раз в то время, когда принц находился у Кодзайсё, Хидэсато застал его там. Удивившись, он посмотрел сквозь щель занавеса. В покоях сидели семь одинаковых мужчин в аристократической одежде сокутай. «Что за странность такая?» — подумал Хидэсато и этой ночью ушёл к себе. Следующей ночью он снова отправился к Кодзайсё. После того как они обменялись несколькими нежными словами, Хидэсато спросил: «Прошлой ночью в твоих покоях я услышал шум, а когда подошёл поближе и заглянул сквозь занавес, то увидел каких-то высокородных господ. Кто они?»
— Это был господин Масакадо. Ты разве не узнал его? — ответила Кодзайсё вопросом на вопрос.
— Если это был он, почему он был не один? Я видел семерых совершенно одинаковых высокородных господ. Странно мне это!
— Разве ты не знаешь? Господин — необыкновенный человек. Человек-то один, но у него шесть теней. Поэтому тем, кто на него смотрит, кажется, что это семь человек, — объяснила Кодзайсё.
Хидэсато удивился: «А как можно понять, который из них настоящий?»
— Тени даже во сне не говорят, а настоящий Масакадо — говорит. Думаю, что это не имеет значения, но всё равно никому не рассказывай! Все семь Масакадо ведут себя совершенно одинаково, но настоящий, когда он поворачивается к солнцу или когда поворачивается к лампе, отбрасывает тень. А остальные шесть тени не отбрасывают. И ещё: хотя и считается, что тело Масакадо всё из золота, но от уха до виска у него человеческая плоть.
Хидэсато очень внимательно выслушал её. «Вот ведь как! Ты рассказала мне очень важные вещи! Мне кажется, со мной говорил Синра Даймёдзи из Оми».
Чувствуя глубокую благодарность, Хидэсато, обратясь в её сторону, прочёл молитву.
Хидэсато решил, что он должен сразить Масакадо одной стрелой. Ночь за ночью он тайно посещал покои Кодзайсё, сжимая под мышкой лук и стрелу. Как он и предполагал, Масакадо снова пришёл к Кодзайсё и стал говорить с ней по душам. Хидэсато из-за перегородки внимательно наблюдал: шестеро человек тени не отбрасывали. Он внимательно всмотрелся в настоящего Масакадо, который отбрасывал тень. В висках Масакадо пульсировала кровь. Хидэсато подумал: «Вот это удача!» Он вложил в лук стрелу и со звоном выпустил её. Хидэсато всегда был умелым лучником, превзошедшим самого Ян Ю, который попадал в цель более чем со ста шагов.[745] Он ни в коем случае не должен был промахнуться. Как и ожидал Хидэсато, его стрела вонзилась Масакадо точно над ухом. Свирепый Масакадо повалился навзничь мёртвый, а остальные шесть человек вспыхнули молнией и исчезли.
Когда Масакадо был убит, Садамори и Хидэсато облегчённо вздохнули и больше не хмурили брови. Они взяли с собой отрезанные головы врагов и пленников. Издавая победные кличи, их войско отправилось в столицу. Зрелище было великолепным. Поскольку путь был далёким, до императорского дворца известия о случившимся ещё не дошли. Ходили слухи, что правительственные войска проиграли битву и что Масакадо вот-вот нападёт на столицу. Государь пребывал в беспокойстве, в храмы и горные монастыри отправили государевых посланцев с приказом священникам явиться, дабы читать молебны о победе над врагом. Его преподобие Дзёдзо дал на императорское повеление такой ответ: «То, что Масакадо вот-вот нападёт, — пустая болтовня. А если бы это было правдой, молебнами о победе над врагом тут не поможешь. Разве голову Масакадо не везут в столицу?»
И в самом деле, двадцать пятого дня четвёртой луны Садамори и Хидэсато прибыли в столицу с головой Масакадо. Теперь государь успокоился, министры возрадовались и воспряли духом, народ четырёх морей под небом успокоился.
Полицейские чины были посланы забрать голову Масакадо. Её повесили на большой дороге, ведущей в столицу, на дереве с левой стороны, где выставляли головы казнённых. У головы Масакадо и сейчас глаза не поблекли, цвет кожи не изменился, время от времени голова скрежетала зубами — вид был страшный. Даже больше, чем страшный. Какой-то острослов-стихотворец увидел голову и сочинил:
Масакаде
Выстрелил
В рисинку-висок.
Да, перехитрил его
Рисовый мешок.
Когда он это прочёл, голова расхохоталась, цвет лица изменился, а глаза закрылись.
И вот в императорском дворце собрались придворные и знать на церемонию награждения в честь победы над бунтовщиком. Среди духовных лиц присутствовали высокопреподобный патриарх и преподобный Дзёдзо. Они получили награды ещё большие, чем воины. Тайра-но Садамори, у которого раньше ранга не было, получил старший пятый ранг высшей ступени и чин генерала. Фудзивара-но Хидэсато получил четвёртый младший ранг нижней ступени, ему были пожалованы провинции Мусаси и Симоцукэ. И Садамори, и Хидэсато были приглашены во дворец, где им вручили императорские указы. Церемония была поистине великолепной, для детей и внуков военного дома это была большая честь.
Итак, получив императорский указ, Тавара Тода Хидэсато всем Домом отправился в Симоцукэ и поселился в своих владениях. Шли Дни и месяцы, а его слава только росла, у ворот коня было негде поставить, один пир сменял другой. Тех людей, кто был ему предан, Хидэсато награждал чрезмерно, даже больше, чем они могли пожелать. А тех, кто провинился, немедленно наказывал. Поскольку поощрения и наказания были справедливыми, то привязанность и преданность ему людей были безграничны. Его старший сын сделал блестящую карьеру и служил позже генералом Тиндзюфу.[746] Кроме него, у Хидэсато были и другие сыновья: Кояма-но Дзиро, Утомия-но Дзиро, Асикага-но Ситиро, Юки-но Горо. А всего у него было десять сыновей. Это была влиятельная и процветающая семья.
Итак, Тавара Тода Хидэсато убил Масакадо, и его
