субъективных искажений биосоциального потока.
Мы говорим об обеднении духовного мира современной личности в условиях ментального глобализма. Однако мы делаем это обеднение сами, но не путем воровства духовных ценностей или материальных благ, а стрессом сообщества и невостребованностью общечеловеческих ценностей. Но созерцание и обесценивание ментальности человека не может не быть объективным в рамках диалектического глобализма. Это лишь временная невостребованность и никакие технократические уловки или неолиберальные фантазии не отменят целостность личности с сообществом.
Объективная направленность ментального глобализма предусматривает рассвет разума, а не созерцательной «мышеловки». Она неуклонно ведет к глобализации самих общечеловеческих ценностей и их восприятию, к ожесточению борьбы объективного духовного с субъективным материальным. Гуманизм – критерий зрелости общества, а не его технократический прогресс. Многие социальные пороки исходят от недостатка согласия личности самим собой. Созерцание лишь притупляет ментальность и такое согласие, обедняют процессы очеловечивание. Тогда на смену ему приходят страшилки трангуманистов и подобных им.
Последнее время все больше говорят о кризисе системы образования и потере смысла жизни. Наверное, нужно говорить о кризисе всей культуры из-за значительной ее невостребованности в условиях ментального глобализма. Тогда это кризис всей политической системы, ударившейся во все тяжкие материальности. Но тогда это и кризис мышления от становящейся созерцательности ментальности личностей. Коренные причины инфантильности молодых людей кроются в непроцессном, созерцательном их мышлении по вине, прежде всего, неразумия сообщества.
6.7. Объективность антиглобализма
Антиглобализм следует рассматривать как ответную реакцию на искажение ментального глобализма, которая выражается непосредственно в тенденции нивелирования мышления. Также она связана с разрывом целостности между сообществом и личностью. Антиглобализм непосредственно связан с глобализмом в диалектическом взаимодействии с целью уравновешивания грегарного и капитального отборов. Глобалисты пытаются протолкнуть к действию «чистое сознание» по Эдмунду Гуссерлю, сами не понимая, что оно для них самих может обернуться боком. Само понятие «антиглобализм» буквально означает течение, противное глобализму, что в корне неверно. Однако молчать при виде притязаний современных глобалистов на мировое господство – тоже недопустимо. Даже если рассуждать по совести.
Проблема ментальности возникает тогда, когда глагольную процессность подменяют явленностью. Например, когда к ощущениям причисляют такие процессы, как воление или переживание в целом. Это относится к материалистическим подходам в целом, которые, зачастую, понятийно «затормаживают» ментальные процессы с одной стороны феноменальностью сенсорного восприятия, с другой – «сверхчувственностью» смыслов как абсолюта всеобщей выразительности. Феноменологическому ряду органически присущи не модусы как категории мышления, а модальность как физическая стихия. Такое «сочетание модальности и модусности в субъективности подтверждает их субъективно-объективную диалектическую связь. Ментальность это не количество, а качество. Кто может перековать количество в качество – тот обретает мир. Для этого нужна связь, но не количественно-количественная, а количественно-качественная, процессная. Это и будет ментальность в виде истинного антиглобализма.
Антиглобализму следовало бы принимать формы не противодействия глобалистам, а продвижения смысла самого глобализма к социальным вопросам, в массы. Иначе получается борьба ни за что. Так часто бывает, если отсутствует методологическая платформа мировосприятия, в том числе диалектическая. Тогда ломают многие копья впустую, не затрагивая самой матрицы предмета спора или борьбы. Так получается, что с одной стороны проводятся в жизнь нечеловеческие идеи с упованием на несовершенство человека в условиях небывалого технического прогресса. С другой стороны идет механистическое сопротивление «отсталого мира» за материальную и социальную обделенность, без осознания сущности глобализма.
В результате действия антиглобалистов навевают сообществу мысли о конце человеческой цивилизации по вине непонятого ментального глобализма или нигилизма коллективного разума. Получается, что антиглобализм винит технический прогресс в смертных грехах, принимая его благо за зло. Тогда методология антиглобализма как течения за справедливость должна быть нацелена на проведение в сообщество принципов диалектического глобализма. Тогда ментальность может приобрести разумную платформу в соответствии с объективной направленностью на созидание. В этом случае трансгуманисты со своими идеями по «улучшению человека» будут страдать как в аду.
Глагольный модус, эта бесконечная субстанция выразительности разумного бытия, присущ процессу вообще, а ментальности в частности. Обычные модусы склоняются к невербальной актуализации и относятся, как правило, к феноменологии чувственной сферы субъективного. Хотя для сенсорных эффектов более целесообразно применять терминологию модальности. Причем, ментальная глагольная модусность находит свои «корни» в диалектической формулировке «начал» мироздания вне возможности неразвития. Тогда как феноменальная модусность характерна для материалистических подходов к ментальности, когда процесс подменяется явлением. В этом случае антиглобализм вынужден играть роль помощника исказителей объективности.
Антиглобализм должен входить в общественное осознание и ментальности в качестве объективного требования к созиданию. В том числе, объективного требования информации к негоэнтропийному структурированию. Это означает, что такие глагольные модусы как, например, воление, аффектация, желание, устремление могут существовать лишь в «сфере» ментального, то есть в процессе объективного или «Не-Я». То, что чувственность лишена диалектической модусности как таковой, свидетельствует об их безусловной дискретности. Процесс не может переходить в явление, как и его модусность не применима к дискретному, застывшему в своем развитии. Однако такое соотнесение достаточно условное, поскольку объективное процессное существует только в диалектической связке со сферой субъективного в виде «Я» – «Не-Я». Так что возня вокруг «глобализма» с обеих сторон принимает недиалектический характер. Она уже не красит разум своими кризисами и войнами.
Антиглобализм возник на почве социетального неравенства как протест властимущим. Неосознанные его потоки спорадическими вспышками потрясают сообщество. Но пока он не организован в целостное течение против современных глобалистов, извращающих смысловые доминанты существование человеческой цивилизации. Более того, те же трансгуманисты ведут к мировому развалу устоев жизни. К сожалению, возгласы антиглобалистов о том, что сообщество ведут к гибели, несут в массы негативные эсхатологические потоки пугающей беды. Понятно, что нужно винить при этом определенные неолиберальные круги. Но не за глобализм, а за их неразумие. Чрезмерность такого подхода очевидна.
Что касается перетолков вокруг ментальности, то ее лучше характеризовать как разумность там, где обычно считается полезность. Ментальность это осмысленная одухотворенность мышления в условиях глобализма. Ну, а если разложить по-русски, то это просто: «умение осмысленно думать». Как много у нас людей с высшим образованием остаются недостаточно образованными, потому что не работают над собой: что дали – то дали. А все ли ты взял? А если взял, то где твоя отдача? Так вот, ментальность это умение думать, имея человечность, как духовную базу. А также собственное миропонимание, часто идущее вразрез с общественными устоями, запуганные глобальным кризисом и трансгуманистами.
Однако объективность антиглобализма очевидна. Не беда, что Вам, например, трудно дается поиск смыслов и истины, главное, что действует глагольный модус поиска. Поиск, говорят, «дело благородное», мы и истину-то ищем в бесконечном поиске, хотя заведомо знаем, что ее не найти в абсолюте. Важно «жить своим умом». То
