гвардейцев, но комнатная рабыня Белой сама была стара и слаба здоровьем. Белая отказывалась покупать себе другую – она говорила, что ей осталось не так уж много времени и она не хочет избавляться от своей старой рабыни, как бы мало та для нее ни делала.
Белая испустила глубокий вздох.
– Ну ладно, – проговорила она. – За работу.
– Госпожа, вы совсем выбились из сил, – возразила Каррис. – А мне необходимо поговорить с этими ребятами. Они сегодня несли дежурство…
– Я знаю, где они несли дежурство. Как ты думаешь, почему я приказала им меня сопровождать?
Каррис наморщила лоб.
– Спектр объявил войну, – сказала Белая. – Сегодня мы проголосовали за объединение наших сил.
– Прошу прощения?
– Кровавый Лес и Рутгар уже мобилизовали свои армии, и скоро они будут здесь. Для них этот исход был очевиден с тех пор, как произошло вторжение в Аташ. Однако боюсь, что никто из остальных не успеет ввести свои армии в дело до того, как участь Ру будет решена. Направлять действия Хромерии и согласовать действия с военачальниками кроволесцев и рутгарцев назначен Андросс Гайл.
– То есть промахоса не будет? – спросила Каррис. – А как же лорд Гайл…
– Как получилось, так получилось, – перебила Белая. – Все было сделано очень умно, в тот момент, когда Гэвина было нигде не найти, так что ни он, ни его новая сатрапия не смогли проголосовать. Андросс манипулировал дебатами с присущим ему умением; он прекрасно знает, как это делается. Мы были поставлены перед выбором: либо война на его условиях, либо Ру остается в руках врага. Он хотел, чтобы промахосом назначили его, так что можно считать победой уже то, что нам удалось не допустить хотя бы этого. Впрочем, подозреваю, что он и не ждал успеха. Одним словом, вот как обстоит дело. Мобилизация начнется этим утром.
Каррис открыла рот, но не нашлась, что сказать.
– А теперь, – продолжала Белая, поворачиваясь к братьям, – расскажите-ка мне, что произошло этим вечером в покоях Призмы.
Старший из братьев, Гилл, откашлялся и покосился на Каррис.
– Можешь не щадить ее чувств, – приказала Белая. – Она имеет полное право знать правду.
– Слушаюсь, верховная госпожа. Э-гм… Вчера вечером нас с Гэвином назначили на дежурство в покоях Призмы. В гвардии не хватает людей, так что, хоть мы и новенькие, это было дозволено, поскольку в ваших покоях и внизу возле лифтов дежурили более опытные гвардейцы. Призма прибыл за час до полуночи. Он поздоровался с нами и даже немного пошутил…
– Еще бы, – пробормотала Каррис вполголоса. – Пустить пыль в глаза новеньким, в этом он весь!
Гэвин Грейлинг смущенно отвел взгляд.
– Насчет этого я не знаю… Как бы там ни было, он сказал что-то насчет, э-э… насчет того, что долго путешествовал с женщиной, которую желает, но не имеет возможности получить. – Он облизнул губы, старательно глядя мимо Каррис. – И спросил, где его комнатная рабыня. Мы с Гиллом сегодня утром говорили об этом, но не смогли в точности вспомнить, что он сказал.
– Но в целом как бы вы передали общее значение его слов? – спросила Белая.
Гэвин снова откашлялся и переступил с ноги на ногу.
– Что он, гм, был бы не против, если бы кто-нибудь, э-э… составил ему компанию. Поэтому, когда появилась эта девчонка, Ана, мы решили, что он сам послал за ней. Во всяком случае, она вела себя так, будто ее ждали. А гвардейцам, дежурившим у лифта, она сказала, что за ней послали вы, госпожа.
– То есть она солгала. Что ж, это не в первый раз, – проговорила Белая. – Продолжайте.
– Ну мы ее впустили. Мы подумали, что, может быть, это обычное…
– Ваши мысли на этот счет меня не интересуют, – перебила Белая. – Что там произошло?
