Если честно, нам надо было быть активно быть против, но тогда мы со Сморчком явно не осознавали того, какие мы неудачники. Или, наоборот, какие мы везучие, везучие настолько, что впору падать на спину и крылья от счастья.
Оказалось то, что должна была передать подруге-доктору Лера, было достаточно тяжелым и объемным - это была темная коробка, внутри которой лежал какой-то крутой запатентованный косметический аппарат из Швейцарии, предназначенный делать кожу женщин воистину волшебной - возвращать ее на десять лет назад.
Дэн, увидев в багажнике красного авто эту коробку, тут же вызвался помочь матери перенести ее, заявив, что сам отлично может утащить все, что угодно, поэтому охрану медицинского центра звать не надо. Этот парень вообще оказался заботливым сыном - не маменькиным сыночком и не зависимым от каждого ее слова и действа слюнтяем, а действительно хорошим, если так можно выразиться, ребенком, который, судя по всему, к семье относился очень серьезно. Не зря он заявил после веселья в "Алигьери", что пьяным домой не пойдет - из-за мамы. Отношения, как я поняла, у них были достаточно либеральными и теплыми - по крайней мере, на мой первый взгляд.
Лера и Денис вышли из машины, а я, естественно, одна в ней сидеть не захотела и поскакала вслед за мамой и сынком Смерчинскими. Правда, меня несколько смутило название центра: "Женская диагностическая клиника". К тому же прямо перед нами из ее стеклянных дверей вышла девушка в положении - приличном таком положении, которой наш супервежливый Смерч придержал дверь. Его взгляд задержался на мгновение на беременной, и глаза стали задумчивыми - по-моему, Дэнни стало интересно, как чувствует себя будущая мать и как она воспринимает мир. Его врожденная привычка изучать самых разнообразных людей не давала забывать о себе.
Я нахмурилась, глядя на название центра, а Дэну до названия откровенно не было никакого дела - по-моему, он вообще никогда и ничего не смущается, эта обаятельная пальма.
Из больницы мы вышли через полчаса. Подруга его мамы, женщина с тысячью пластических операций, встретила нас в холле, дружески обняла Леру, расцеловала Дэна и долго выспрашивала обо мне. Она долго звала нас к себе в кабинет, но Лера мило улыбаясь, отказалась, сказав, что мы очень спешим. Глава клиники отпустила нас неохотно и на прощание сказала мне, что Денис - хороший мальчик и королевский одуванчик в одном лице, и если бы она сама скинула лет так двадцать, то у меня появилась опасная соперница. Меня это не смутило, а скорее, напрягло, но Дэн сказал какую-то шутку, и это моментально меня развеселило.
Над чем-то втроем смеясь, мы вновь прошли к автомобилю Леры - она, щебеча с кем-то по телефону, шла впереди. Пока шагали к авто, я заприметила вывеску рок-джаз-бара "Сияние", где не была уже сто лет. В последний раз я ходила туда вместе с Димкой и одногруппниками.
- О, рок-джаз-бар! - загорелись мои глаза, - Дэн, давай зайдем как-нибудь?
- Зайдем, - отозвался он задумчиво. - Ты так любишь музыку?
- Обожаю, - призналась я. - Скоро рок-фест будет, моя любимая группа выступает, пойдем вместе?
- Что ж, пойдем.
- Правда?
- Да, - серьезно пообещал парень.
- Точно?
- Обещаю. Садись в машину. - Открыл мне дверь Дэн, оглядываясь.
- Чего ты все врем по сторонам головой вертишь?
- Показалось, что одну и ту же тачку несколько раз видел, - хмуро отозвался он. - Около универа еще. А сейчас ее вроде бы не вижу. Так, ладно, все окей. Мне уже мерещиться. Бурундук, садись.
Он тряхнул волосами, и маска обеспокоенности мигом слетела, уступив место маске под названием "Я обаятельная и крышесносная личность"
- Почему он все время палит по сторонам? Заприметил? - занервничал один из парней в серебристом авто с тонированными стеклами. Теперь в машне их было пятеро. Они стояли недалеко от мажорского салона красоты, около которого было припарковано куча дорогих тачил.
- Точно. Палево! - подхватил его друг, видя как их "объект" частенько оборачивается, хотя водитель вел свою машину очень аккуратно, как профессиональный шпион, и нигде особо не светился.
- А лошок наш непрост, - весело сказал Гера. - Заприметил по ходу дела. Так, гоним к его дому. Будем там ждать. Никки говорил, что он живет в крутом домике с охраной. Надо будет ловить его за периметром территории домика.
- Поймаем! Че мы, лошары что ли конкретные? А он доообрый дебил, раз такой крутой мотик просто так бросил, - увидел один из парней Санек,, как Денис пересаживается в красную тачку, забыв о мотоцикле. Куда он поехал дальше, молодые люди не видели - уехали, боясь, что Смерчинский заметит их.
- Это тебе не наша Пристань, - усмехнулся сквозь легкую пульсирующую боль во всем теле парень по кличке Дикий. - Это центр города. Тут цивильно. NЗапрещено цензуройN! - неожиданно вскрикнул он.
- Ты чего?! - вытаращились на него приятели в спортивных костюмах.
- Ничего. - Сквозь зубы выговорил парень. Его по-тихому начало "ломать". Вены на руках от этого стали еще более видными, вздутыми. Если Гера употреблял умерено, зная, когда свою меру, то этот парень, случайно попавший к команду, был наркоманом.
Когда Дэн со своей девушкой и мамой поехал в клинику, серебряное авто направилось прямиком к его дому. Эти ребята умели ждать. И умели делать то, что говорили им "старшие".
Рок-джаз-бар "Сияние" был известен тем, что в нем почти ежедневно выступали местные группы вышеозвученных музыкальных направлений. Выступления, естественно, были живыми и обычно публику больше радовали, нежели огорчали. Поэтому в этом месте всегда было немало посетителей. Да и располагался бар в оживленном районе почти в самом центре города.
Сегодняшней группой, которая должна была своим звучанием взбодрить посетителей "Сияния", была та самая панк-рок банда, чьим солистом являлся черноволосый парень с длинной челкой, тот самый, который совсем недавно вместе с Машей немного пошутил над Дэном в клубе, а потом оставил девушку вместе с пьяным другом, так как заприметил грозного деда Смерчинского.
Молодой человек, нисколько не сожалевший о содеянном, сейчас сидел в закрытом пока еще баре около самого окна, закинув длинные ноги в черных узких джинсах на соседний стул, и настраивал гитару.
Он совершенно случайно бросил взгляд в окно, и тут же из сосредоточенных его глаза стали удивленными. Он даже челку, падающую на них, отбросил, чтобы убедиться, что не ошибается. Из больницы "Женская диагностическая клиника" выходили Смерч, его веселая подружка и, в довершении всего - мать. Выражение лица Дэна счастливым назвать никак было нельзя: он не улыбался и вроде бы как растерянно оглядывался по сторонам. Музыкант тут же подумал, что если бы он выходил из такой больнички со своей девчонкой и матерью, то вообще помер бы. Становиться... папой в таком возрасте Челка очень не хотел. А что еще он мог подумать, видя, как его друг со своей любимой выходят из такого места?
