Читаем без скачивания Новая Переменная - Канира

в свои жадные объятия, и я покинул место, что стало могилой для Камизуры. Протёр укус пчелы, который немного жёгся, да и только. Моё сопротивление было слишком высоким для такого яда, и просто раздражение от того, что кто-то смог задеть меня, задевало мою гордость шиноби. Всё же я мог раздавить их Сусаноо за секунды, но решил не тратить запас глаз. Слишком цель была лёгкой на первый взгляд, но, как всегда, даже загнанная крыса может сильно укусить.

Оставив пожар за местом деревьев, бежал в сторону клана и обдумывал случившееся. Ишикава был не самым простым шиноби, и никто толком не мог описать внешность главы клана Камизура. А это уже была заявкой на большие силы. Ведь любой, кто его видел, либо мёртв, либо ещё не повстречал этого пчелиного убийцы. Даже командир, что подчинялся напрямую старейшине, видел лишь бинты, которые закрывали лицо главы их клана. Уродство или в этом кроется что-то другое? Непонятно, но Ашине будет интересно узнать сведения, которые он попросил добыть. Всё же выдернул меня прямо от Мито, которая была уже на шестом месяце беременности, и то, что настроение моей жёнушки будет не ахти, — это мягко сказано.

Она, как принцесса, понимала всю ответственность и послабление, которое сделал нам Ашина, так как старейшина, который просто смотрит за своей женой и сидит в клане, не делая ничего важного на первый взгляд, — это нонсенс. Но что есть, то есть, и Глава слишком любит и ценит свою внучку, так что девятимесячный отдых мне был гарантирован, и лишь вчера ночью посланник от Главы побеспокоил наш дом.

Ничего сложного, чтобы выследить неясных разведчиков и узнать, откуда они, не было. Лишь в первый раз они смогли убежать от меня из-за того, что я не ожидал, что рой пчёл атакует меня из-под земли, но после нагнать их было не трудно. Жаль, лишь то, что ушли двое. Их было три группы по тройке шиноби, плюс командир. То, что десяток шиноби пожертвовали собой, не раздумывая и не колеблясь, чтобы ушли те двое, впечатляло. Пытаясь узнать, наткнулся на яростное сопротивление, которое стало нарушать иллюзию. Он явно не хотел, чтобы я узнал, кто это был. Мог ли уловить что-то про ученика? Может, они искали какого-то ученика? Или кто-то из этих двоих был учеником? Кто бы знал. По воспоминаниям главного командира операции, их лично включил старейшина и приказал не задавать вопросы. Эти двое были отдельны от других групп, но сразу были обозначены как те люди, жизнь которых стояла на первом месте. Они разведывали отдельно от группы свои цели, и непонятно, что вынюхали. Жаль, слишком долгим был бой, и нагнать отступивших не получится…

* * *

Взгляд со стороны

— Он ушёл, дядя? — Закрытый мальчик лет десяти отроду изо всех сил держался, чтобы не отпустить технику, и лишь когда раздалось согласие, он выдохнул. Двое человек, что скрывались недалеко от места бойни, появились на ветви дерева внезапно, будто бы из воздуха. Лишь трое человек в клане Камизура знали технику, которую использовал мальчик, весь обёрнутый бинтами тёмно-серого цвета, которые оставляли видимыми только его глаза и нос, отчего он очень похож на мумию. Вместе с этим его внешность дополняли чёрная повязка тёмно-голубого цвета на голове без отличительных знаков и пара тёмных штанов. Также он не носил обуви, ведь и его ноги полностью забинтованы. Рядом с ним — такой же шиноби, лишь разница в росте и весе показывала, кто здесь кто.

— Да, ты молодец, что продержался так долго, Муу, если бы не твоя техника… — С горечью закончил дядя мальчика, понимая всю силу, которую показал Оками.

— Он так силён, дядя? — Муу был удивлён, откровенно говоря, не веря в пору своей юношеской веры в силы своего дяди, который заменил ему отца, что был кто-то сильнее него, конечно, не учитывая его сенсея.

— Он — чудовище, Муу, и я рад, что Глава приказал взять тебя с собой, если бы не ты, я бы не вернулся обратно. — Он от пережитого ужаса проявил эмоции, что несвойственно такому человеку, и в благодарность погладил по голове своего племянника.

— Кто он, дядя, и почему я о нём не слышал? Ведь что Глава клана Узумаки, что Потрошитель Шинджи были всем известны. А о таком молодом Узумаки мне не доводилось слышать…

— Тех, кого ты упомянул, Муу, легко заметить, ведь они на виду и всегда на переднем крае. Этот же… — Нобу Камизура вспоминал донесение от разведывательного корпуса клана насчёт ужасов, принесённых молодым полукровкой, и не мог не согласиться. Это был монстр во плоти без жалости и колебаний. — Настоящий Палач клана Узумаки. Всех, на кого указала рука Ашины Узумаки, постигла та же участь, что и тех, кто лежит на той поляне и обращается в прах, Муу. От его рук уже умерли несколько тысяч шиноби, и это только те, кто известны, и теперь ты понимаешь, почему ты молодец. Твоя техника Беспыльного ошеломляющего покрова спасла нас…

Они молча уставились на пожар, что затягивал в своём объятии трупы разведчиков клана. Нобу думал о том, чтобы выпить после этой миссии, ведь страх поглотил его сознание. Гений клана Камизура же думал о своей силе и о своём учителе. Вдруг он спросил:

— А сенсей Ишикава смог бы победить этого Палача? — Он не был наивен, лишь интерес преследовал его вопрос. На что Нобу не мог соврать своему племяннику, ведь тот, хоть и был родственником, но гениальность и сила даровали тому большие перспективы стать следующим главой клана.

— Я не знаю, Муу, не знаю…

* * *

— Значит, Камизура… — Прогуливаясь между комнат со стеклянными перегородками, которые показывали лишь с нашей стороны всё, что происходит в комнате, и не показывали, что происходит с нашей, мы с Ашиной разговаривали. Мой приход в кабинет сопровождался приглашением в уникальную область в виде тюрьмы, где содержались интересные для Главы создания. Я здесь бывал не впервые, но каждый раз удивлялся коллекции Главы. Кстати, насчёт неё.

— Он так и не признал, что проиграл? — Смотря на бывшего главу клана Кагуя, спросил у задумавшегося Ашины.

— Он всегда был упрям с самого нашего знакомства. — Махнул он рукой на Кимари, и мы продолжили идти куда-то по длинному коридору, который находился под землёй на много километров внизу под островом. — Но не волнуйся, он образумится.

— А мне-то что. — Я пожал плечами. — Главное,