— Не беспокойтесь, — ответил Пантур, когда Шемма перевел ее слова. — Великая еще не выбрала отца своим детям. Эти комнаты пустуют, а других свободных помещений в нашей общине нет. Мужчин поместят в комнаты для сыновей владычицы, а женщину — в комнату ее дочери, — он с особым почтением произнес упоминание о будущей наследнице лурской власти.
— Скажи великой, что мы благодарим ее за заботу, — ответила Лила, обращаясь к Шемме. — Скажи, что мы восстановим шар, как только отдохнем с дороги.
— Она хочет посмотреть, как вы это сделаете, — перевел Шемма ответ Хэтоб.
— Пусть Пантур назначит срок, удобный и для нас, и для владычицы, — сказала магиня.
Ученый и Владычица о чем-то посовещались, после чего он сообщил, что беседа закончена. Все поклонились на прощание и вышли в коридор. Пантур вышел следом и указал на боковые ответвления в коридоре.
— Ваши комнаты, — перевел Шемма, повторяя за ученым по мере того, как тот переходил от двери к двери. — Твоя, Тревинер… Альмарен, тебе… Витри, ты будешь здесь… а это комната наследницы.
Пантур повел всех к себе за вещами, затем проводил каждого в свою комнату. Шемму он, как и прежде, оставил у себя.
Оказавшись в комнате, Альмарен осмотрелся. Здесь было чисто и уютно, лежанки — их было две — покрывала добротная, вытканная искусными умельцами ткань. На полу, как и у владычицы, был постлан теплый ковер, на столе стояла ваза с зелено-желтым растением, освещавшим комнату. Два деревянных, обитых тканью кресла стояли у стены.
«Ничего липшего, — подумал Альмарен, — а ведь это комната сына правительницы». Он увидел на полке какие-то фигурки и подошел поближе, чтобы рассмотреть их. Каменные кубики с вырезанными на них частями рисунка, статуэтки монтарвов, грифонов, кошек… «Как здесь много кошек! — вспомнил маг. — Сколько их встречалось и по пути, и здесь, в общине… Это же детские игрушки!» — догадался он.
Альмарен поставил фигурки на место и улегся спать, но сон вновь не шел к нему, хотя наверху, наверное, уже наступал рассвет. Несмотря на обилие впечатлений, он неотвязно думал о маленькой женщине, о трудной задаче, предстоящей ей после отдыха в чужом, непривычном месте. Лила рассказывала ему, как снимала заклинание с алтаря, как после этого целый день не могла взяться за будничные дела. Альмарен вертелся с бока на бок, то забываясь, то вновь оживая, пока голос Витри не вернул его в действительность.
— Альмарен, ты спишь?! Здесь уже утро.
Это означало, что прошло не менее половины суток с тех пор, как он оказался в этой комнате. Здесь, под землей, без привычной смены освещения, путались всякие представления о времени. Альмарен оделся и вышел в коридор, где, кроме Витри, уже был Тревинер, а с ним слуга, присланный владычицей.
Лилу он увидел только за завтраком. Магиня казалась бодрой, но в ее взгляде чувствовалась отстраненность, будто она вслушивалась в далекий, ей одной известный голос.
— Ты хорошо отдохнула? — спросил он.
— Да, я готова встретиться с шаром, — употребила она странное выражение. — Наверное, для меня будет лучше не завтракать.
Лила села вместе с остальными за стол, но не притронулась к еде, переправив ее обрадованному Шемме, а только выпила несколько глотков травяного настоя.
— Когда ты поведешь нас к шару, Пантур? — спросила она.
— Как только владычица закончит завтрак и выйдет в центральный зал. Мы подождем ее там.
В зале собралось немало любопытных монтарвов, преимущественно молодых. Вскоре появилась и владычица в сопровождении своих обычных слуги и служанки. Ученый повел всех собравшихся к шару. У входа он вручил владычице рубиновые очки, другие надел сам и первым вошел в просторную пещеру.
Пещера в точности совпадала с видением Лилы, но магиня не обратила на это внимания. Оранжевый шар был так близко, что она почти ощущала невидимую оболочку, наложенную на него Каморрой. Лила обошла зал, выбирая площадку для танца — она не знала другого способа освободить шар — и остановилась на ровном участке у самого края пруда.
— Вот здесь, — она очертила пространство руками. — Не вставайте сюда.
Шемма перевел слова магини владычице. Та понимающе кивнула и остановилась поодаль. Лила тем временем сняла куртку, оставшись в одной рубашке. Альмарен принял куртку из ее рук.
— Я ведь тоже маг, — шепнул он. — Я могу тебе чем-нибудь помочь, или нет?
— Что? Да, — ответила она совершенно невпопад. Альмарен понял, что магиня не слышит его, и эта рассеянность говорит об ее предельной собранности. Лила стряхнула с ног уродливые крестьянские башмаки и вышла на площадку.
Встав лицом к шару, она постаралась забыть все, воскрешая в памяти одну лишь музыку, под которую танцевала на алтаре. Когда мелодия зазвучала отчетливо, Лила закрыла глаза и задвигалась в танце, представляя себе, что в ней, как в кристалле, концентрируется сила магии. Плавные и быстрые, почти змеиные движения помогали ей сосредоточиться на втягивании силы, проникающей в кончики пальцев, в руки, плечи, тело… Когда каждая ее жилочка завибрировала от прилива силы, она перевела внимание в голову, в точку между глаз, отыскивая внутренним взором Оранжевый шар в открывшемся перед ней бесконечном колодце. Она ринулась в этот колодец усилием воли, быстрее падения, с бесстрашием человека, которому нечего оставлять сзади, рванулась, будто желая разбиться о встреченную впереди цель.
Цель возникла растущей оранжевой точкой, мгновенно заполнившей все пространство, видимое магиней. Лила не успела остановить мысль и с разгона ворвалась в шар, пролетая сквозь полупрозрачную массу, пронизанную тонкими, ритмичными сетевыми структурами, в которых чудилось что-то знакомое. Игла ее воли пронзала поры между волокнами, интуитивно отыскивая центр. Серое пятно центра увеличивалось, Лила влетела в него и внезапно оказалась в том же зале, где начинала танец.
У пруда перед шаром стояли трое. Двоих из них — ни светловолосого, ни улыбающегося, с рыжей кудрявой шевелюрой — Лила не видела никогда, третий, темноволосый, напомнил ей Альмарена.
— Говори ты, Гелигрен, — обратился он к светловолосому. — Пусть твое слово уйдет в будущее и станет нашим завещанием людям.
— Нет, Лилигрен, все будет не так, — ответил светловолосый. — Мир слишком темен для знания, суеверие скорее достигнет нашей цели.
Он сделал жест руками, и перед Оранжевым шаром появилась фигура женщины из монтарвов, чем-то схожей с Хэтоб. Видение величественно выпрямилось и заговорило:
— Я, Мороб, владычица Лура, сообщаю тебе, что это место обладает могущественной силой. Ты, который нашел его, используй эту силу на благо людям….
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
