Противные ветры задержали плавание эскадры и причинили многие повреждения на транспортных судах. Для исправления, равно и для налития водой, в коей по малоимению на наемных судах бочек были настоятельная нужда, командор, отправив бриг «Летун» для привозу из Венеции лоцманов, остановился 23 августа у города Пирано, что в Истрии; куда вскоре прибыл английский фрегат «Юнити», начальник которого, капитан Кемпель, объявил, что он, блокируя Венецию, хотя и бессилен, но не иначе эскадре нашей войти в оную позволит, как только принужден к тому будет насильственной мерой, каковой поступок будет оскорбителен его двору. Командор Баратынский, соображая сие объявление с волей Его Императорского Величества, чтобы при доставлении войск в Венецию, до получения новых наставлений, «отнюдь ни в каком случае не действовать противу Его Величества Короля Великобританского», не желая следовать только собственной мысли, пригласил на совет полковника Книпера и всех начальников военных судов и предложил им рассмотреть объявление английского капитана. По общему и согласному заключению военного совета признано, что в сих обстоятельствах насильный вход в Венецию может быть поводом к разрыву с Англией, почему командор Баратынский, перешед с эскадрой в Триест, отправил курьера в Вену к полномочному министру князю Александру Борисовичу Куракину, дабы испросить его разрешения, как поступить в столь затруднительном обстоятельстве. Чрез семь дней курьер возвратился с разрешением министра, чтобы, несмотря ни на какие английские суда, идти в Венецию и наискорее исполнить волю Его Императорского Величества. 9 сентября, получив удобный ветер, эскадра прибыла ко входу в Венецию и по мелководью в 10 милях от оной стала на якорь. Неблагонадежные транспорты с фрегатом «Автроилем» вошли внутрь Венеции и оставлены там для починки. По небольшому числу гребных судов, присланных от французского правительства, войска перевозили трое суток. После того командор, в ожидании прибытия оставленных в Венеции судов, перешел к Пирамо, где на другой день получил на бриге «Бонасорт» повеление главнокомандующего немедленно следовать в Корфу. Вследствие сего, для предосторожности от англичан и сопровождения транспортов из Венеции в Корфу, оставлен фрегат «Легкий», а эскадра, состоящая из трех кораблей и брига, 16 сентября вступила под паруса и 19-го числа благополучно прибыла в Корфу. Командор уже не застал главнокомандующего в Корфе, а нашел повеление немедленно следовать в Балтийское море, ни под каким видом не заходить в английские порты, в случае же крайней нужды укрываться во французские и другие союзные нам гавани. Если же не успеет достигнуть Копенгагена, то остановиться зимовать в одном из норвежских портов. Корабли командора не могли в короткое время исправить важных повреждений, почему корабли «Седель-Бахр», «Уриил», фрегаты «Легкий» и «Автроил» должны были после отправиться под начальством капитана 1-го ранга Белли, а остальные два корабля Балтийской эскадры, «Петр» и «Москва», оставили Корфу 2 октября. Проходя
Мессину, командующий в оной расположенными английскими войсками генерал Мур[92] прислал офицера предуведомить командора Баратынского, чтобы он ни под каким видом не заходил в Мессину. Командор, не имея никакой надобности останавливаться в сем месте, поручил английскому офицеру сказать генералу Муру, что если б пожелал он войти в Мессину, то, конечно, не спросил бы на то позволения английского генерала. 9 октября между Сицилией и Сардинией жестокий противный ветер в продолжение десяти дней принудил командора держаться под нижними парусами, наконец, при великой мрачности сделался шторм, в обоих кораблях открылась течь, несколько бимсов треснуло, а мачты, уже с давнего времени поврежденные, оказались ненадежными, и командор имел ту же участь, какую и главная эскадра в Атлантическом океане, и против воли принужден был спуститься в ближайший дружеский порт. 17 октября прибыв в порт Феррайо (на острове Эльбе), командор по осмотре кораблей нашел весьма важные повреждения, с коими невозможно было пуститься в дальнее плавание, почему и решился зимовать в порте Феррайо. Ливорнский генеральный консул Каламан с крайним прилежанием успешно снабдил корабли провизией. Ласковое обращение и усердные пособия начальствовавшего на острове генерала Дерутта, пребывание на Эльбе соделало приятным. В декабре месяце командор Баратынский получил повеление сдать команду старшему по себе капитану и вскоре после возвратился чрез Италию и Австрию в Санкт-Петербург.
Действия эскадры капитана 1-го ранга Лелли в продолжение 1807 года.Главнокомандующий пред отбытием в Архипелаг поручил защищение Ионической республики Военному Совету, составленному из трех следующих особ: командующий сухопутными войсками генерал-майор Назимов; начальствующий эскадрой, состоящей из 2 кораблей и 9 мелких судов, капитан 1-го ранга Лелли и уполномоченный министр при Ионической республике действительный стат. советник граф Моцениго. По определениям сего Совета производились все действия. Али-паша вскоре по отправлении адмирала из Корфы собрал 10 000 войска, вооружил шесть судов, кои вместе с двумя французскими корсарами угрожали нападением на крепости Санто-Мавра и Паргу, почему к устью залива Превезского, где стояла флотилия Али-паши, отправлены были две корветы и шхуна, в Паргу перевезена рота албанцев и послан тендер для защищения ее с моря; к прочим Ионическим островам временно посылались для крейсерства корсары и малые военные суда, которые, наблюдая весь албанский берег и сохраняя сообщение между островов, лишили Али-пашу возможности что-либо предпринять против республики, даже не мог он воспрепятствовать подвозу съестных припасов к Корфу. Со стороны Италии не было опасности; ибо во всей Пули одни жители занимали караулы. Капитан 1-го ранга Белли, крейсировавший у Отранто, не нашел во всей той стороне и одной вооруженной лодки. По полученным вновь сведениям, что Али-паша в Лепантском заливе снова собрал 20 судов и 8000 войска, вероятно, для нападения на Зант или Санта-Мавра, капитан 1-го ранга Белли с кораблем «Азией» и фрегатом «Легким» был отправлен туда для истребления сих судов. Капитан Белли 5 мая заходил в Зант и, взяв оттуда небольшой корсар «Ахилл», прибыл к Патрасу 9-го числа; как корабль по мелководью не мог подойти довольно близко, то фрегат и корсар, подошед к крепости, стали на якорь, открыли огонь и перестреливались до вечера, с нашей стороны весьма исправно, а неприятель отпаливался очень слабо. 12 мая турки поставили против наших судов три большие орудия, но капитан фрегата «Легкого» Повалишин, снявшись с якоря, сбил ее с видимым вредом. В заливе не было никаких вооруженных судов, кроме одного французского корсара и трех полак, на которых нагружен был экипаж Али-паши для перевозу, вероятно, в какое-нибудь ближнее место; оные суда стояли в узком заливе, укрепленном с обеих сторон батареями; напасть на них можно было только гребными судами, и то с крайней опасностью; ибо неприятель, по выгодному положению будучи совершенно защищен, с обоих высоких мысов мог бы перебить людей ружейными пулями. По сим причинам капитан Белли фрегат «Легкий» отослал в Корфу, прося вместо оного прислать мелких судов; но как оных не можно было собрать вскоре из разных мест, то капитан Белли, увидев, что неприятель разоружил сии 4 судна и не имеет намерения вредить нам, получа повеление, возвратился в Корфу. С сего времени до получения известия о Тильзитском мире, Али-паша, боясь нашего нападения, не думал более о предприятиях, даже не беспокоил крепость Паргу, которая одна из принадлежащих республике находится на албанском берегу и в его владении.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
