— Значит, мы останемся, чтобы продолжать сражаться? — спросил Валерий. — Вы уничтожили половину укреплений.
— До этого не дойдет, — произнес примарх. Он выглянул в окно, наблюдая за тем, как из вычурных башен и садов поднимается густой дым. — Гвардия Ворона уходит, но не обратно на Освобождение. Наша следующая цель — Кхалгорст. Там располагается гарнизон Несущих Слово. Мы ударим по ним прежде, чем Хорус узнает о случившемся здесь.
Коракс обернулся и взглянул на командоров.
— Это не Великий крестовый поход. Больше нет согласия, нет гарнизонов. Мы боремся так, как всегда боролась Гвардия Ворона. Мы сражаемся и отступаем. Мы наносим удар и избегаем удара в ответ. Есть другие, кто будет противостоять всей мощи предателей, и я поддерживаю их, но одним этим способом в войне не победить. И мы восстановим былую численность, медленно, как и прежде, но становясь сильнее, пока наши враги слабеют. Изменники позволили Гвардии Ворона выжить, и эта ошибка дорого им обойдется. Мы будем сражаться с Хорусом при любой возможности, пока не истощим его силы. Мы не можем победить Воителя в одиночку, но приложим все усилия, чтобы он не одержал быстрой победы.
Эпилог
Омегон слепо шел к своим покоям на борту «Альфы», которые он делил с другими легионерами, ноги сами несли его по коридорам и уровням. Он знал, что Хорус получил генетическую информацию, и это решало очередную проблему.
Атитиртир ждал его прямо за дверью, чужацкая климатическая сфера возбужденно дрожала.
+ Я ощущаю, что ты двуличен. +
— Твое ощущение до раздражительности верно, — сказал Омегон и присел на кровать. Наполненная газом сфера теперь висела на уровне его глаз.
+ Неразумно было передавать генетический материал примарха Хорусу. Это изменит баланс сил в его пользу. Ты рискуешь отдать победу в руки Изначального Уничтожителя. +
— Тогда нам повезло, что в переданном нами материале есть изъян, — ответил Омегон. — Фабий не сможет усовершенствовать технологию. Слуги Изначального Уничтожителя впустую потратят множество жизней, чтобы достичь невозможного.
+ Я ощущаю, что ты гордишься своим выводом. Ты что-то от меня утаиваешь. +
— Твои эмпатические способности начинают утомлять, — заметил Омегон. — Нам больше не нужен посланник Кабала. Теперь мы можем сами решать свою судьбу.
+ Это не вариант. Кабал должен направить ход войны к правильному окончанию. В противном случае возникает риск отдать победу в руки Изначального Уничтожителя. Ты становишься непокорным. +
— Мы частенько так делаем, — сказал Омегон и, поднявшись, быстро схватил сферу.
Антигравитационные двигатели пронзительно взвыли, когда шар попытался вырваться из руки примарха.
+ Этот сосуд неуязвим для тебя и любого твоего оружия. Попытки навредить или угрожать мне бессмысленны. +
— Я вовсе не собираюсь вредить тебе, мой наполненный газом дружок, — произнес Омегон.
Примарх подошел к двери и открыл замок. Покинув покои, он направился к ближайшему лифту. Атитиртир без устали визжал все время, пока они спускались на посадочные уровни, но Омегон заранее отдал приказ, чтобы персонал покинул палубы. Территория вокруг четвертого отсека была безлюдной. Миновав бронированную дверь, Омегон направился между рядов закрепленных «Громовых ястребов» по обе стороны взлетной палубы.
+ Я не понимаю твоих намерений. Твое поведение неприемлемо. +
— Я просто отправляю тебя обратно на твой корабль, — сказал Омегон, отпустив сферу.
Атитиртир выплыл из рук Омегона, хрипя непонятные проклятия в адрес примарха.
+ Я не могу обнаружить свой корабль. +
— Уверен, он появится, — произнес Омегон, шагнув обратно к двери. — Может, через пару-тройку веков.
Закрыв за собой дверь, примарх открыл канал связи.
— Управление четвертого отсека, говорит ваш примарх. Немедленно открыть внутренний и внешний шлюз, полная очистка атмосферы.
— Так точно, лорд, — прозвучал ответ.
Взвыли аварийные сирены, и Омегон представил, как поднимается бронированный портал взлетной палубы, открывая необъятное звездное пространство снаружи. Воздух ураганом хлынет в космос и унесет за собой назойливого мелкого пришельца. Уверенный, что задача выполнена, Омегон отправился назад в покои. Предстояло еще многое сделать. Теперь, когда генотех находился в хранилище «Альфы», его воины действительно станут легионом.
