Потери Красной Армии в этой операции, по разным данным, находятся на уровне 8–9 тысяч человек убитыми и около 20 тысяч ранеными. Заявления японцев, будто мы потеряли более 20 тысяч человек убитыми, как бы это сказать поделикатнее, не продиктованы трезвым рассудком.
Маньчжурская стратегическая наступательная операция завершилась молниеносным разгромом японской Квантунской армии. Реальное сопротивление японцев продолжалось менее недели, то есть операция на все сто процентов отвечает определению блицкрига. Советское командование сумело завершить долгую и кровавую войну, тянувшуюся целых 6 лет, одним коротким, сокрушительным ударом. Конечно, можно было бы ограничиться кратким резюме, как мы делали это в предыдущих главах, но с моей точки зрения, это наступление по целому ряду причин заслуживает более детального рассмотрения.
Дело в том, что слишком многое отличает эту операцию от привычного европейского блицкрига. Первое — это размах операции, наступление велось на фронте общей протяженностью около 4400 километров, на глубину до 900 километров. При этом следует учесть исключительно сложный характер местности, по которой пришлось наступать советским войскам. Множество горных хребтов, реки, непроходимая тайга разделяли этот фронт на несколько независимых участков. В Европе ничего подобного вы не сумеете найти, и от командования требовалось высочайшее мастерство, чтобы скоординировать действия войск на всех уровнях — от фронтов до батальонов. Советские генералы и офицеры справились с этим почти идеально, некоторые мелкие неувязки можно не брать в расчет. Как мы уже отмечали, немцы в 1941 году наладить подобную координацию на стратегическом уровне не сумели, что во многом и предопределило провал операции «Барбаросса». При этом фронт в Европейской России, несмотря на свои «противотанковые» дороги, обладал гораздо более высокой связностью, чем Маньчжурский театр военных действий.
Как было отмечено выше, нашим войскам приходилось действовать в самых различных условиях. Поэтому для поддержания высокого темпа наступления требовался очень тщательный подбор сил и средств обеспечения, причем в каждом конкретном случае они были различными. Конно-механизированная группа генерала Плиева пересекала пустыню Гоби, 6-я Гвардейская танковая армия форсировала горы Большого Хингана, 1 — я Краснознаменная армия была вынуждена продираться сквозь Приамурскую тайгу. Сами понимаете, что требования к инженерному и тыловому обеспечению были совершенно различными. Какие-то дивизии получили дополнительные понтонно-мостовые подразделения для быстрого форсирования водных преград. Какие-то — дополнительные автоколонны. 6-я гвардейская танковая получила дополнительные силы авиации для ведения разведки и обеспечения связи между корпусными колоннами. К сожалению, полагаться на радиосвязь даже в 1945 году были рискованно.
Еще одной особенностью Маньчжурской операции было то, что советскому командованию удалось добиться полнейшей стратегической и тактической внезапности. Принятые меры безопасности представляли собой любопытную смесь изощренных уловок и довольно сомнительных решений. К последним я бы отнес ставшее уже традиционным переименование высших военачальников, ведь пересчитать по пальцам советских маршалов не составляет труда. Другое дело, что японская разведка не сумела раскрыть факт сосредоточения огромных сил на границах Маньчжурии. Иное дело, что и здесь советское командование сумело найти нестандартные решения. Например, 6-я Гвардейская танковая армия начала наступление прямо с марша из глубокого тыла, не останавливаясь в районе сосредоточения. То же самое сделала 2 — я Краснознаменная армия.
Внезапность вряд ли могла быть более полной. Разведка Квантунской армии утверждала, что Красная Армия не сумеет начать наступление ранее середины осени или даже весны 1946 года. И все действия японского командования говорят об этом. Штаб 5-й армии собрал совещание командиров частей и соединений, обезглавив их в решающий день. Сам командующий Квантунской армией отсутствовал в штабе, находясь на пути в Дайрен.
Советское командование выбрало совершенно неожиданные места для нанесения ударов. Ни один из японских генералов не сумел предусмотреть прорыва через Большой Хинган и Гоби. Не было даже планов отражения наступления в этих районах. Такое тоже бывает очень редко, обычно штабы готовятся к любым вариантам развития событий, но не в данном случае. Степень неведения японских генералов лучше всего характеризует тот факт, что 1-я танковая дивизия, сформированная в Маньчжурии и находившаяся там почти всю войну, в 1945 году была переброшена в Японию. В Маньчжурии остались только 1-я и 9-я отдельные танковые бригады в составе Третьего армейского района. Это, кстати, ставит под очень большие сомнения сведения о 1000 танков, имевшихся у Квантунской армии. Вдобавок японцы лишились самого эффективного оружия против любого наступления — контрудара мобильного резерва из глубины обороны.
