Минут пять, может, десять я просидел в неподвижности, переваривая увиденное. Потом глубоко вздохнул, будто вырываясь из сна, и стал размышлять конструктивно. Что можно занести в плюсы? Как минимум, то, что тайна личности Трувора, наконец, разгадана. Насколько я понял по некоторым отрывкам из прежних флешбэков, он был у нас фирме кем-то вроде главного юридического консультанта. Собственно, почему «был»? Наверное, потому, что подсознательно я всегда хотел от него избавиться. Неприязнь к Григорию Санычу во всех моих эмоциях и словах улавливалась вполне отчётливо. Что характерно, встретившись с его аватаром здесь, на Тиссане, своего мнения я не изменил. Однако, это всё лирика. Важно, что он занимал и, скорее всего, занимает один из высших постов в корпорации и приближен к совету директоров настолько, что его, к примеру, могли пригласить на демонстрацию нового виртуального аттракциона. Что-то из серии «Отбей себе память и погрузись в незабываемое приключение. Брось вызов самому себе и узнай, кто ты на самом деле!». Игрокам такое, скорей всего, пришлось бы по нраву. Вот так, неожиданно, у меня зародилась очередная гипотеза, объясняющая наше заточение в виртуале. Надо сказать, очень даже правдоподобная. Повертев её так и этак, я достал флягу с водой, напился, чем-то там закусил и, с некоторым опасением, поднёс к глазам следующий осколок памяти. Надеюсь, в этом будет что-нибудь менее… напрягающее.
Так оно и случилось. Нет, я, конечно, ужасно нервничал на своём первом свидании и вёл себя как тот самый тормоз, который на самом деле медленный газ, однако, ничего страшного для меня нынешнего оно в себе не несло. Поднявшись с давным-давно немытого пола, я положил свой заплечный мешок на стол, рядом с лампой. Пора приводить рабочее место в надлежащий вид. Руки мои замелькали, вытаскивая и расставляя по полкам алхимические талмуды. Очищенная от пыли столешница начала стремительно заполняться рядами готовых к употреблению склянок.
Глава 11. Куда алхимику податься?
– Эй, босс! – в лабораторию просунулась голова Везунчика. – Ушёл наш клиент. Видать, допёр, что мы тут засели надолго.
– Стучать научись! – огрызнулся я. – В сторону порта утопал или к казармам?
– К казармам.
– Так я и думал. Продолжай наблюдать за улицей и чуть что – сразу сообщай мне.
Кивнув, вор снова оставил меня в одиночестве. Может, имело смысл ещё одного нанять и пустить следом за соглядатаем? Нет, это лишнее. Я и так догадывался, что срисовавший меня оборванец сейчас со всех ног ковыляет к воротам, где будет долго и терпеливо дожидаться появления Джокера. Притом, далеко не факт, что у хадартского мясника в ближайшие дни найдётся минутка, чтобы заглянуть в Бостань. Должен же он заниматься чем-нибудь помимо охоты на других игроков. Те же самые свитки перемещения и яды паралича добывать. Ну, а если он всё-таки соизволит явиться, я буду во всеоружии. Я начал наполнять водой первые пузырьки с колбами, а мысли тем временем снова перескочили на Трувора. Мне всё ещё не давал покоя тот переломный момент, после которого подловатый юрист превратился из моего союзника, пусть и вынужденного, во врага. Будем исходить из предположения, что в осколках памяти содержатся преимущественно самые яркие воспоминания. В общем-то, его можно считать подтверждённым практикой. Значит, Григорию Санычу мог попасться флешбэк, в котором его едва не пристрелил некто Геннадий Аркадьевич, он же Ник. После такого он мог запаниковать, заподозрить меня в ведении какой-то своей игры и нанести, так сказать, превентивный удар. Дурость, конечно, но чего ещё ждать от зашоренного крючкотвора, с корнем вырванного из зоны комфорта? Да и чёрт бы с ним. У меня производственный процесс заглох, толком не начавшись, а я всё стою, рефлексирую.
