- Марина, как ты считаешь, Гектор и Рания не шутили, когда говорили, что согласны стать супругами?
Пожав плечами, она ответила:
- Не знаю, Джани, но думаю, что не шутили, вот только я думаю, что они оба успеют состариться, прежде чем это случится. Знаешь, я ведь уже довольно неплохо продвинулась в изучении магии и не нашла ничего, что на это указывало бы. Да, и Зарик ведь тоже не сказал ничего конкретного.
- А он и не мог сказать. - Спокойным, чуть насмешливым голосом ответила Джани - Он ведь не эльфийский маг, чтобы знать о таких вещах, но в одном он прав, это можно сделать.
Марина от этих слов так разволновалась, что повернулась к Джани, а потому яхта со всего хода налетела на зелёный плотик и разнесла его на кусочки, в чём не было ничего страшного. Теперь на Ванте появится дюжины полторы новых плотиков. Почувствовав чуть слышный удар, она снова повернулась вперёд и взволнованным голосом воскликнула:
- Джани, я не знаю, что по этому поводу думает Рания, но готова пойти на что угодно, чтобы Гектор стал человеком.
Эльфийка рассмеялась своим чистым, серебристым смехом и весёлым голосом откликнулась:
- Мариночка, как раз именно на это ты не пойдёшь. Ладно, подружка, я вообще-то пришла для того, чтобы увести тебя вниз. Сбрось скорость и передай штурвал Северину. Он у тебя за спиной, ну, а мы с тобой пойдём накрывать на стол. После обеда я как раз и хочу поговорить с нашими юными влюблёнными на эту тему, Маринка. Я ведь не обычная магесса, а эльфийская.
Королева быстро сбросила скорость, передала штурвал в неосязаемые, но уже достаточно опытные руки Северина, единственного из трёх духов, согласившихся служить Джаниаре, который наотрез и категорически отказался принимать человекоподобный облик, и, стуча босыми пятками по крутому траппу, ведущему вниз, принялась донимать подругу расспросами:
- Джани, расскажи мне, что знают об этом эльфы?
- Не все эльфы, Мариночка, а только самые мудрые и могущественные эльфийские маги. - Ответила ей эльфийка, надевая лёгкий купальный халатик без рукавов, и тут же заявила - Даже и не проси, я не скажу тебе больше ни слова.
Ну, тут она просто не знала, с кем связалась. У Марины, по её собственным словам, талант к нищенству был заложен с детства, а потому она, прижимая к груди такой же махровый халатик, только не зелёного в голубой, а нежно-розового в желтый цветочек цвета, немедленно взмолилась жалобным голоском:
- Ну, Джаночка, ну, миленькая, я тебя умоляю! Мне теперь кусок в горло не полезет и я останусь голодная, хотя ты приготовила такой чудесный обед, что у меня уже слюнки текут. Ну, хоть чуть-чуть расскажи мне, что ты про это знаешь.
Однако, Джаниара была тверда, как кремень, правда, кое что она всё же ей сказала, да, и то полунамёком:
- Марина, ты не можешь в этом участвовать уже только потому, что будешь просто обязана изменить своему мужу.
Услышав это, Марина кивнула головой и, быстро одеваясь, прорычала в лучшем стиле рассерженного Гектора:
- Так, всё понятно. Это, наверное, точно такой же обряд, с помощью которого легруссы становятся похожими на людей. Я права, Джани? Эти лягушки-переростки трахают на каком-то своём болотном алтаре молодых женщин и девушек и таким гнусным способом превращаются в человекоподобных монстров. Ты предлагаешь то же самое сделать Гектору? Боюсь он не согласится, Джани. Он для этого слишком благороден.
Эльфийка пристально посмотрела в глаза Марине и тихим, напряженным голосом сказала:
- Мариночка, в моё время легруссы были всего лишь разумными лягушками, вставшими на задние лапы, и я не знаю, как они дошли до такого ублюдочного способа превращения в людей. То, что могу предложить я, совершенно с не связано с тем, о чём ты тут только что сказала. Я даже не знаю, как это назвать.
Марина облегчённо вздохнула и дала определение:
- У нас на Земле это называется зоофилией, Джани, и лично я считаю это жутким скотством и мерзостью. Мне такое даже мысленно противно представить.
Эльфийка тут же взвилась:
- Да? И чего же мерзкого ты находишь в том, моя дорогая, когда прижимая к своей груди косматого изменённого зверя, ты получаешь в итоге молодого, красивого и могучего парня? Вот с ним-то, а не со зверем, ты и должна будешь заняться любовью, чтобы наутро он снова не превратился в зверя, но уже не изменённого, а самого обычного, забывшего о том, чему он научился.
Марина, быстро уяснив себе детали обряда превращения изменённого пса в человека, тут же возмущённо спросила:
- А причём тут я? Между прочим, Джани, это не я, а Рания не отходит от Гектора, так что это ей теперь решать. Если бы эта сладкая парочка не была так привязана друг к другу, то я ещё бы подумала, а подумав, возможно и согласилась бы, но тут есть одна проблема. Гектор ведь считает меня своей второй матерью, Джани. Я взяла его двухнедельным щенком, выпаивала молоком из бутылочки, нянчилась с ним, как с младенцем, и была первой, кого он увидел, когда открыл глаза. Через каких-то два месяца он был уже такой бутуз, что просто прелесть. Смешной такой, косолапый. Так что он сам ни за что не пойдёт на такое. К тому же он очень любит Зарика и считает его своим отцом, а потому наверняка откажется преображаться такой ценой.
Эльфийка, водружая на стол ведёрную фарфоровую супницу, усмехнулась и весёлым, насмешливым голосом сказала:
- Мариночка, ты забыла про меня, а я, между прочим, в первую очередь магесса, а уже потом красивая баба, так что мне провести этот обряд, как… Ну, ты меня понимаешь. После того, как я закончила столичную Академию магии, где учились по большей части одни только люди, от меня эльфийского только и осталось, что мой внешний вид и умение стрелять из лука.
Их разговор прервал голодный гном. Он без стука открыл дверь в кают-компанию, покрутил своим носом-картошкой и громким басом поинтересовался у стряпухи:
- Можно сзывать народ к столу?
Не успела Джани ответить, как народ со смехом сам влетел в кают-компанию, пробежав по гному, но тот не обиделся. Для него всё равно на стол ставили самую большую тарелку. Гектор обедал хотя и вместе со всеми, но всё же за отдельным столиком, на нём уже стояла огромная миска с рубленным мясом. Сегодня эльфийка приготовила на обед блюда грузинской кухни, ароматный, острый суп-харчо из волшебного риса, сациви, хинкали в тесте из волшебной муки и даже испекла из неё чудесный лаваш, не хватало только брынзы, аджики и ткемали. Да, и вино было подано к столу не грузинское, а эльтаранское красное, но не "Капитанский ранлойн", а обычное, сухое. Хотя Марина так и не научилась вкусно готовить, поваренную книгу она с собой прихватила, а потому каждый третий день её спутникам приходилось есть её стряпню. Не возражал один только дядюшка Тобби, желудок у гнома был на зависть Гектору, и он говорил, что способен съесть и переварить и не такое. Зато Рания, Джани и Эйрин сидели за столом с кислым видом и налегали больше на хлеб, чем на те блюда, которые готовила Марина, да, они и ей самой не очень-то нравились, но она всё же не падала духом и надеялась, что рано или поздно в ней прорежется талант поварихи и тогда она порадует своих друзей изысканными блюдами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
