цветы. Я взяла Барсика под мышку и пошла ругаться с его хозяйкой, а она меня… прокляла. Наша кошатница Любовь Михайловна оказалась ведьмой! И вот я кошка в другом мире. Теперь сполна могу ощутить тяжкую ношу пушистых собратьев в смутные времена, когда им не дают жевать фиалки. Мне обещали, что ночью я стану человеком, ну а наутро… лапы, уши, хвост – вот мои документы! И избавит от проклятья пушистости лишь поцелуй прекрасного мужчины. Как хорошо, что подошёл этот красавец!
— Какая любвеобильная, – усмехнулся мой черноволосый принц.
Я облизнулась и поняла, что ничего не меняется. Лапы и хвост при мне. Понятно, видимо, лизь за поцелуй не считается. Ох, и попала ты, Яночка.
— Герцог Ноар, какая честь! – старик расцвел. – Конечно, забирайте! Вы не пожалеете. Она у меня лучшая кошечка в помете. Такая игривая и ласковая, просто клубочек нежности!
Ничего себе. А полчаса назад я была орущим демоном, который приносит только убытки!
— Да. Я вижу.
Герцог с улыбкой посмотрел в мою сторону. Я взмахнула большим рыжим хвостом и кокетливо потерлась мордашкой о его ладонь. Видишь, красавец, мы созданы друг для друга! Давай, забирай меня к себе домой. Если успеем всё сделать за одну ночь, утром я уже смогу выйти на работу. Надеюсь, меня не уволили за неожиданный прогул.
— Сколько с меня?
— Десять сатимов!
Мой принц присвистнул, пересчитывая бумажки в своём хорошо набитом кошельке.
— Она у тебя из золота, старик? – о, мужчинка с чувством юмора. Это хорошо. И не скупердяй. Ведь даже с такой ценой лишь посмеялся и протянул торговцу деньги.
— Не обижайте меня, господин Ноар, – ах, какая актерская игра! – Все её предки голубых кровей. Пра-пра бабка была кошкой самой императрицы.
— Ну, если императрицы, – герцог весело усмехнулся и потянул ко мне руки. – Для дочери ничего не жалко.
Так, стоп, дочери?! Эй, кожаный, поставь на место! Поставь, говорю! Ничего себе хватка. Прижал к своему красивому сюртуку и всё. Не выбраться. А ещё говорят, что коты – это жидкость. Либо у меня кость пушистая, либо я какая-то неправильная кошка.
— Старик, а чего она у тебя такая шебутная? – герцог перехватил мою тушку покрепче.
— Да просто играется, – жадный хмырь уже денежки пересчитывал. – Она активная очень. Это только радовать вас будет.
Я тебе сейчас когтями по лицу порадую! Отпустите меня, говорю. Я девушка высокоморальная! Семьи разрушать не собираюсь! Всё это пыталась я пыталась высказать вслух, но получалось только очередное: «мяу».
— И крикливая до жути…
— Она с непривычки! – старик убрал деньга во внутренний карман. – Вы не беспокойтесь. Домой придете – станет спокойнее. И дочке Вашей, и жене в радость будет.
Неожиданно мой новый «хозяин» стал мрачнее тучи. Я даже испугалась и замерла. До этого всё усмехался с ехидной искоркой в голубых глазах, а теперь сама суровость.
— Я вдовец, – отчеканил так, что у меня уши сами собой к голове прижались.
— Ох, простите, господин Ноар! Старика совсем демон Рас попутал!
— Неважно, – герцог опустил взгляд. – Идём домой, крикливая.
Я успела только скромно мяукнуть в лицо суровому спасителю. Затем магическая вспышка заволокла всё вокруг и унесла нас… в мой новый дом? Да, не в такую сказку я мечтала попасть. Хорошо хоть не царевна-лягушка. Но ничего. Я ещё покажу вам, баба Люба…
Бах-бабах-тибидах… или как там магия работает. В общем, оказались мы прямо в гостиной. Я времени не теряла и передними лапами встала на моего рыцаря, чтобы осмотреться. Впервые фраза «опереться на мужское плечо» стала столь буквальной.
— Куда ж ты лезешь? – тяжело вздохнул принц. Глупый вопрос. Сначала на шею, а потом в самое сердечко! По пути, может, в карман. Хм, а ведь ему и правда придется меня кормить и содержать. Но когда ты кошка за это ни капли не стыдно. Правильно, Яна, ищи во всем положительное. Ещё и пару килограмм набрать можно. Ведь хорошей кошечки должно быть много! Главное не унести жирок в человеческую форму.
Но что-то я отвлеклась. Обстановка была… богатая. Даже как-то стыдно стало, что меня купили на обычном рынке. Потолки высоченные, окна огромные, диванчики, камин, пушистый коврик и… зеркало-телевизор? Как странно. Прямо возле большущего овального зеркала сидела малышка лет шести и смотрела фильм с куколками в главных ролях. Ничего себе. Я думала, мы в средневековье, а у них тут вон какие технологии!
— Сара!
Ох, что ж ты так под ухо-то кричишь? Так, куда снова под лапы берешь? Ну, аккуратнее! Тебя что, не учили обращаться с дамами?
— Да, папочка? – малышка обернулась и ахнула. Мы встретились взглядами. Я замерла в позе висящего тушканчика, а она встала со стульчика и с восторгом приложила ладошки к губам. Сара смотрела на меня и не верила своим глазам. Даже немного приятно, когда тебя так встречают.
— Это мне?! – радостно вскрикнула она и побежала к нам.
— Ну конечно, – надо отдать моему рыцарю должное: он был хорошим отцом. Всю хмурость после первой же улыбки дочери как рукой сняло.
— А можно подержать?
— Только аккуратно! – выкрикнула я, но получилось лишь длинное «мяу».
— Ой, – малышка вздрогнула. – Недовольная.
— Она просто разговорчивая, – лучезарно улыбнулся герцог. – Ну-ка, держи.
Он передал меня дочери. Её маленькие ручки старательно подхватили меня под лапами, и я сменила позу на «тушканчику неудобно, но тушканчик потерпит». Конечно, я могла выскользнуть, махнуть хвостом и побежать по своим делам. Кошки ведь так делают? Но эта девочка… такая она была счастливая! Так что ладно, повешу немного, мне не в тягость.
— Как ты её назовёшь? – герцог погладил дочь по голове.
— М-м-м, Булочка!
Чего? Ну, приехали. Неужели я уже похожа на булку? Видать дневной кошачий дожор отменяется. Я, конечно, в зеркало себя ещё не видела, но вроде бочка нигде не свисали. А она взяла и сразу… булка!
— А почему так? – усмехнулся герцог.
— Ну, она рыже-румяная и тёплая, – малышка прижала меня крепче к себе. – Прям как булочки, которые бабушка печет.
Моя ты милашка! Ну ладно. Как скажешь. Для тебя буду Булочкой. Но только с корицей! Хотя что-то моё странное чувство юмора сегодня разыгралось. Видать нервное. Вместо того чтобы плакать, пытаюсь смеяться над ситуацией.
—
