Игорь Михайлович дал знак слугам, и защитный купол убрали. Безбоязненно переступив границу полигона, цесаревич бросил взгляд на продолжающего лежать у моих ног Кристофа Рейсса.
— Мы забираем эту падаль, князь Романов, — объявил о своем решении наследник русского престола. — Полагаю, Емельян Сергеевич будет вам крайне признателен за то, что вы сегодня сделали.
Я кивнул и усилием воли погрузил графа в глубокий сон. Ближайшие несколько часов он не сможет прийти в себя. За это время его без проблем доставят в Москву, а там, под транквилизаторами, ему не светит ничего хорошего.
Я обещал, что буду убивать тех, кто покушается на меня и мою семью. Кристоф Рейсс обязательно умрет, но до тех пор его жизнь превратится в такой кошмар, что он станет молить о смерти, как о милости.
Потому как куратор Царской Службы Безопасности великий князь Емельян Сергеевич Невский ни за что не согласится на легкую смерть для того, кто повинен в гибели его наследника.
Глава 23
Два дня спустя. Германский рейх, Берлин .
— Теперь ты должен князю Романову, Герберт, — произнес кайзер, выслушав рассказ принца. — Сложно представить, чем ты смог бы расплатиться за то, что он вывел Рейссов на чистую воду.
Его высочество смотрел на Вильгельма без тени улыбки. А сидящий в своем кресле правитель Германского рейха вдруг усмехнулся.
— Пожалуй, я придумал, чем можно покрыть этот долг, — объявил он. — Придется, конечно, согласовать этот вопрос с Михаилом II, но не думаю, что он откажется прирастить свое государство остатками Польши.
— Ты хочешь отдать им нашу землю?! — воскликнул Герберт. — Мы ради нее столько всего сделали, столько людей погибло. Наших людей.
Вильгельм взглянул на внука и свел брови.
— Полагаешь, я не понимаю, что мы проиграли эту партию? — спросил он, поджимая губы. — Иногда бывает и так. Но ты должен понимать, Герберт, пока существует род, ничего еще не кончено. Там, в Дрогичине, князь Романов фактически обеспечил нас неопровержимыми доказательствами, что герцогство Тюрингия предало своего монарха, свою страну. Продалось ради общества ключников и их корпорации.
Его высочество склонил голову, не оспаривая слова деда. А тот продолжил:
— Я уже очень стар, скоро мне придется умереть. Ты взойдешь на трон и сам станешь кайзером. А значит, у рода Бисмарк появится будущее. А вместе с ним — и у Германского рейха, — проговорил Вильгельм. — Рейссы — наши прямые конкуренты за трон. И Романов дал нам возможность от них избавиться, а значит, в твоем будущем станет еще меньше внутренних врагов. И удержать Германский рейх от превращения обратно в десятки независимых герцогств будет легче.
Кайзер прикрыл глаза, откинувшись на спинку кресла.
Ах, если бы у него был какой-то выбор! Любая альтернатива сгодилась бы, чего уж там говорить. Сломанный пленом Герберт перестал казаться идеальным наследником, но он все равно оставался лучшим вариантом. Да, при его правлении Германский рейх не займет лидирующей позиции. Но хотя бы не перестанет существовать. А это уже само по себе не мало.
Если прежний Герберт фон Бисмарк и мог бороться за первенство своей страны, то после того, что с ним сотворил Кристоф Рейсс, никаких надежд уже не оставалось. Но хотя бы удержать власть и обезопасить границы он сможет.
Оставлять в таком случае себе польские территории, в которых нужно наводить порядок еще не один десяток лет — непозволительный риск. Точка конфликта, которая будет пожирать ресурсы, подобно тому, как костер пожирает хворост, создаст возможность оппозиции наносить удары по роду Бисмарк. А потому от земель Польши лучше и дешевле избавиться. Может быть, правнук Вильгельма позднее вновь их получит?
— Что вы подписали соглашение с цесаревичем — это тоже хорошо, — после затянувшейся паузы объявил монарх. — Однако наши планы теперь нужно кардинально изменить. Никакой больше экспансии — мы не потянем ее с врагами за спиной. Все ресурсы корпорации «Армтек» будут заморожены, сотрудники взяты под строгий контроль, руководство должно быть арестовано по обвинению в измене. Я поднимаю армию и призываю верных нам аристократов в борьбе против герцогов Тюрингии.
