И по-прежнему не было стыдно. И больно не было. Ему было никак. Ничего не хотелось. Даже мыслить. Даже сознавать собственное существование. Девятнадцать сорок шесть.
«Вот так люди и доходят до самоубийства, — мимоходом отметил Шеллар, поймав себя на последней мысли. И тут же добавил, как бы торопясь самого себя заверить, что ситуация под контролем. — Но от меня вы этого не дождетесь!»
Меч, как выяснилось, только мешал, и уж лучше бы Кантор действительно отдал его лучнику. Волшебная чакра Шанкара оказалась редкостной умницей — нигде не застревала, всегда возвращалась и, что поразительно, пробивала любые доспехи как дешевую жесть. Да и чего тут удивляться, если Шанкар с ней на дракона ходил!
Как-то незаметно Кантор со своим магическим оружием оказался за спинами Эспады и Торнгрима, а более надежное прикрытие и представить себе трудно, так что меч ему действительно не понадобился.
Первую атаку отбили успешно, хотя защищать крепость без ворот было, мягко говоря, несколько неудобно. Без боеприпасов для своего супероружия бело-голубые оказались не так уж и круты, а в обычной рукопашной исход часто зависит даже не от численного соотношения сил, а всего лишь от того, у кого крепче яйца. Озверевшие повстанцы стояли насмерть и дрались отчаянно, а наступающие, лишившись видимых преимуществ, чувствовали себя не очень уверенно. Товарищ Пассионарио без кольчуги с удовольствием намотал вражеского мага на ствол танка, и сейчас сотворенная им скульптурная композиция вяло догорала, воздействуя на боевой дух обеих армий.
Вторая атака должна была быть серьезнее. Боеприпасы все-таки доставили, и на этот раз наступающих будут прикрывать стрелки. А может быть, и чего похуже…
«Этот герой недоделанный хоть догадался опять кольчугу надеть? — беспокойно подумал Кантор, тщетно пытаясь высмотреть на левом фланге непутевого вождя. — Ведь с магом уже разобрался, лишней Силы больше не требуется…»
— Всем отойти от ворот! — Голос оливкового оболтуса почему-то утратил свою жизнерадостность, Кантору даже почудились панические нотки. — Очистить двор. Рассредоточиться. По возможности укрыться. Ожидается артподготовка.
Паузы между фразами длиннее, чем следует. Значит, маг повторяет с чужих слов, а рядом с ним стоит кто-то сведущий и подсказывает. И кто же это, интересно?
— Без команды укрытий не покидать.
О чем бы еще побеспокоились просвещенные товарищи! Укрытия и по команде-то не все покинут…
— Товарищ Пассионарио, вас ждут в штабе.
— Да сейчас, сейчас! — нетерпеливо откликнулся такой же громогласный голос вождя. — Погоди, я вот тут хочу перед воротами одну штучку поставить…
Кантор мельком оглянулся и заметил миниатюрную фигурку его величества. Бесстрашный раздолбай торчал на уцелевшем зубце стены прямо над разбитыми воротами как памятник самому себе. Вернее, как удобнейшая на свете мишень. Знал бы, что Плакса полностью потеряет инстинкт самосохранения от одного несчастного гриба, нипочем не дал бы…
— Давайте к стене, — предложил Кантор, подталкивая впереди себя коротконогого гнома, чтобы не отстал. — Я там был, там нормально.
— Ты свое волшебное кольцо спрячь пока, — посоветовал Эспада. — Уронишь еще.
Кантор хотел сказать, что он думает о подобных предположениях, но не успел. Знакомый сверхъестественный вой разом оборвал все разговоры, бойцы зашевелились шустрее, торопясь «рассредоточиться и укрыться».
— Ложись! — грянуло над крепостью. Кто-то толкнул Кантора в спину, они с Эспадой повалились на гнома, сбив его с ног и вызвав бурю негодования, которая, впрочем, потонула в грохоте взрыва.
Когда Кантор поднял голову и опять оглянулся, на зубце у ворот никого не было. Как, впрочем, и самого зубца.
— Плакса, придурок! — взвыл он и бросился туда, забыв, где находится и что вокруг происходит. Кто-то (кажется, Эспада) схватил его за шиворот, низкорослый гном вцепился в подол, еще кто-то обругал и оттолкнул с дороги, так как все двигались в противоположную сторону.
«Вот тебе и предсказания…» — с горечью подумал Кантор, все еще не в силах смириться с мыслью, что любимого вождя разнесло на мелкие кусочки.
Это было последнее, что он подумал.
Шеллар попытался разобрать собственноручно написанные строки — и ничего не понял.
Погасил окурок и потянулся к коробке за следующей сигарой, раздумывая, не попробовать ли все-таки вернуться к трубке? Все же набивать ее и выколачивать каждый раз — какое-никакое, а занятие…
Истошный женский вопль, донесшийся откуда-то из противоположного крыла дворца, мгновенно вернул короля в реальность. Бросив на столе и конспекты, и курево, его величество пулей вылетел в приемную и на бегу махнул рукой охране. Жака уже не было, — видимо, успел выбежать раньше. Пусть даже причиной переполоха была обычная мышь, испугавшая придворную даму, все равно стоило сбегать и посмотреть. Хотя бы пять-десять минут это займет. Все же лучше, чем сидеть в кабинете, уставясь на застывшие стрелки часов, и медленно сходить с ума…
Крик не повторялся. Шеллар попытался на бегу сообразить, чей это был голос, но вынужден был признать, что память его подводит. Или же голос был слишком искажен ужасом, или его величество просто никогда не слышал этот голос на такой громкости… Вот был бы на месте Кантор, тот бы сразу определил…
Искать, откуда доносился крик, не пришлось — у дверей Эльвиры уже собралась толпа, оглашавшая весь этаж беспокойным галдением. Дверь девушка на стук не открывала.
— Всем разойтись! — рявкнул Шеллар и сам поразился проворству, с которым придворные бросились исполнять приказ. «Неужели у меня что-то не то с лицом, что они так испугались?» — удивился он, обнаружив, что буквально в течение нескольких секунд у двери остались только он, его охрана, невозмутимый мистик Чен и пьяный до полного бесстрашия Жак.
— Эльвира! — громко позвал король, для верности еще пару раз постучал и кивнул охране: — Ломайте!
Приказ был исполнен с подобающей расторопностью. Дверь вылетела со второго удара. Его величество понял, что народ здесь толпился не зря, и успел еще отодвинуть Жака, пока тот не сунул в комнату свой любопытный нос.
— Уйди, — скомандовал его величество, дабы шут не вздумал настаивать. — Там слишком много крови.
Жак судорожно сглотнул и отскочил подальше, немедленно вспомнив, что кровь намного страшнее разгневанного короля. Придворный мистик, напротив, поспешил проскользнуть внутрь, дабы скорее исполнить свой профессиональный долг. За ним шагнул и Шеллар, уже понимая, что именно лежит на ковре у Эльвиры, но все еще намереваясь взглянуть в лицо во избежание ошибки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
