«То–то вы так падки до американских денег – потому что своей закуски на всех не хватает!» – подумал, но не сказал Причер. Он все еще был очень зол на Воровского и даже соображал, не устроил ли тот ему «темную» нарочно, исходя из далекоидущих коварных планов.
Прапорщик тем временем ловко разлил по стаканам «рабочую жидкость», оказавшуюся совершенно прозрачной и какой–то странно невесомой на вид.
– Это что? – опасливо спросил капеллан, принимая свою дозу.
– Это он! – радостно выпалил прапорщик и уставился на Причера, будто ожидая, что тот сейчас завизжит от восторга. – Он самый!
– М–м?.. – Капеллан поднес стакан к носу и осторожно нюхнул. Потом заглянул в него.
– Да спирт! – не выдержал прапорщик. – Настоящий оружейный спирт! Артиллерийский, для протирки оптических осей!
Причер оторвал глаза от стакана, внимательно поглядел на Воровского и сказал:
– Да пошли вы все в жопу!
И немедленно выпил.
Последующие несколько минут из памяти капеллана выпали напрочь. А когда сознание немного прояснилось, то обнаружил он себя на том же диване, с початой бутылкой лимонада в руке, дымящейся сигарой в зубах и радостной улыбкой от уха до уха.
Более того, он говорил!
– Понимаете, Воровский, я провожу небольшое социологическое исследование…
– Как они вас заездили, падре! – возмущался прапорщик, разглядывая капеллана и удрученно качая головой. – Ну, уроды!
– Всем задаю один и тот же вопрос…
– Буквально пару дней назад вы были в отличной форме!
– Зачем вам бессмертие?
– У вас, извините, конечно, стали пустые глаза, падре. Но выход есть – мы их сейчас зальем!
– Ну зачем вам бессмертие?
– Между первой и второй перерывчик не более двух минут тридцати секунд!
– Ну что вы будете делать с этим гребаным бессмертием?!
– Давайте, падре. Na zdorovie!
– Вы же элементарно не умеете им пользоваться! – выпалил капеллан и так лихо тяпнул полстакана спирта, будто всю жизнь в русской армии прослужил.
Запил дозу лимонадом, пыхнул вкусным сигарным дымом и спросил:
– А почему между первой и второй именно две с половиной минуты?
Спросил и понял, что это уже говорит совсем другой Причер. Умиротворенный, расслабленный, добрый. Просветленный. Все ему было по фигу – даже мичман Харитонов, в поисках которого он, собственно, здесь и оказался. Воспоминание о хриплом провокаторе больше не терзало душу. Подумаешь! Мало, что ли, в армии придурков? Зашел один, покуражился, да и хрен с ним. Как говаривал персонаж древнеамериканского эпоса «Двадцать две уловки воина» мудрый индейский вождь Йоссариан – если тебя что–то бесит, притворись, будто это прикол… «Так вот зачем русские пьют спирт! – догадался капеллан. – Ай, молодцы! Только они, как правило, не умеют вовремя останавливаться. А я сейчас возьму и остановлюсь. Ну, еще разок, может быть, выпью – и все».
– Это я у адмирала подцепил, – сказал Воровский. – Две с половиной минуты – полная готовность нашего главного калибра. Захватил цель, нажал пуск, хлопнул стакан за помин ея души, перекрестился, закусил. В это время идет перезарядка и захват следующей цели. Нажал пуск, выпил, перекрестился, бросил на зуб колбаски – и так далее, пока цели не закончатся.
– И на сколько целей хватает адмирала?
Воровский завел глаза к потолку.
– На прошлой неделе была небольшая тренировка… Так, в шахматы играли. Правда, мы пили водку, а не спирт. Но зато после каждого хода – по двадцать пять граммов на лицо. Классическая дегустационная норма. Где–то ходу к тридцатому я уже соглашался на ничью, но адмирал потребовал, чтобы противник дрался. И на сорок третьем влепил мне мат. Так и разошлись.
Капеллан припомнил, как играют в шахматы, и заметил:
– Что–то долго вы.
– Сами попробуйте! – обиделся Воровский. – Под конец вообще доски не видно ни хрена, а он говорит – долго! И кронштейны всякие мешаются, советы дурацкие под руку дают: лошадью ходи, лошадью…
Причер благодушно рассмеялся:
– Это шутка была, прапорщик. Точнее – доктор. Отлично вы меня лечите. Спасибо.
– Еще по одной! – обрадовался Воровский.
Третья проскочила совсем замечательно.
– Спирт – второе гениальное изобретение русских после колеса, – сообщил Воровский, слегка отдышавшись.
– Вы чего, прапорщик, совсем уже… того? – обиделся за американцев Причер.
– Больной, с вами проводят курс смехотерапии!
– А–а… Ладно. Ха–ха. Так нормально?
– Для начала сойдет.
– Кстати, о спирте, – вспомнил капеллан. – Могу пополнить ваш словарный запас современного американского. Есть у нас такое выражение – «пошел по–русски». Это когда человек в глубоком продолжительном запое. Не слыхали?
– Мы самая легендированная нация на свете, – гордо сообщил Воровский. – Евреи и те отдыхают.
– Так керосинить надо меньше.
– М–да? Это русский, что ли, поп оформил за неполный год тонну казенного винища?
Причер от изумления аж подпрыгнул.
– Спокойнее, больной, – посоветовал Воровский. – Не надо попусту напрягаться. Просто иногда я подслушиваю всякий пьяный кабацкий бред.
– Не мог я вам такой ерунды наговорить, – буркнул капеллан удрученно.
– А при чем тут вы? Это тыловики болтали. Кажется. Забыл уже кто.
– И всего–то полтонны… – Капеллан не собирался защищать своего предшественника, он просто терпеть не мог, когда искажали факты.
Воровский щедрой рукой плеснул ему спирта.
– Держите, – сказал он, протягивая капеллану стакан. – И утешьтесь хотя бы тем, что в русском, например, ни одной поговорки, связанной с американцами, нет. Хотя попили вы нашей кровушки изрядно.
– Сами виноваты. Ваши претензии на мировое господство…
– О–о! Чья бы корова мычала!
– Насколько я помню историю, уважаемый, – сказал Причер назидательно, – только ядерное сдерживание уберегло мир от красной угрозы. А кто сделал первую бомбу? И от кого? От вас же!
– Расскажите это морпехам, падре![17] Если б мы по–быстрому не сперли у вас технологию, вы бы нас этой бомбой и приложили… А согласитесь, землянам повезло с географией. Я вообще–то парень не религиозный, но в том, что Россию и Америку разделяет океан, вижу промысел Божий. Вплоть до появления ракетных средств доставки Атлантика мешала нам схлестнуться.
– Хорошо сказано! – оценил идею Причер.
– Иначе остались бы от вас рожки да ножки!
– Это еще как посмотреть…
– Агрессор всегда проигрывает, – заверил прапорщик. – Доказано практикой. Мы бы вас шапками закидали и фуфайками загоняли. Кто с дубиной на Русь придет, тот с дубиной в жопе и уковыляет. Так давайте же выпьем, падре, за нерушимую дружбу наших великих народов! Русский и американец братья навек!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