Вообще японцы оказались совершенно неспособны противостоять современной армии, имеющей опыт боевых действий на широком фронте. Советское командование использовало боевые группы, ядром которых были танковые подразделения, вместо того чтобы гнать волны пехоты на японские укрепления, и японцы продемонстрировали откровенную беспомощность в борьбе с ними. Квантунская армия застряла где-то в 1935 году, хотя на дворе стоял уже 1945-й.
Советское командование применило еще одну тактическую новинку. Вместо разведывательных групп вперед выдвигались сильные авангарды, способные подавить сопротивление тыловых частей. Эти авангарды действовали на большом удалении от главных сил, иногда до 50 километров, и пользовались полной свободой действий. Воздушные десанты выбрасывались в японский тыл на еще большее расстояние.
В целом Маньчжурская наступательная операция демонстрирует дальнейшее развитие тактики блицкрига с учетом возросших возможностей войск, их улучшившегося технического оснащения. Принципиальной новинкой стало участие в операции воздушных десантов. Это позволяет назвать наступление в Маньчжурии провозвестником комбинированных операций, которые характерны для современных армий. Так что в некоторых отношениях наши генералы намного опередили свое время, жаль только, что ограниченные технические возможности Красной Армии не позволили в полной мере реализовать новаторские замыслы командования. Но и без того темп наступления 6-й Гвардейской танковой армии составил 82 километра в день. Даже 36-я армия Забайкальского фронта, которой пришлось вести бои в Хайларском укрепрайоне, за день проходила до 45 километров. Несколько ниже была скорость наступления армий 1-го Дальневосточного фронта, однако и здесь она не опускалась ниже 25 километров в день, что немцы считали прекрасным достижением.
2 сентября 1945 года была подписана капитуляция императорской Японии, завершилась Вторая мировая война. Вместе с ней подошла к концу и история блицкрига. Приятно, что именно Красной Армии было суждено поставить эффектную точку, доказав, что этот тактический прием могли применять не только его изобретатели — немцы. Причем советский блицкриг оказался гораздо более продуманным и тонким, чем немецкий.
БИБЛИОГРАФИЯ
«Битва за Берлин». М., 1995.
«Война в Корее, 1950–1953». СПб., 2003.
«Вторая мировая война. Сборник статей». М., 1957.
«Гриф секретности снят». М., 1993.
«Курская битва. Хроника, факты, люди». В 2 томах, М., 2003.
«Мировая война, 1939–1945 годы». М., 1957.
«Моторизованная пехота Вермахта». Рига, 1998.
«Операция «Багратион». М., 2004.
«Советские танковые войска 1941–1945». М., 1973.
«Трагедия 1941. Причины катастрофы». М., 2008.
Адам В. «Катастрофа на Волге». Смоленск, 2001.
Ананьев А. «Танки идут ромбом». М., 1975.
Барятинский М. «Немецкие танки в бою». М., 2007.
Барятинский М. «Советские танки в бою. От Т-26 до ИС-2». М., 2007.
Барятинский М. «Т-34 в бою». М., 2008.
Белобородов А. «Прорыв на Харбин». М., 1982.
Бешанов В. «Год 1942 — «учебный». Минск, 2002.
Бешанов В. «Десять сталинских ударов». Минск, 2003.
Бешанов В. «Танковый погром 1941 года». Минск, 2000.
Бивор Э. «Сталинград». Смоленск, 1999.
Бикс Г. «Хирохито». М., 2002.
Бок Ф. фон «Я стоял у ворот Москвы». М., 2006.
Брукс Л. «За кулисами японской капитуляции». М., 1974.
Брэдли О. «Записки солдата». М., 1957.
Былинин С. «Сталинградская битва». М., 2004.
Василевский А. «Дело всей жизни». М., 1978.
Воротников М. «Г.К. Жуков на Халхин-Голе». Омск, 1989.
Горбунов Е. «Схватка с черным драконом». М., 2002.
Гот Г. «Танковые операции». М., 2006.
Гречко А. «Битва за Кавказ». М., 1967.
Гудериан Г. «Внимание — танки! История создания танковых войск». М., 2005.
Гудериан Г. «Воспоминания солдата». Смоленск, 1999.
