Не ложился, что ли? Кстати, правильно сделал. Лучше не спать, чем смотреть всякую дрянь, а парень, похоже, вчерашний разговор воспринял всерьез. И опять-таки правильно. Дриксы вряд ли задумали великое самопожертвование во имя кесаря и варитского упрямства. У Бруно с глупостью строго – не Фридрих, но пока своими глазами не увидишь…
Маленькая кавалькада почти доскакала до рощи, когда ухо Жермона вновь ощутило какую-то неправильность. Мгновенье спустя генерал сообразил, в чем дело, – выстрелы больших дриксенских пушек раздавались не сбоку, из-за форта, а там, где началась эта странная переправа.
3
Через рощу они пролетели, почти не разбирая дороги. Леворукий помог, обошлось, зато дальше, в холмах, пришлось потруднее. Переть верхом напрямик, навстречу все сильнее разгоравшейся пальбе, не просто не хотелось – было затруднительно.
– Проедем дальше вдоль холмов. Может, найдем место для подъема поудобней.
– Да, мой генерал!
Выбранная по наитию тропинка петляла, пряталась в зарослях, взбегала на очередной пестрый от цветов склон. Где-то там, в середине цепочки холмов, окружавших приглянувшийся дриксам кусок болота, готовился к драке капитан Зантола. Не готовился – дрался… Выстрелы трещали уже вовсю. Беспокоились кони, тревожно переглядывались драгуны – опасались, что на ближайшей вершинке вот-вот покажется строй чужих мушкетеров. Буде такое случится, кавалькаду сметет одним залпом, но Жермон в подобный казус не верил. Судя по несмолкающей пальбе, в которую то и дело вплетались пушечные залпы, до вольных прогулок дриксам было далековато.
Тропинка очередной раз вильнула, ехавший первым сержант вскинул было пистолет, но облегченно выдохнул и опустил руку. В двух десятках шагов маячили лиловые всадники во главе с Рэми Варденом. Надо же, догадались!
– Что тут, кошки раздери, творится?
– К сожалению, я находился в расположения полка, – извинился Рэми. – Полк подойдет через пять-десять минут. Граф Гирке предположил, что вы пойдете напрямик, через рощу, и мы отправились вам навстречу. Дальше, на вершине холма, мы видели офицеров Ансела. Они могут знать, что к чему.
– Будем надеяться.
Спешиться все-таки пришлось. Проклятый склон являл собой лабиринт из овражника, твердость веток которого наводила на мысль о железе, промоин, ям и разбросанных в самых неподходящих местах каменных глыб. Лошадиные ноги следовало поберечь, а дурная голова, поберечь их не додумавшаяся, рисковала с маху приложиться как раз об один из этих камешков.
Жермон продирался сквозь перевитые зацветающим вьюном заросли, безжалостно распугивая многочисленных ящериц и возмущая еще более многочисленных пчел. Сзади навязчиво сопели. Это раздражало, но оборачиваться, рискуя получить в глаз распрямляющейся веткой, Ариго не собирался. Пушки продолжали ухать, мушкеты тоже не молчали – дело становилось все горячее. Ариго ускорил шаг, смял еще пару кустов и угодил в объятия капитану Зантоле. Бедняга рванулся навстречу начальству, словно оно привело целую армию.
– Господин генерал, я должен доложить…
– Подождите. Я осмотрюсь.
За рекой в очередной раз грохнуло. Тяжелое ядро врезалось в склон где-то в сотне бье от стоящих.
4
– Мушкетеры вышли на берег, чтобы встретить дриксов огнем, пока они еще на воде, – все-таки доложил Зантола, – и тут ударили пушки. Первый раз взяли слишком высоко, второй – тоже, а вот третий…
Капитан запнулся – похоже, внизу остался кто-то очень свой. Жермон посмотрел на берег. С полдюжины тел в черно-белых мундирах валялось на разноцветных камнях на полпути от воды до холмов. Третий раз «гуси» не промахнулись. Жермон сто раз видел, как это бывает. Ядро по пологой дуге влетает в ряды изготовившихся к стрельбе мушкетеров, рикошетирует от камней и скачет дальше смертоносным мячом, расшвыривая тех, кто окажется на пути.
– Что ж, – процедил Ариго, – понятно…
Понятно, что талигойцы поспешили убраться с открытого места в холмы, откуда и обстреливали высадившихся. Слаженно обстреливали, ничего не скажешь. Не удержались за гриву – держались за хвост… Очередное ядро. Три! Мелкие камешки разлетаются в стороны не хуже картечин. Дриксенские артиллеристы рискуют – на берегу есть теперь и свои. Рискуют, но бьют. Три дальнобойных орудия! Хитрецы, раздери их кошки. Устроили представление, а мы и обрадовались. Пушка у них не выдержала… Такое у Пфейтфайера не раскопаешь. Перетащить ночью пушки к самому берегу, дождаться, когда талигойцы выстроятся, как на параде, и ударить. Вроде и просто, но выгорело, а вот и второй сюрприз!
Подзорная труба услужливо приблизила немалую баррикаду, укрывавшую засевших на берегу дриксов. Фашины… Пока артиллеристы бодались с фортом, остальные тоже не бездельничали, а крутили эти связки. Защита проще не придумаешь, но сработало. Укрытые от пуль «гости» вовсю соревновались в меткости с застигнутыми врасплох талигойцами. И успешно. Да, у них были потери. Десятка три, если не больше, «крашеных» валялось и у самой воды, и на мелководье, но больше четырех сотен закрепились за неожиданной баррикадой, а лодки уже спешили назад. За подкреплением.
– На берег высадился только один батальон, – обрадовал Зантола. – Много места в лодках занимали фашины.
– Скоро их будет два, – утешил Жермон.
Топтаться на прибрежном пятачке дриксы не станут. Накопят силы, пойдут в атаку на холмы, взберутся и вот там уже укрепятся как следует, после чего в дело с чистой совестью вновь пойдет Пфейтфайер. Перебросят артиллерию и уже всю свою пехоту, а ее у «гусей» побольше раза в два. Есть еще и драгуны, спешивать которых горазды не одни талигойские генералы, тем паче кавалерия в холмах преимуществ не даст. В этом Жермон убедился еще позавчера. Дриксы, видимо, тоже. Сообразить, почему талигойцы не пустили вперед конницу, мог бы и дурак, а дриксенский генерал был кем угодно, но не дураком.
Баррикада мозолила глаза, и Ариго опустил трубу. Захвати «гуси» холмы, они саданут по форту с тыла. Значит, надо бить на берегу и немедленно, но авангард потеряет больше, чем может себе позволить.
– Ваше мнение, капитан?
– Господин генерал, когда вернутся лодки, спихнуть дриксов в Хербсте станет очень трудно. Пушки нужны. Позавчера мы их сюда не дотащили, а сейчас надо бы. Даже полковые хороши будут.
– Варден?
– Я согласен, господин генерал. Я только боюсь… Прежде чем мы подтянем артиллерию, противник сам перейдет в атаку.
– Вот именно…
Пока силы скорее равны, но талигойцы рассеяны по склонам, а «гуси» засели за своими фашинами. Расстояние до паршивцев невелико, только вот атаковать дружно и в хорошем порядке не получится. И все равно атаковать надо. Прямо сейчас, пока дриксов не так уж и много. Плевать на пушки, один раз испугали – и хватит. По ровному берегу добежать до баррикады недолго, полминуты, ну, три четверти, не смертельно. По крайней мере, смертельно не для всех. Значит, собираем людей, спускаемся, пусть и под огнем, и бегом вперед…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
