грома.
— Быстро! Иди! Я хочу посмотреть, откуда выходит Гром, — поторопил Кушайди старший брат.
Они увидели логово Грома, и Кушайди позвал:
— Выходи, если ты человек!
Гром высунулся из логова и начал было выбираться наружу, но Кушайди набросился на него с дубинкой и стал бить, пока не разбил ему нос. Тогда Гром спрятался обратно в логово.
Братья пошли дальше. Небо опять озарилось вспышкой молнии, и земля чуть не загорелась от ослепительного света.
— Здесь живет другой Гром, — сказал старший брат. — Поторопись, я хочу увидеть его.
Вскоре они подошли к жилищу Грома. Кушайди встал возле логова и позвал:
— Выходи, если ты человек!
Гром высунул голову. Кушайди стал бить его дубинкой, и с каждым ударом Гром все глубже опускался в берлогу. Кушайди замахивался дубинкой и приговаривал:
— И-эх-ха, м-м-м!
Братья пошли дальше. Опять сверкнула молния.
— Эта молния сильнее предыдущих. Как бы она нас не сожгла.
Кушайди хмыкнул:
— Фу, ты боишься! Ты трус!
Опять сверкнула молния, и, казалось, вся земля вспыхнула.
Кушайди стал торопить брата:
— Быстрее, быстрее, он, может, уже вылезает!
Они подошли к логову Грома, и Кушайди позвал:
— Выходи, если ты считаешь себя человеком!
Гром высунул голову, и Кушайди стал бить его по голове. С пятого удара он разбил Грому нос, и тот заполз обратно в логово. Братья оставили его там и отправились дальше.
Небо опять озарилось вспышкой молнии.
— Этот четвертый Гром сильнее первых трех. Он может нас сжечь, — сказал старший брат.
— Что ты за человек? Ты трус. Иди скорей, нужно успеть застать Грома в логове.
Они поспешили вперед и вскоре заметили огонь, выбивавшийся из-под земли. Старший брат остановился в стороне, а Кушайди подошел к жилищу Грома и позвал:
— Выходи, если считаешь себя человеком!
Гром попытался выйти из жилища, но Кушайди подбежал и стал бить его дубинкой по голове: чем выше поднимался из логова Гром, тем сильнее бил его Кушайди. Гром выбрался из своего жилища почти по пояс, когда Кушайди нанес ему последний удар. Гром застонал и скрылся в логове. Братья оставили его умирать и пошли прочь.
— Берегись. Следующий Гром очень сильный. Когда он выйдет, мы можем сгореть, — предупредил старший брат.
Они пошли дальше, и опять на небе сверкнула молния. Старший брат сказал:
— Скоро Гром будет опорожняться, и тогда пойдет дождь.
Они пошли дальше.
Следующая молния чуть не сожгла их, и вскоре после этого пошел дождь. Они все шли вперед и наконец подошли к жилищу Грома. Земля возле дома подрагивала от его ворчания.
Кушайди поторопил брата:
— Быстрее, он может выйти!
Они подошли ближе и увидели пламя, вырывавшееся из жилища Грома.
Кушайди подозвал старшего брата, и они подошли вплотную к логову.
Кушайди позвал:
— Выходи, если ты считаешь себя человеком!
Гром высунулся из жилища, и земля задрожала. Гром грохотал и грохотал. Кушайди ударил его дубинкой — раз, и другой, и еще три раза, пока тот не спрятался обратно в жилище и не погромыхивал там, смертельно раненный Кушайди.
Тогда Кушайди сказал ему:
— Ты будешь зваться Громом. Ты не будешь сжигать людей. Теперь ты не выйдешь наружу до лета. Перед твоим появлением люди убьют человека, обладающего большой чудодейственной силой.
И братья ушли от Грома. Они отправились дальше, и вскоре старший брат сказал:
— Мы пришли к Гризли.
Спустя некоторое время они встретили первого Гризли. Он говорил:
— Гам! — Он говорил так: —. Откуда явился сюда человек? Я схвачу его, и проглочу его.
Кушайди сказал брату:
— Поторопись!
Братья подошли к логову медведя, и Кушайди позвал:
— Выходи! Я тоже хочу сразиться с тобой.
— Гам! — и медведь вылез из берлоги. Как только он показался, Кушайди стал бить его дубинкой и в конце концов загнал обратно в берлогу. Он уже не был страшен, после того как Кушайди покалечил его. Братья оставили его истекать кровью и отправились дальше.
Старший брат сказал Кушайди:
— Сейчас мы придем к другому Медведю.
Пройдя еще немного, они подошли к берлоге второго Медведя. Он тоже ворчал, потому что почуял приближение людей. Они подошли ближе, и Кушайди обратился к Медведю:
— Выходи, если ты человек!
— Гам, гам! — Медведь высунул из берлоги голову, и Кушайди ударил его по голове дубинкой. Медведь еще больше высунулся, и Кушайди ударил его по туловищу. Медведь спрятался в берлогу, и братья так и оставили его там.
Они пошли дальше.
— Третий Медведь будет еще сильнее, — предупредил старший брат.
Этого Медведя они услышали издалека. Он точил когти и зубы. Подойдя ближе, они разобрали его ворчание:
— Откуда явился сюда человек? Я поймаю его и проглочу.
Кушайди сказал ему:
— Вот он я. Выходи, если ты человек!
— Гам, гам, — с рычанием вылез Медведь из берлоги, и Кушайди стал бить его дубинкой — еще и еще. Медведь спрятался обратно в берлогу. Братья постояли возле берлоги, прислушиваясь, и, не услышав ни звука, отправились дальше.
По дороге старший брат сказал:
— Четвертый, которого мы сейчас увидим, самый страшный.
— Поторапливайся, — ответил Кушайди.
Они приблизились к жилищу четвертого Гризли. Он был еще более свирепым, чем первые три Медведя, и, так же как они, рычал:
— Гам! Гам!
— Будь осторожен, — предупредил Кушайди старший брат.
Кушайди подошел к берлоге и позвал:
— Я здесь. Выходи, если ты считаешь себя мужчиной!
— Гам, гам! — Медведь высунул голову из берлоги, и Кушайди ударил его по носу дубинкой. Получив несколько ударов, Медведь спрятался в берлоге. Братья постояли, послушали и потом пошли дальше.
— Пятый Медведь — самый младший и самый злой. Будь с ним осторожен, — предупредил Кушайди старший брат.
Задолго до того, как они подошли к берлоге, братья услышали ворчание зверя, точившего когти и зубы. При этом он говорил:
— Откуда пришли к моему жилищу эти люди? Я схвачу их, я проглочу их!
Младший брат сказал ему:
— Вот он я. Выходи, если ты считаешь себя мужчиной!
— Гам, гам! — разбушевался Медведь в берлоге.
Кушайди подбежал и ударил Медведя дубинкой. Тот спрятался обратно в логово и затих там.
— Ты не будешь всегда таким свирепым; только изредка ты будешь убивать охотников.
И братья пошли прочь.
Некоторое время спустя старший брат сказал:
— Мы сейчас придем к первой из Медведиц.
Вскоре они увидели Медведицу, которая копала коренья и стонала. Старший брат остановился в стороне, а Кушайди приблизился к Медведице. Она оглянулась, увидела его и проговорила:
— Так вот как ты поступаешь! Ты убил моего мужа и все-та-ки пришел сюда!
Она повернулась, схватила свою копалку и швырнула ею в Кушайди, но вместо него ударила себя. Она еще раз бросила копалку в Кушайди и
