1958 г.
Голуби
1.
Лёгкие самолётики,Голуби бумажные,Лёгкие, стремительные,Белые-белые…ДесятилетниеЛётчики отважныеВ школьном дворе.Что они делают?Петля Нестерова.Значит, «мёртвая»?— Третья попытка?— Уже четвёртая!— Это ничего.Я научусь.Крылья подправлюИ как закручусь!Нам ли боятьсяВысоты и риска?..
2.
Нам семнадцать,Мы планеристы.Без парашютаЛетим налегке…— А вдруг пойдёшьВ крутое пике?..— Я не пойду…Я возьмусь, сожмусь…Выше облака поднимусь.Но никто не хотелСтать пилотом.Каждый бредилСвободным полётом.Чтобы могЛететь без мотора он.Птицей парить —Разве это не здорово?Где вы теперь?Куда писать?Пишем раз в год,Узнав адреса…
3.
Почему же вспомнилосьТо, что было давно?Голубок бумажныйВлетел в окно.На белом крылеКрасный росчерк.— Голубь, ты чей?Чьих вестей разносчик?Красная тройкаНа белом крыле.— Маленький лётчик,Сколько тебе лет?Почему тройкаНа крыле узком?Мечтал, наверно,На контрольной по русскому.Ведь из тетрадкиВырван лист.(Ну-ка, голубь мой,Поднялись!!!)Милый мальчишка!Ты уже сказал впервыеГордую фразу:«Мы сами».Тебе уже закат плескалАлыми парусами.Вот она, жизнь!Спешит.Ветки в ветре качаются…Детство взрослых смешитИ всё равноНе кончается.
1958 г.
Ветры с моря
I
О, расскажи, расскажи мне про море,Ветер из южных широт!Пусть я узнаю, как с волнами споритЛёгкий, как чайка, швертбот,Пусть я почувствую запах солёный,Горечь воды на губах,Пусть я увижу в дали опалённойСтарый маяк на часах.Море! Мне снится всё реже и режеСиний тревожный огонь.Смутная тайна твоих побережийБлиже и ближе…
II 1.
Где шумят сухие степиСолнцем выжженных предгорий,Рос мальчишка восьмилетнийИ мечтал увидеть море.Море, море голубое,Крики чаек, брызги пены,Грохот буйного прибоя,Скал обрывистые стены!Никогда ведь он не виделТвоих светлых побережий,В жизни никогда не слышалТроса якорного скрежет,Не слыхал, как пели мачты,Как волна о борт плескала,В изумрудную прозрачностьДетских рук не опускал он.Только снилось, как фрегатыУводили рулевыеСквозь янтарные закатыНа рассветы штормовые.
2.
Раз он вышел из посёлкаИ вскарабкался на скалы…Из травы, сухой и колкой,Солнце золотом плескало.Нынче было всё иначе,И откуда — неизвестно —Вдруг коснулись скал горячихСтруи влажного норд-веста.Мальчик круто обернулся,Встал лицом к морскому ветру,Оступился, покачнулсяНад обрывом в тридцать метров…
3.
Пусть тебе теперь приснятсяМоря солнечные воды,Пусть тебя не потревожитГолос знойной непогоды.Звёзды светят низко-низко,Море плещет близко-близко.Протрубили, как горнисты,Ветры возле обелиска.
III
Была война, шёл сорок третий…В тылу, в сибирском городишкеПодрос веснушчатый мальчишка;Отца он знал лишь на портрете…Зимою как-то мальчик началИскать бумагу для растопки,Нашёл в шкафу книжонок стопкуИ стал листать их наудачу…И в буйной радости полётаСтруя солёного норд-вестаСквозь ставни книжных переплётовВорвалась в раненое детство.Ворвалось яростно, без спроса,На крыльях принесла с собоюМятежный окрик альбатросаИ грохот пенного прибоя.И вслед за ней — со струнным звоном,Страницы книжные мешая,Рвались пассаты и муссоны —Ветра всех стран и полушарий…Он за столом заснул,на книжкуСклонившись головою сонной,И снился в эту ночь мальчишкеЗелёный остров Стивенсона.
1959 г.
Париж
На заре — силуэты соборов,Чёрный гребень готических крыш.Над рекой ртутно-белою — город.Этот город — Париж.Зажигая на стёклах рубины,Догорает багровый закат.Тихо тают дымки карабиновНад грядой баррикад.
1959 г.
Как свидетельствует тетрадь, в которой найдены эти стихи, написано это в промежутках между лекциями по советской печати, военной журналистике и экономике сельского хозяйства. А точнее — прямо на оных…
Воспоминания о Севастополе
Синий снег на краю дорог,Жёлтый свет в деревянных домах.Одинокий тополь, бедняга, продрог.Каблуками скрипит зима.В жёлтых окнах —клоповый уют;Там от сытостиклонит ко сну.Радиолы,хрипя, поютнадоевшую «Тишину».Ветер,злясь,не выжмет слезу.Можно боль кусками сглотать.Только чёрных пластинок зудНикак не унять.Тоска.Где-то в тысячемильной далиЗарождается тёплый циклон.И качнув корабли,Он летитот горячих от солнцахерсонесских колонн.Прилетает и рвётС чёрной крышиЖелезный лист.Он как будто приноситБелый свет херсонесских колонн,Синий мир, где вдалеке видныСтарые маяки.И о жёлтый каменьдробится стекло —Голубое стекло волны.Севастополь,Солнце моёВ тишине летящих минут…Здесь никто-никто не поётНадоевшую «Тишину».
* * *
На карнизах съёжились голуби,Зимний мрак беспощадно холоден.Ничего, товарищ, уже рассвет.Самолёт улетает в полдень…
1960 г.[3]
Часть вторая
СТИХИ 60-Х — 90-Х ГОДОВ
***
…Юность не сразу уходит во мглу,Юность не хочет уйти.Есть и товарищи в каждом углу —Спутники в дальнем пути.Если вдруг сердце тоскою сожмёт,Если почуешь беду,Вспомни, что море тебя ещё ждёт,Вспомни, что спутники ждут…
1961 г.
На листке с наброском незаконченного рассказа. Эти стихи — отголосок ностальгии по недавно закончившейся студенческой жизни. «Товарищи в каждом углу» — это, видимо, выпускники журфака во всех углах страны.
Тень Каравеллы
Иногда память детства приходит ко мнеСреди северных гор и лесов…Голубая звезда в незамёрзшем окнеИ летящая тень парусов…Снова ночь опустила на старый причалНепроглядную темень свою.Над рулонами карт оплывает свеча,Тайна смотрится в окна кают.Эту тайну другим не понять.Эту память у нас не отнять.И когда перед дальним путемСердце, дрогнув, забьётся несмело,Перед тем, как идти,Я зову, чтоб в путиДогнала меняТень Каравеллы…Мой товарищ, когда онемеет рука,Вспомни вновь, что и ты рулевойИ водил наш корабль сквозь янтарный закатНа свинцовый рассвет штормовой.Путь бывает тяжёл, но никак не поймёшь,У костра, засыпая к утру:То ли волны шумят,то ли сосны гудят,То ли мачты скрипят на ветру…Да и как это можно узнать,Если видишь в пути то и дело,Как скользит по дорожным камнямЗдесь и тамБыстрокрылаяТень Каравеллы.
1961 г.
