мной прогуляться, м?
– Завтрашний день уже расписан, – пожала я плечами.
– Интересно, что сейчас не так, и почему ты не реагируешь так, как надо.
– Это что, была проверка? – догадалась я. – И какая же должна была быть реакция?
– Мало ли, вдруг ты ещё одного инкуба успела найти, – невозмутимо произнес Лаор, больше не строя из себя умирающего. Приподнялся на локтях и даже устроил под головой подушку. – А надо было, разумеется, броситься ко мне на шею, сказать, что мои чудесные глаза покорили тебя до самых панталон и…
– Лаор!
– Ну ладно, тогда просто броситься на шею и осыпать поцелуями. Можно страстными, а можно просто горячими – я не капризный.
– Тоже не тянет.
– Ну тогда хотя бы, на крайний случай, для нечувствительных дев с темпераментом бревна, ты могла бы хотя бы покраснеть и потупить глазоньки!
– Восхитительно.
– Но ты всего этого не сделала. Точно не успела откопать моего соклановца и по-быстрому поддаться его чарам?
– Точно-точно.
– Ну тогда реально странно, что на тебя мои чары не действуют. Можно сказать, даже обидно. Впрочем, есть еще вариант, что в тебе сильна кровь саламандеров, выходцев из нашего мира. Но даже они хоть частично, но поддавались очарованию инкубов и суккубов.
– Утешу – я считаю, что ты симпатичный, – щедро похвалила я.
– А мне кажется, что все из-за того, что сердечко Адель уже занято! – вспорхнула со столика Сара и подлетела ближе.
– Кем это? – спросила я, несколько удивленная данным заявлением.
– Спасителем, конечно. На белом мэрсе.
Я кашлянула и решила не отвечать. Потому что демоны знают это сердце с его странными запросами! Очень странно говорить об искренних чувствах к мэру когда совсем недавно я считала себя без памяти влюбленной в Рея. В общем… грустно оно. И немножко неловко.
Но я быстро себя взяла в руки и напомнила о другом, более важном вопросе:
– Так кто на тебя напал,
