идти со мной, но я не оставила ей выбора.
– Чуть было не случилось, – мрачно ответила я. – Ваше Величество, я отниму совсем немного вашего драгоценного времени…
Я сжато изложила то, чему стала свидетельницей, Вийна подтвердила.
– Вы полагаете, госпожа Нарен, мой сын мог пасть жертвой… – король не договорил, но я его поняла.
– Не имею представления, Ваше Величество, – хмыкнула я. – Но мне трудно объяснить, с чего он вдруг воспылал такой страстью к княжне, хотя только недавно видеть ее не желал. Равно и как то, почему он вдруг влюбился в актрису… Я полагала, что в этом не было магии, и мне не хотелось бы ошибиться, но лучше предусмотреть любые возможности!
– Понимаю вас. – Арнелий нахмурился. Мало приятного в том, чтобы сознавать: твой сын стал чьим-то орудием! А цель этого кого-то ясна: невестой принца не может стать девушка, чья репутация под угрозой, пусть даже совратил ее сам жених. Уж такие обычаи, ничего не поделать. – У вас есть предположения?
– Есть, – коротко сказала я. – Но я не могу их подтвердить. Большее, на что мы сейчас способны, это обезопасить девушку.
– А Арвейн? – приподнял брови король.
– Его сложнее опорочить, чем ее, – хмыкнула я.
– А вы полагаете, дело не дойдет до чего-либо более серьезного? – спросил Арнелий.
– Представления не имею! – нахмурилась я. – Но на что у вас полный дворец магов и придворных, Ваше Величество? Уж найдется, кому присмотреть за Его Высочеством, не так ли? Хотя бы одному-двоим вы доверять можете…
– Допустим, – кивнул Арнелий, заметно встревожившись. Все верно, если опасность будет грозить его сыну, пусть не наследнику, он сделает все возможное, но… задумается ли он о жизни совершенно чужой девушки?
Задумается, поняла я, перехватив его взгляд. Не за Арвейна, так за какого-нибудь племянника выдаст, если что, у короля их много. А Вельция Арастену нужна…
– У вас есть идеи насчет княжны? – спросила я, нетерпеливо похлопывая перчаткой по бедру. Вийна наблюдала за мной с испугом, видимо, на ее памяти с королем никто так разговаривать не осмеливался. – Ваше Величество, некогда думать, я не уверена, что нас не подслушивают и ваши лучшие маги ничего не сумеют с этим поделать!
– Они даже не в состоянии обнаружить воздействие на моего сына. – Арнелий сощурился недобро. – Так о чем же речь!
– Хотя бы о том, чтобы эти двое были под присмотром, – ответила я, – всех разом околдовать невозможно… во всяком случае, я хотела бы на это надеяться! Если кто-то заметит неладное, пусть даст знать, а там уж… да что я рассказываю, сами разберутся! Но если за принцем есть кому присмотреть, то…
– За девушкой тоже найдется пригляд, – внезапно решил король и склонился перед опешившей княжной. – Понимаю, что мы вынуждены просить вас нарушить обычаи, но сложившиеся обстоятельства не позволяют нам оставить вас без защиты. Ваш батюшка, отправив вас сюда, передал вашу судьбу в наши руки и просил позаботиться о вас, поэтому…
– Я готова, Ваше Величество, – княжна высоко держала голову. – Дозвольте только дать знать отцу, если…
– Вы всего лишь побудете в загородной резиденции, – спокойно произнес Арнелий. Мы встретились взглядами, и я поняла его идею. Ее Величество вырастила четырех дочерей, и ни одна не была замечена в чем-либо предосудительном. Ее бдительному оку можно доверить молоденькую княжну, в особенности если это невеста ее сына: за такой девушкой она будет следить, не смыкая глаз! А предупреждать Ее Величество вовсе необязательно: меньше слов – меньше вероятность того, что переговоры будут услышаны, а наш противник сделает очередной ход. – Негоже оставаться в столице в столь чудесные дни. Не сомневаюсь, вам придется по нраву арастенская зима – вы мало видали ее, оставаясь взаперти.
– Я тоже уверена в этом, Ваше Величество. – Вийна оставалась несгибаемой, хотя и не представляла пока, что ее ожидает. – Благодарю за вашу заботу.
Она снова склонилась в глубоком реверансе.
Арнелий вроде бы и с места не двинулся, не подал знака, а в кабинете появились две придворные дамы. Несомненно, сотрудницы охранного отделения: довольно молодые, миловидные, с уверенными спокойными взглядами. И чтоб мне провалиться, если вон у той в рукавах не спрятаны метательные ножи, а у другой длинные шпильки в прическе не превращаются мгновенно в грозное оружие! Плюс наверняка стилеты за корсажами, а то и боевые ножи, пристегнутые к стройным лодыжкам под пышными юбками, да еще умение превратить прозрачный, но прочный шарфик в удавку… По крайней мере, первое время за княжной приглядят и не дадут ей остаться наедине с принцем или кем-то иным. Что дальше… Не знаю. Те же дамы могут оказаться на другой стороне, тут не угадаешь. Если ни я, ни придворные маги не ощущают влияния других, кто сказал, что эти другие не способны влиять даже на сотрудников охранного отделения, пусть даже последним ставят блоки от чужого вмешательства? Вот именно, никто. Но хотя бы временно, хотя бы ненадолго…
Княжну увели, и мы с Его Величеством остались одни.
Я перехватила его взгляд и молча кивнула – он мог ничего не спрашивать, и так ясно, о чем он думает.
– Я не думаю, чтобы это касалось Арастена в целом, – сказала я осторожно. – Это…
– Началось с вашим прибытием, – закончил Арнелий. Ему и намеков не требовалось, он помнил, что случилось десять лет назад, он мог связать это с нынешними событиями и сделать выводы. – Госпожа Нарен…
– Ничего не могу сказать, – покачала я головой. Я в самом деле не могла. И потому, что не знала, и потому, что опасалась прослушки. Я уже не была уверена ни в защите королевских магов, ни в своей собственной. – Пока не могу.
– Рассчитываю на вас, госпожа Нарен, – произнес Арнелий обычную свою фразу, а я вместо гордости и желания доказать всему миру, на что я годна, ощутила только бессильную злость.
Я даже не понимаю, чего хочет от меня неведомый противник! Вернее, Лауринь высказал подходящую догадку: тот желает, чтобы я поймала его, и с этой целью подкидывает мне улики, но… При чем здесь тогда королевская семья? Как я связана с княжной Вельской?
Выходя из кабинета, я даже не смотрела по сторонам: встреться кто знакомый, он был бы обижен таким пренебрежением, но мне не было до этого дела. Полнейшая беспомощность – вот что я сейчас чувствовала. Давно мне не доводилось испытывать подобного… Даже во время первого самостоятельного расследования я ощущала лишь охотничий азарт, не более того, я не боялась ошибиться, я нащупала след и шла по нему! Сейчас следа не было, только слабые, едва заметные намеки на
