кромешный ад.
А Суон и Ириска оказались в самом его эпицентре.
Когда все потухло, они вдвоем уже направляли обратно, от платформы ПРС к стыковочным терминалам «Портала». Внезапный псионный удар застал их на полпути. Суон сразу поняла, что что-то очень сильно не так, и что скорее всего они под какой-то атакой — схватив покрепче девочку, она бегом бросилась по направлению к «Огненному Ветру», насколько полная темнота позволяла ей ориентироваться в обстановке. Ориентируясь по своей старой «судейской» памяти, Суон надеялась как можно быстрее добраться до терминалов, пробираясь почти на ощупь в наступившей невесомости и мраке.
Но так не получилось.
Когда загорелось аварийное освещение, Суон было взбодрилась, но вдруг увидела, что в темноте попала в один из отсеков, где находилось множество людей. При отключении всех систем станции, она не могла бы увидеть их и не могла бы услышать, поскольку давление воздуха в этом отсеке упало до нуля, и звук перестал передаваться. Получилось так, что при вспыхнувшем оранжевом освещении аварийных систем, она внезапно обнаружила, что в невесомости она практически влетела в толпу безмолвно, но целенаправленно двигающихся людей.
Это выглядело жутко, и Суон внутренне напряглась, уже приготовившись драться — но конкретно на них толпа агрессивно не среагировала. Масса людей в считанные секунды просто подмяла и вобрала их в себя, перемешав и зажав между движущихся тел. Это произошло так быстро и жестко, что Суон ничего не успела предпринять, чтобы уклониться. И теперь, оказавшись среди плотной мешанины движущихся тел, облаченных в потрепанные грязные скафандры, Суон сама не на шутку испугалась — не за себя, за Ирис. Они обе были облачены в обноски, и кажется эта маскировка позволила остаться незамеченными в этой движущейся массе. Но кто знает, надолго ли?
Суон обеспокоенно пыталась вызвать хоть кого-то из «спартанцев» через комлинк — но связь не работала. Толпа несла их в совершенно ином направлении, в другую сторону от «Портала», и Суон никак не могла выбраться из её потока. Со всех сторон жутко давили и пихали. Задыхаясь и потея, Суон ожесточенно пыталась пробиться куда-то в сторону — но все ее усилия были напрасны.
И вдруг Суон с ужасом почувствовала, что Ириска выскальзывает из её рук. Бешено толкаясь и пытаясь удержать выдавливаемого телами от неё ребенка, Суон в отчаянии кричала и звала ее — но та не могла этого никак слышать. Случайно или намеренно кто-то заехал Суон в живот, неудачно попав на вдохе — из ее глаз брызнули слезы, сжав зубы она дернулась в последней попытке удержать Ириску. Но ее руки ощутили только пустоту и чужие, давящие, враждебные тела.
Девочка-мутант тоже изо всех сил старалась цепляться за «маму», но её детских сил не хватило — толпа разделила их своей массой. И сейчас, уносимая потоком неизвестно куда, Ирис только и старалась, чтобы ее саму не раздавили.
Вскоре заработала искусственная гравитация, не на полную мощность, но все же, и появилось давление воздуха — кажется, они переместились в другой отсек. Ирис ничего не понимала, и «маму» Суон нигде не было видно, ее кристалл остался на «Огненном Ветре», и она почувствовала себя совсем маленькой и беззащитной. Она с внезапным страхом осознала, что оказалась совершенно одна в толпе незнакомых людей. Закусив зубки, девочка старалась не разрыдаться и никак не выдать своего присутствия. Она понимала, что все, кроме «спартанцев» и других детей-мутантов скорее всего ненавидят ее и причинят ей зло, если узнают.
Попав в герметичные отсеки с нормальным давлением, минимальной гравитацией и даже освещением, хоть и аварийным — люди в толпе стали стаскивать с себя шлемы скафандров. Псионная волна отключила не только всю технику на станции, она так же вывела из строя их скафандры, и дыхательная смесь у многих уже заканчивалась. Скафандр Ирис был гурхорским, полуживым, и поэтому продолжал работать нормально — и она не стала снимать свой шлем, побоявшись, что все увидят, что она не человек, и только натянула сильнее натянула на голову маскировочные обноски.
Стало очень шумно.
Люди орали и ругались, Ирис ничего не могла понять, все были очень злые и очень испуганные. Кто-то кричал, что нужно прямо сейчас отправиться и убить всех «мелких спартанских ублюдков» — девочка-мутант задрожала, поняв, про кого они говорят. Ирис очень боялась, что сейчас все вот-вот поймут, что она здесь, среди них, и сделают ей плохо, вырвут кишки и отрежут голову в каком-нибудь своем ритуале.
Но ничего такого не произошло. Беснующаяся толпа вдруг обрела другую цель для своего безумного гнева — и это были вовсе не дети. Со всех сторон начались еще более громкие крики и какое-то беспокойное движение. Кто-то кричал, что они поймали какого-то «спартанца», который во всем виноват — толпа, взревев как огромное неконтролируемое животное, ринулась в новом направлении, потащив в своем нутре и Ирис, грозя раздавить и растоптать ее маленькое детское тельце.
Так бы и случилось, если бы путь озверевшей массы людей был более долгим, но кажется, идти было недалеко. Выбившись из сил, сама не своя от страха, задыхаясь от давления тел, маленькая девочка все равно старалась крепиться, вспоминая храбрую «сестрёнку» Майсу, которая дралась, защищая их от злых терран — ведь ей тоже наверное было очень страшно, но она все равно была храброй и не сдавалась. Ирис решила про себя, что она будет такая же смелая, как «сестренка», и тогда Тёмный Бог увидит ее силу и даст ей возможность жить.
Вдруг движение прекратилось.
Толпа напряглась и вздрогнула, остановившись — но эта остановка произошла не сразу. Двигаясь по инерции, задние ряды напирали на уже стоявшие передние, кто-то падал, кто-то неистово и страшно кричал. Ирис начало выдавливать вперед против ее воли, она ничего не могла с этим поделать, только цеплялась за чьи-то руки и ноги, пытаясь не упасть — чудом это ей удалось. Внезапно оказавшись стоящей на чем-то упавшем растоптанном теле, уже не подающим признаки жизни, она поняла, что сейчас стоит почти в первых рядах. Стоять на ком-то, даже мёртвом и не шевелящемся, было очень неудобно, но выбора не было — ни в какую сторону Ириска подвинуться не могла, толпа своей массой настолько сдавила ее тельце, что она буквально висела впритирку между окружающих тел, даже дышать иногда было трудно.