Гэвин Грейлинг снова поерзал, покосившись на Каррис.
– Не прошло и пяти минут, когда к двери подошла капитан гвардии Белый Дуб. Она сказала, что у нее срочное дело. Мы, э-э, пытались ее переубедить, но она, по-видимому, торопилась – как будто не хотела, чтобы ее кто-нибудь увидел в коридоре…
– Рассказывайте уж всю правду, ублюдки, – прервала Каррис с каменным лицом, но ровным голосом.
– На ее лице была косметика, и от нее пахло духами. Ее волосы были причесаны… я даже не знаю… очень красиво. Как у женщины, которая идет на… э-э, гм… как бы это сказать…
Гэвин бросил взгляд на брата, ища помощи.
– На условленную встречу, – подсказал тот.
Гэвин Грейлинг пошаркал ногами.
– Продолжай, – велела Белая. – Вы ее впустили, а дальше?
– Когда мы открыли дверь, стало понятно, что Призма… э-гм… что Ана его разбудила самым приятным образом. И что капитан гвардии не ожидала это увидеть. Капитан гвардии Белый Дуб выбежала из комнаты, а верховный люкслорд Призма стал кричать ей вслед, звать ее. Он выглядел потрясенным. Он выбежал вслед за капитаном гвардии и спрыгнул в лифтовую шахту, чтобы последовать за ней, прежде чем мы успели к нему присоединиться. Мы не знали, что делать, поэтому вернулись обратно на свой пост, а он вернулся спустя несколько минут.
Орхолам! Каррис чувствовала, что ее начинает подташнивать.
– Он был в страшной ярости на эту девушку, Ану. Мы, э-э… успели бросить на нее взгляд, когда он снова вошел в комнату, и было похоже, что она ждала, что они продолжат с того места, на котором остановились. Но он и слышать ничего не хотел! Он начал на нее кричать…
– Что именно он ей сказал? – спросила Белая.
– Что Ана стоила ему любимой женщины, – ответил Гэвин Грейлинг, избегая смотреть на Каррис. – Что он принял ее за Каррис… э-э, в смысле, за капитана гвардии… и что он не прикоснулся бы к Ане, если бы знал, что это она. Что она внушает ему отвращение. Тогда девушка стала говорить… всякие мерзости… про капитана гвардии Белый Дуб. И тогда Призма вышвырнул ее на балкон.
Орхолам милосердный! Гэвин убил эту дурочку из-за того, что она оскорбила Каррис? Ей хотелось плакать – из-за Аны, из-за себя самой, из-за Гэвина, из-за всего этого идиотского мира и разбитой любви.
– И мы увидели… – Гэвин сглотнул и поглядел на Гилла, который кивнул, показывая, чтобы он продолжал. – Он кричал на нее, вне себя от гнева, и девушка так перепугалась, что спрыгнула с балкона.
Каррис словно ударило молнией.
– Спрыгнула?!
– Да, капитан, – ответил юноша. – Призма… он просто остолбенел! Наверное, я никогда не забуду его лица в этот момент. Он сказал что-то вроде: «Всемилостивый Орхолам, я ее убил!»… А потом велел нам пойти и доложить о случившемся и сказал, что будет ждать нашего возвращения. Он выглядел таким ошеломленным, госпожа, что мы ему поверили. Мы не знали, что нам делать. Конечно, один из нас должен был остаться с ним. Нам очень жаль.
– Подожди-ка… Так он ее не убивал? – спросила Каррис.
– Никак нет. Она спрыгнула сама, – ответил Гилл.
– И вы оба совершенно в этом уверены? – уточнила Белая.
– Так точно, верховная госпожа, – ответили они в один голос.
– Настолько уверены, что сможете повторить этот рассказ в присутствии всего Спектра?
Гэвин побледнел. Гилл просто выглядел сконфуженным. Если он лгал, то делал это
