быстрым шагом двигался по коридорам «Стража», погруженный в собственные мысли.
По поразительно пустым коридорам, которые некогда были полны членами экипажа, техниками, патрулями штурмовиков…
Сейчас же его солдаты проливали кровь, умирая без малейшей возможности отразить нападение.
Потому как против них действовали дроидеки — кошмар и ужас Войн клонов и последующих десятилетий.
На борту «Стража» не было боеприпасов, которые могли бы вывести из строя этих механических убийц. Не было и достаточно мощного стрелкового вооружения, чтобы пробить щиты.
Фактически, его люди — как армейские специалисты, так и штурмовики — гибли зря. Это сражение они проиграли, едва оно началось.
Дроммель этого не понимал, или же, что наиболее очевидно, не хотел понимать.
И это еще печальнее.
Мало того, что они долгие годы провели здесь, на отшибе галактики, только и мечтая о возвращении хотя бы в обитаемую галактику, так теперь еще и должны погибнуть… За что?! За неуемное эго Дроммеля?! Который не в силах понять и принять то, что происходит?!
Безумие.
Начавшееся тогда, когда они только оказались здесь. Продолжившееся репрессиями в отношении членов экипажа, которые стали роптать против политики Дроммеля, который брезговал даже выйти на связь с кем-либо из имперцев. Он так боялся потерять последний свой осколок власти, «Страж», что совершенно наплевательски относился ко мнению своих подчиненных.
Как результат — экипаж перемещен на планету без возможности выбраться оттуда. Благо удалось хотя бы уговорить Дроммеля развернуть базы на дикой планете, чтобы обеспечить защиту оставшимся в живых после Тантива V и репрессий адмирала ста семидесяти девяти тысячам членов экипажа корабля.
А вместо них, долгие годы штурмовики и армейцы восстанавливают корабль, полагаясь на единственный шаттл, который пережил сражение и остался цел.
Но и тот не вернулся.
Вместо них прибыла «Химера». И после слов гранд-адмирала у Гастоса еще теплилась надежда на то, что Дроммель воспользуется предложением, выторгует себе свободу, но перестанет удерживать экипаж… Хатт побери! Да забирай ты себе это корыто, будь оно не ладно! Отпусти людей! У тебя ауроидума полный трюм, купишь себе рабов, заплатишь наемникам, вольным работягам, да кому угодно: пусть они и прожигают свои жизни здесь, в глуши!
Но это безумие должно прекратиться!
Вот только как…
Повернув в коридор, ведущий к центральному компьютеру, полковник замер как вкопанный.
Перед его глазами предстал отряд штурмовиков.
Девять человек, закованных в броню, с оружием наперевес…
Полковник машинально мазнул взглядом по наплечникам, намереваясь узнать кто нарушил его приказ и на кой хатт они держат позиции рядом с запасным командным пунктом в то время, как за их спинами разгорается сражение.
Вопрос так и остался не озвученным.
Вместо этого вверх поднялись сразу два объекта — руки полковника, и огнемет в руках штурмовика ТНХ-0333.
501-ый легион уже контролировал сердце «Стража». Но об этом пока еще никто не знал.
* * *
Синий световой клинок вошел в грудную пластину брони и вышел из спины, оборвав жизнь штурмовика.
Вырвав из тела световой клинок, Фодеум крутанул оружие в руках, отражая серию выстрелов от группы солдат, которые спешили к ним, ведя огонь по двум одаренным, прорвавшимся в главный трюм. И не надо долго размышлять над тем, какие именно намерения преследовали штурмовики «Стража»: они пытались прикончить обоих.
Но сделать это в окружении тысяч огромных контейнеров с припасами — не такая уж и простая задача.
Именно поэтому парочка вооруженных световыми клинками разумных без особых для себя проблем переводила засады штурмовиков в локальные сражения, истребляя противника малыми группами в узких пространствах.
Там, где не бластер решает как долго ты проживешь, а твое умение в ближнем бою.
К несчастью для штурмовиков — что джедай, что дженсаарай в этом деле могли дать «куколкам» сто очков вперед.
А потому падали во все стороны отрубленные руки, ноги, исполосованные тела.
Оба одаренных прекрасно понимали, что долго им не продержаться, но по плану так и не должно было случиться.
Да, они действовали на пределе свои сил, но и натиск штурмовиков слабел. В чем была причина ни Фодеум, ни его наставник не знали, но предполагали, что действия гранд-адмирала Трауна каким-то образом отразились на эффективности попыток штурмовиков взять их в окружение.
Корабль ощутим дрожал, что говорило лишь об одном — он вел сражение. Получал и наносил удары, яростно огрызаясь ими и стараясь уничтожить противника до тех пор, пока…
Внезапно ход сражения изменился.
Послышались звуки катящегося металла по палубе. Мелодичные звуки развертываемых дефлекторных полей и…
Незабываемые звуки скорострельных бластеров.
— Дроидеки! — истошно заорал кто-то из числа тех, кто имел намерение уничтожить обоих диверсантов.
Но больше он ничего не успел — звуки перестрелки и крики агонии умирающих штурмовиков, которым нечего было противопоставить смертоносным машинам — заглушили абсолютно все.
Штурмовикам стало не до парочки джедаев, которые держались вблизи центральной группы транспортных контейнеров.
А человек и мон-каламари, издав возгласы облегчения, погасили свое оружие и медленно сползли на пол вдоль стенки одного из вскрытых ящиков.
В недрах которого поблескивал ауродиум…
* * *
С каждой микросекундой Дроммель раздражался все больше.
— Полковник Ниови! — рычал он в комлинк. — Какого хатта отключился центральный компьютер? Почему у нас пропали дефлекторы?!
Чудовищных размеров корабль содрогнулся один раз, когда посреди корабля появилось несколько пробоин — «Химера» продолжала обстреливать корабль.
Даже несмотря на попытки маневрировать, Траун удерживал свой звездолет точно под брюхом «Стража». Там, где его могли достать лишь самонаводящиеся противокорабельные ракеты.
Но без центрального компьютера это стало невозможным! Потому что данные о целях поступают именно оттуда! А попадают недра огромной вычислительной машины непосредственно от систем сканирования.
Тот, кто вывел центральный компьютер из строя фактически заставлял их стрелять «на глазок». И если артиллеристам турболазерных и ионных пушек еще можно было хоть как-то попасть по противнику при таких раскладах, то операторам пусковых установок — однозначно нет. Разве только по тому ударному крейсеру… Но его капитан держался за пределами дальности орудий, словно в насмешку дразня и отвлекая артиллеристов, которые нет-нет, но все-таки умудрялись пальнуть по видимому противнику, когда не могли найти цели получше.
Ох, если бы он не потерял у Тантива V свои истребители, то сейчас задал бы…
— Ниови! — яростно заорал Дроммель, желая добиться хоть какого-то ответа от своего заместителя.
Затем огромный корабль внезапно содрогнулся у него под ногами, и несколько офицеров рухнули на палубу. Сам же Дроммель отлетел к переборке, больно ударившись плечом о металл контрольной панели.
— Что происходит?! — заорал он, схватившись за ближайшую консоль, чтобы удержаться на ногах во