Что можно сказать об алхимии в целом и приготовлении зелий паралича в частности? Это долго. Как и предупреждал Игнатий, создание крохотной порции яда, которой хватало всего на один удар, или же на наконечник одной стрелы, представляло из себя сложнейший многоступенчатый процесс. Сначала я изготавливал промежуточные компоненты, затем, уже из них, составлял другие, более сложные, которые, в свою очередь, открывали возможность сварить сам яд. На этом алхимические мытарства только начинались. Теперь нужно было постоянно крутиться у аппарата, раз в тридцать-сорок минут корректируя температуру горелок и подбрасывая новые порции сырья в колбы. В то же самое время в соседних сосудах закипали более примитивные компоненты, трансформируясь в эликсиры здоровья, разжижители крови, тормозящие яды, зелья ускорения и прочие полезные штуки, которые могли пригодиться мне или моим друзьям. В промежутке между производственными этапами я прикорнул на полчасика, потом познакомился со сменщиком Везунчика, пришедшим как-то уж очень быстро, и снова взялся за дело. В один прекрасный момент пустые склянки начали подходить к концу, и я отправил кого-то там из домочадцев в лавку стеклодува. Потом сам выскочил ненадолго в банк за новой порцией ингредиентов. Там-то мне на глаза и попались кристаллы древней соли, некогда выбитые из голема в подземельях Бостани. Было их всего три, ингредиент сей оказался неизвестен науке, и я побоялся вслепую экспериментировать с такой редкостью. Времени заглядывать ещё и к Густаву у меня не было, зелья без должного пригляда грозили испортиться, так что в гости к алхимику отправился отец Расмуса, снабжённый запиской, одним из кристаллов и восемью сотнями золотых. Часов шесть спустя меня навестил курьер с ответным письмом, в котором алхимик сулил мне солидное денежное вознаграждение за каждый подобный кристалл или, хотя бы, за сведения о том, где они были найдены. К письму прилагалась бутылочка с разъедающим соляным туманом (Класс – редкое. Тип – метательное, одноразовое. Урон 4-8. Ожог 50 урона за 5 секунд, сроком на 10 секунд. Ослепление сроком на 9 секунд). Густав особо подчёркивал, что, по его расчётам, при взрыве бутылочки солёный туман может накрыть область радиусом в два-три метра, и предостерегал от неосторожного обращения с данной смесью. Интересно, как это у них выходит? Ему ведь надо было произвести какие-то пробы прежде, чем приспособить соляной кристалл к делу. Да и Игнатий, помнится, вытягивал из одной фляжки с соком огнедрева по несколько порций разрушительного огня. В моём случае всё было куда как проще. Один компонент – одно зелье. И это несмотря на мастерский уровень владения алхимией. Быть может, где-то среди вспомогательных навыков и затесалось что-нибудь вроде «бережливого зельевара», позволяющего дробить ингредиент на несколько мер, а может, это была исключительно привилегия неписей… Так или иначе, у меня сейчас не было ни свободного времени, ни золота, ни лишнего очка навыков, чтобы это проверить. И слава Богу. Не хватало ещё увеличить вдвое, а то и втрое, объём работ, которым и без того конца-края не видно.
Часы пролетали с пугающей скоростью. За окном, с которого я сорвал занавески, стали сгущаться сумерки, а Везунчик вновь заступил на пост. Воспользовавшись рецептурой Густава, я изготовил ещё два разъедающих соляных тумана, для чего пришлось отправить очередного гонца, на сей раз за недостающими компонентами. Так, потихонечку, от восьми с лишним тысяч осталось чуть меньше пяти, а ведь мне ещё нужно было обзавестись перевязью под боевые зелья. Банковская ячейка и тут меня не подвела. После непродолжительного торга, скорняк Седзимо уступил мне Спутницу травника (Класс – именное. Тип – перевязь. Вместимость 4. Особые свойства +15% к точности дальнобойных атак +20% к эффективности накладываемых вами эффектов горения, отравления и кислотного ожога +15% к скорости в лесу и на болотах. Минимальный уровень для использования – 25) в обмен на Белый порядок, два искрящихся метательных ножа и тысячу монет сверху. Ограбил, конечно, хуже бандитов Фьорри, один только мега молот должен был стоить куда дороже перевязи на двадцать пятый уровень, однако, я всё равно был доволен. Суть ведь не в том, чтобы гору золота под себя нагрести, а в том, чтобы экипироваться как следует перед концом света. Две из четырёх ячеек Спутницы тут же были отведены под кислотные склянки, одна – под разрушительный жидкий огонь, и одна – под соляной туман, как оружие последнего шанса. Три поясных ячейки, помимо тех, естественно, что отводились под ножны, теперь были заняты двумя лечилками и одним зельем скорости, которое я мог проглотить в любой миг, без необходимости открывать инвентарь.
