Для межовского типа керамики К.В. Сальников выделяет следующие признаки: выпуклые плечики, наличие валиков на шейке (иногда они высоко подняты к краю сосудов, образуя «воротничок») и сравнительно слабо выраженный геометризм в орнаменте. Среди узоров преобладают елочка, ряды насечек, решетчатые пояса и зигзагообразные линии; орнамент выполнялся оттисками гребенки, гладкого штампа и прочерчиванием. Для березовского типа посуды, по К.В. Сальникову, также характерны валики и воротнички на шейке, причем они становятся более выраженными. Орнамент сравнительно беден и, как замечает К.В. Сальников, «эволюционирует в сторону дальнейшего упрощения и обеднения» (Сальников, 1967, с. 362). Кроме рядов насечек, которые являются, пожалуй, самым типичным орнаментом, сосуды украшались зигзагами и елочкой. Встречаются, как и на межовской посуде, небрежно выполненные ромбы, треугольные фестоны, заштрихованные ленты и др.
Знакомясь с межовско-березовскими и замараевскими материалами, мы не нашли сколько-нибудь четких признаков, по которым можно было бы строго расчленить межовскую, березовскую и замараевскую посуду на хронологические и культурные комплексы. Ее следует отнести к одной культуре, которую лучше всего назвать межовской (рис. 112). Межовская или межовско-березовская культура была выделена в 1976 г. (Косарев, 1976, с. 27). Позднее правомерность такого выделения была признана и дополнительно подтверждена другими археологами (Потемкина, 1979; Обыденнов, 1981).
Ареал межовских памятников выходит за пределы лесостепного и таежного Зауралья. Всего по данным на 1981 г. в Зауралье, включая степное Тоболо-Ишимье, было известно свыше 80 пунктов находок межовской керамики, в Приуралье — около 100, в том числе в бассейне р. Белой — 50 (Обыденнов, 1981, с. 5). Однако в соответствии с темой территориальные рамки настоящего очерка будут ограничены в основном лесостепным и южнотаежным Зауральем.
В названных территориальных пределах к настоящему времени исследовано около 15 поселений межовской культуры: Замараевское, Межовское, Березовское, Березки V, Лужки, Коптяки I, II, Палкино, Мысовское и др. К межовским памятникам можно с некоторыми оговорками отнести поселения конца бронзового века в лесостепном Приишимье — Кучум-Гору и Чупино. Посуда этих пунктов близка межовской как по отдельным элементам орнамента (характерность рядов косых насечек, решетчатых поясов, наличие дугообразного гребенчатого штампа и др.), так и по форме (сильно отогнутая шейка, раздутое тулово и т. д.). Однако для керамики названных ишимских поселений характерны две существенные особенности, не типичные для одновременной восточноуральской посуды: присутствие бугорков-«жемчужин» на шейке (признак, отличающий ирменскую посуду лесостепного Обь-Иртышья) и деление орнаментального поля рядами ямок (признак, характерный для керамики таежного Обь-Иртышья) (Голдина, 1969, табл. 74; 75). Сочетание столь разнохарактерных черт в орнаментации керамики этих памятников, видимо, является свидетельством того, что район Среднего Поишимья был в то время контактной зоной между межовским, ирменским и таежным обь-иртышским (поздним сузгунско-еловским?) ареалами. На промежуточный, контактный характер этого района обратили внимание свердловские археологи. Они полагают, что по водоразделу Иртыша и Ишима проходила «граница между карасукским и позднеандроновским населением» (Генинг, Гусенцова, Кондратьев, и др., 1970, с. 42).