Гэв Торп
Коракс: Кузница души
Действующие лица
XIX ЛЕГИОН, ГВАРДИЯ ВОРОНА
Корвус Коракс — примарх
Агапито — командор Когтей
Соухоуноу — командор Ястребов
Бранн — командор Рапторов
Страдон Бинальт — технодесантник
Навар Хеф — сержант Рапторов
XVII ЛЕГИОН, НЕСУЩИЕ СЛОВО
Азор Натракин — библиарий-колдун
Сагита Алонс Неорталлин — кабальный навигатор
МЕХАНИКУМ КОНСТАНИКСА-2
Дельвер — архимагос, мастер Япета
Вангеллин — когносценти магокритарх Атласа
Лориарк — магос кибернетики Третьего округа
Бассили — биологис, примус когенитор, Третий округ
Фиракс — магос биологис, Третий округ
Сальва Канар — магос логистика, Третий округ
Лакриментис — когитаторис регуляр, Третий округ
I
Он давно не испытывал таких чувств. За все те десятилетия, что миновали с тех пор, как он вместе с примархом освобождал родной дом от технократов-поработителей, Агапито не ощущал подобной целеустремленности. Она горела в нем, давала силы за пределами трансчеловеческой физиологии, каждый удар силового меча становился еще мощнее благодаря праведности мотива.
Справедливость.
В командоре Гвардии Ворона клокотала ненависть, которая без колебаний бросала его на рабов проклятых Несущих Слово. Последовав за Кораксом в Великом крестовом походе Императора, Агапито обрел цель и решимость, но слепая ярость, направлявшая его в битву, сейчас затмевала чувства долга и преданности.
Сама судьба послала ненавистного противника в руки Гвардии Ворона. Случайная встреча на границе системы Кассик — у Несущих Слово вышел из строя варп-двигатель, и они не сумели скрыться. Агапито сполна воспользуется представившейся возможностью.
Это было провидение, хотя какая высшая сила сыграла свою роль, Агапито не знал, да это командора и не волновало. Убийцы его братьев умрут. Предательство на Исстване будет отомщено, по одному изменнику за раз, если потребуется. Воспоминания о тысячах Гвардейцах Ворона, которых Несущие Слово перебили, словно насекомых, походили на кинжалы, вонзившиеся в грудь командора, их удары заставляли его идти все дальше.
Он заметил легионера-предателя среди членов команды, запрудивших коридоры, чтобы защитить ударный крейсер от высадившихся Гвардейцев Ворона. Вид Несущего Слово вызвал новый поток воспоминаний: орудийный и лазерный огонь, выкашивающий воинов в Ургалльской низине, с каждым залпом оставлявший десятки мертвых сынов Освобождения; вокс-сеть, заполненная криками умирающих и шоком предательства; воины, рядом с которыми он сражался много лет, погибающие от рук хладнокровных убийц.
Получеловеческие сервиторы и обезображенные прихвостни легионеров-предателей едва ли представляли опасность и легко разлетались в стороны от ударов Агапито. В закоулках ударного крейсера Гвардия Ворона не знала себе равных. Агапито сеял кровавое разрушение мечом и кулаком, прорубая и прокладывая путь сквозь давку мутировавших противников, не обращая ни малейшего внимания на клинки и булавы, которые грохотали по доспехам.
Возвышаясь над массой уродливых врагов, Агапито не сводил глаз с Несущего Слово, который понукал своих последователей бросаться на Гвардейцев Ворона. Десятки рабов гибли от ужасных ран, пока Агапито и его легионеры пробивались по коридору. Вырвавшись из толпы, командор замер и уставился на легионера в красных доспехах, который ждал в паре метров от него. Несущий Слово поднес цепной меч к решетке шлема — насмешливый салют и вызов на смертельный поединок.
Агапито был здесь не для схватки, не для обмена ударами и блоками, не для того, чтобы определить лучшего. Он был здесь, чтобы мстить, карать, убивать.
Выстрел из плазменного пистолета прожег бронированную грудь Несущего Слово, едва тот опустил клинок, и керамит с плотью превратились в оплавленный шлак. Несущий Слово повалился лицом на палубу, а Агапито ринулся дальше, врезавшись в недолюдей, которые служили легиону Лоргара. Еще пару секунд, ураган ударов и выстрелов, и вот Агапито уже стоял на груде поверженных врагов. Отделение его Когтей — как и он, выживших на Исстване — собралось вокруг командира.
