Дворец Матьяша стоял на горе над знаменитой излучиной Дуная. Ниже находилась башня Соломона, где под стражей содержались опасные государственные преступники. Но еще в начале своего долгого заключения Дракула каким-то образом попал на глаза сестре Матьяша. Быть может, благодаря вмешательству этой девушки, чье имя не упоминается в анналах семьи Хуньяди, видимо, из-за связи с Дракулой, а может быть, по иной, неизвестной причине, условия тюремного заключения Дракулы становились все более сносными. Кроме того, под горой были прорыты различные тайные ходы, из которых один, вероятно, вел из тюремной башни в покои княжны.
Первая жена Дракулы умерла; по преданию, она покончила с собой, бросившись с высокой башни замка перед приходом турок в 1462 г. Таким образом, Дракула мог жениться снова. Его женитьба на сестре Матьяша и отречение от православия в конце концов привели к его освобождению и возвращению на валашский трон.
Освободив Дракулу из тюрьмы в 1474 г., Матьяш отвел ему дом в старинном городе Пеште, на противоположном от Буды берегу Дуная. Существует местное предание о жестокой смерти некоего венгерского капитана, тайком проникшего в дом Дракулы, который, обнаружив непрошеного гостя, якобы отрубил ему голову. Это происшествие прошло бы незамеченным, если бы не столь типичный для Дракулы мотив убийства, ставший его манией и проявлявшийся практически во всех обстоятельствах. По преданию, он убил человека не из-за опасности ограбления дома, а потому, что было затронуто его гипертрофированное самолюбие. «Разве можно, — недоуменно восклицал он, — входить в княжеский дом, не будучи официально представленным?!»
Уехав из Пешта, Дракула с женой почти два года провели в Сибиу. Казалось, он помирился с немецкими горожанами, которые теперь ничего не могли поделать с ним из-за его семейных связей с венгерским королем. В центре Сибиу до сих пор сохранился старинный готический собор, строительство которого началось еще до рождения Дракулы.
В соборе похоронен единственный законнорожденный сын Дракулы, известный в истории как Михня Жестокий. У него было не так много возможностей проявить свои дурные наклонности: он правил недолго, значительно меньше своего отца — с апреля 1508 до октября 1509 г. Подобно отцу, он искал в Сибиу убежище и умер, как и все Дракулы, от руки политического соперника. Один из потомков Михни совершил самый серьезный по тем временам проступок (в 1462 г. в нем подозревали и Дракулу): перешел в ислам, поэтому некоторые из его отпрысков носили мусульманские имена.
С именем Дракулы связан еще один трансильванский город Брашов (по-немецки Кронштадт). Холмы на его окраинах и в окрестностях были усеяны столбами, на которых мучились жертвы Дракулы, разлагавшиеся на солнце и терзаемые карпатскими хищниками. Ныне трудно точно восстановить статистику, но, вполне вероятно, около тридцати тысяч человек было убито в Алмаше утром 24 августа 1460 г. в День святого Варфоломея — больше, чем погибло в Варфоломеевскую ночь в Париже век спустя. Дракула был предельно точен в подсчетах убитых турок, но заведомо туманен, когда его жертвами оказывались саксы или румыны. Варфоломеевская бойня Дракулы осталась вне поля зрения историков (за исключением, пожалуй, современных публицистов), меж тем как парижская резня в Варфоломеевскую ночь сделала Екатерину Медичи объектом постоянного осуждения.
О преступлениях Дракулы, его изощренной жестокости следует сказать отдельно. Сажание на кол — едва ли новый и оригинальный вид пыток — его любимый способ умерщвления человека. Обычно ноги жертвы привязывали к двум лошадям и аккуратно насаживали человека на кол — так, чтобы смерть не наступала мгновенно. Иногда Дракула приказывал своим палачам не заострять, а закруглять концы колов, чтобы жертва не умирала от быстрой потери крови. Мгновенная смерть лишила бы его удовольствия наблюдать агонию своих жертв. Пытка, как правило, длилась несколько часов, иногда — несколько дней. Существовали различные формы обескровливания человека в зависимости от возраста, социального положения или пола. В истории Румынии Дракула по сей день известен как Влад Цепеш (Сажатель-На-Кол), хотя современники называли его Дракулой.
Посаженных на кол располагали обычно концентрическими кругами на окраинах городов, где их все могли видеть. Колья бывали высокие и низкие, в зависимости от социального положения жертвы. Бывало, на кол сажали и вверх ногами; иногда же кол вбивали в сердце или в живот, а гвозди — в голову, увечили конечности, ослепляли, душили, отрезали носы, уши, гениталии, скальпировали, варили заживо, сдирали кожу, оставляя на солнцепеке или под дождем на растерзание диким зверям. Чудовищная изобретательность Дракулы вполне могла послужить источником вдохновения для маркиза де Сада, которому, несомненно, были известны его преступления. В Дракуле можно увидеть и яркого предшественника жестокой реальности так называемого просвещенного XX в. Обычно перед наказанием Дракула требовал признаний, порой дававших человеку возможность частично или даже полностью избежать наказания. Бывали случаи, когда обреченного на гибель спасала остроумная или льстивая фраза.
Исторические баллады повествуют о жертвах Дракулы в основном в больших трансильванских городах — Сибиу, Брашове, в деревнях Серкая и Мика, враждебных крепостях типа Фэгэраш. Зверства Дракулы в Трансильвании пришлись в основном на 1459–1461 гг. Разложившиеся тела на кольях потрясли даже турок, пришедших на Дунай — в Джурджу. Даже жестокому завоевателю Константинополя Мехмеду II стало дурно, когда на окраине валашской столицы Дракулы — Тырговиште он увидел гниющие останки двадцати тысяч пленных, захваченных несколько месяцев назад. Среди них было много турок, возможно, еще больше немцев, встречались также болгары, венгры и румыны, особенно представители высшего социального слоя, посмевшие перечить ему или каким-то образом ставшие поперек дороги обезумевшему тирану.
Самое знаменитое злодеяние Дракулы, случившееся рано утром 2 апреля 1459 г., вершилось в Брашове на небольшом холме, где стояла маленькая церковь Святого Иакова, сожженная тираном. (На одной из наиболее известных местных средневековых гравюр по дереву изображены Дракула и его бояре, пирующие на склоне холма, увенчанного церковью, в то время как слуги отрубают головы и конечности несчастным.) Сохранилось предание о том, что к концу этого апрельского дня тысячи саксов, жителей Брашова, были посажены на колья, кругами расставленные вокруг пирующих. По другому преданию, один из бояр Дракулы зажал нос, видимо, из-за зловония, сопутствовавшего бойне. Дракула со свойственным ему извращенным остроумием немедленно приказал слугам посадить на кол и этого привереда, но более высокий, чтобы боярина во время его агонии не раздражал запах крови и трупов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