Герберт поднялся на ноги и склонил голову.
— Как пожелаешь, кайзер, — ответил он.
Вильгельм еще раз взглянул на внука, на этот раз с сожалением. Но тут же взял себя в руки. Рейссы заплатят за то, что сделали с будущим кайзером Германского рейха. Их род прервется, а род Бисмарк получит еще один титул и земли в собственное владение.
— Собирайся, Герберт, — сказал кайзер, глядя на его высочество. — Ты лично возглавишь эту кампанию.
* * *
Москва, Кремль .
— Вот так-то, Игорь Михайлович, — произнес с усмешкой государь, наливая себе чай в чашку. — Вилли готов отдать нам всю свою часть Польши в качестве платежа за спасение внука и определение виновных в его похищении и ломке. И это не считая тех уступок, что ты выбил по соглашению о ненападении. Неплохой результат, как по мне, особенно если учесть, что это была твоя первая зарубежная поездка.
Цесаревич кивнул. Чашка в его руке уже начала остывать, впрочем, Игорь Михайлович мог нагреть ее усилием воли. Но тратить дар ради того, чтобы сделать последний глоток, не хотелось, а потому наследник престола просто держал чашку в руках, ожидая, когда Михаил II закончит подводить итоге встречи в Дрогичине.
— Единственное условие, — произнес государь после небольшой паузы, во время которой наслаждался чаем, — которое Вильгельм нам поставил — на территории бывшей Речи Посполитой должно появиться одно княжество для Романова.
Игорь Михайлович хмыкнул.
— Мне не нравится, что Германский рейх так быстро отказался от своих планов по завоеванию Европы, — признался он. — Это означает, что Дмитрий Алексеевич был совершенно прав — Вильгельм понимает, чем обернется для страны неуравновешенный кайзер.
Царь нахмурил брови, баюкая в ладонях чашку.
— Герберт настолько психически нестабилен? — уточнил Михаил II.
— Он в шаге от безумия, — подтвердил Игорь Михайлович. — Я уверен, что как только он сядет на трон, поспешит развязать какую-то новую войну. И тот факт, что нам отдали всю Польшу, указывает на то, что кайзер планирует навязать нам уничтоженный и озлобленный регион. Мы будем тратить силы и ресурсы на то, чтобы интегрировать эти земли в Русское царство, а Герберт — наращивать военный потенциал Германского рейха.
Царь улыбнулся и, отставив чашку в сторону, положил ладонь на плечо наследника.
— Прекрасно, что ты это понимаешь, — негромко сказал государь. — Но, к счастью, кайзер не уточнял, кто именно из Романовых должен получить княжество. Так что завтра я вызову к себе Алексея Александровича и назначу его регентом при малолетнем ребенке, которого сейчас ждет его супруга, княгиня Казанская.
— А Дмитрий Алексеевич? — уточнил цесаревич.
— Так как старший сын Романова, князь Якутский, наследует Казань, то Дмитрий Алексеевич станет наследником первой очереди в Польской губернии. Скажем, князь Львовский?
* * *
Москва, особняк князя Красноярского. Князь Романов Дмитрий Алексеевич .
Просыпаться в своей постели, которую не раскачивает в такт стука колес, не чувствовать вездесущего запаха креозота и неизбежной придорожной пыли — благо, о котором редко задумываешься в обычной жизни.
В отличие от цесаревича, я к путешествиям железной дорогой относился откровенно без удовольствия. Но раз уж взялся сопровождать наследника русского престола, делать это приходилось безо всяких скидок на свои личные пожелания. В конце концов, Игорь Михайлович не только ехал на переговоры с принцем Германского рейха, но попутно действительно инспектировал земли Литовской губернии.
Теперь, когда все закончилось и я впервые проснулся в своей кровати в спальне особняка в Северном Бутово, жизнь уже не казалась мне бесконечной чередой металлического грохота и вечной качки. Ароматная постель, тишина в доме, доносящийся из гостиной запах свежего кофе — практически идеальное утро.