Мы пока не в состоянии с достаточной определенностью назвать бронзовые орудия, которые можно было бы связать с межовским керамическим комплексом Зауралья. К.В. Сальников определил вещи бронзового века лесной части Южного Урала (очень немногочисленные) суммарно, не приурочивая их к выделенным им этапам черкаскульской культуры (Сальников, 1967, рис. 58). Лучше исследованные приуральские межовские памятники выглядят в этом отношении гораздо богаче. М.Ф. Обыденнов перечисляет кинжалы сосново-мазинского (2 экз.) и киммерийского (2 экз.) типов, двулезвийные (21 экз.) и однолезвийные (2 экз.) ножи, наконечники копий с прорезными (5 экз.) и гладкими (2 экз.) перьями и ушком на втулке (1 экз.), кельты (3 экз.), долота (5 экз.), серпы с крючком (3 экз.), косари сосново-мазинского типа (3 экз.) и шилья. Украшения из бронзы представлены подвесками в полтора оборота и бляшками с ушком. Найдены следы железоделательного производства (Обыденнов, 1981). Далее М.Ф. Обыденнов сообщает: «Из кости изготовлялись ножи, проколки и штампы для орнаментации посуды, наконечники стрел шести типов, псалии чернолесского типа, пуговицы, пряжки, амулеты и пр. Каменные орудия представлены наконечниками стрел пяти типов, из которых наиболее распространены наконечники треугольной формы, литейными двухсоставными формами, зернотерочными плитами, топорами, молотами, пестами, шарами. Из глины, кроме керамики, изготовлялись напрясла, рыболовные грузила, литейные двухсоставные формы, льячки, шарики, лощила в виде утюжка, вюрфели для игры. Судя по насечкам на сторонах вюрфелей, счет при игре в кости велся от одного до четырех. Количество насечек от одной до трех обозначали цифры от 1 до 3, а две насечки в виде креста обозначали цифру четыре» (Обыденнов, 1981, с. 10).
Межовское население вело многоотраслевое хозяйство, основу которого, по мнению М.Ф. Обыденнова, составляло пастушеское скотоводство. Но данные по хозяйству накоплены опять-таки в основном лишь по приуральской части межовского ареала. «Кости домашних животных, — пишет М.Ф. Обыденнов, — абсолютно преобладают над костями диких. Большое количество крупного рогатого скота (38 %) и свиньи (16–17 %) предполагают прочную оседлость, что также подтверждают раскопанные долговременные поселки… О земледелии свидетельствуют бронзовые и железные мотыги, бронзовые серпы, зерна проса, а также расположение поселков у широких речных пойм. Значительная роль охоты отмечается на северных лесных поселениях. Основными объектами охоты служили копытные и бобры. Рыболовство документируется костями осетровых и карповых рыб и орудиями рыболовства: костяными гарпунами, глиняными грузилами для сетей, бронзовыми крючками» (Обыденнов, 1981, с. 11–12).
Жилища межовской культуры имеют традиционную прямоугольную форму. В Зауралье остатки межовского жилища вскрыты В.С. Стоколосом на поселении Лужки. Оно наземное, котлован лишь слегка углублен в грунт. Длина постройки около 16 м, ширина не менее 10 м (жилище недокопано). Основная масса межовских жилищ исследовалась на приуральских поселениях (Ахметово I, Старо-Яппарово I, Юкаликулевское и др.). Всего в пределах межовского ареала М.Ф. Обыденновым учтено 28 жилых построек: «Из них 20 (71 %) — полуземлянки, семь (25 %) — наземные постройки и одна землянка. По площади постройки делятся на четыре группы: площадью 8-15 кв. м — 5 (18 %); 25–40 кв. м — 4 (14 %); 70-150 кв. м — 14 (50 %); 250–400 кв. м — 5 (18 %). Конструкция большинства построек состояла из столбов, от которых сохранилось до 400 столбовых ямок в одном жилище. Глубокие полуземлянки и землянки имели, очевидно, бревенчатую верхнюю часть. Внутренняя часть помещения была разделена столбами, которые поддерживали коническую крышу. Очаги кострового типа располагались в центре постройки. Выходы в виде нешироких коридоров выводили в сторону реки; если имелся второй выход, то он выводил в противоположную сторону» (Обыденнов, 1981, с. 6).
Погребения межовской культуры в Зауралье до сих пор не известны, за исключением одного сомнительного случая (погребение 3 под обкладкой 20 могильника Березки V г). В Приуралье на могильниках Красногорский I и Такталачукский исследовано по
