Но если не совпадение, то что? Утечка информации? От момента установки слежки за беглецом до проведения операции прошло полтора дня. С одной стороны, достаточно, чтобы внутренний шпион, если такой существует, успел слить информацию на сторону. С другой – решение о проведении операции руководитель группы принял буквально за полчаса до злосчастной стычки.
Конечно, это все-таки может оказаться совпадением. Но расследовать происшествие следует со всей тщательностью. И повторная попытка не провалится. Ее подготовили вдумчиво, всесторонне, не допуская ни малейшего шанса на неудачный исход. Директор службы безопасности подавил приступ ярости, вспомнив вчерашнюю выволочку, устроенную ему главным директором. Отстегал как мальчишку – и поделом. Нет, второго провала не выйдет. Непонятно только, что случилось накануне. Полиция и сотрудник "Визагона" вступили в конфликт с инженером и девчонкой-девиантом во дворе, потом все вместе вошли в дом и через полчаса вышли – без чоки и беглеца. Значит ли, что они нашли компромисс? Все же как неудачно сгорел направленный микрофон! И их человека в окружном управлении, как назло, именно сейчас нет в городе… И чоки разгуливает по городу самостоятельно – это в порядке вещей? Или тоже следствие той встречи? Если следствие, то на нее вполне могли нацепить полицейский маяк, что обязательно следует учесть в плане операции.
Впрочем, неважно сейчас. Охотится ли еще "Визагон" за беглой чоки или нет, не имеет никакого значения. Сегодня ночью кукла так или иначе окажется у них в руках. А там все загадки разъяснятся.
На коммуникаторе зажужжал сигнал экстренного вызова, и Оса с раздражением отвернулся от окна. Что еще случилось? Он подошел к столу и ткнул клавишу ответа.
– Господин Оса! – на экране возник человек в кителе и фуражке службы безопасности. Директор службы не помнил его в лицо, но пиктограмма центрального поста охраны у него за спиной заставила его напрячься. – Господин Оса! У нас беда!
– Докладывай четко! – зло щелкнул зубами Оса. – Что случилось?
– Чоки на пятом этаже взбесились! Все до единого!
– Что? – рявкнул директор службы безопасности. – Что значит "взбесились"?
– Переключаю на бухгалтерию…
На дисплее коммуникатора пошла картинка с камеры наблюдения, и Оса почувствовал, как его челюсть медленно отвисает на грудь. Камера висела под потолком большого операционного зала, в котором стояли столы трех десятков клерков, и то, что там творилось, назвать иначе чем бардаком было нельзя.
В зале присутствовали примерно двадцать мужчин и женщин в форме "Тёбицы". Столы, ранее расставленные ровными рядами, оказались сдвинуты к стенам, а люди визжащим стадом сбились в центре помещения. Вокруг них, взявшись за руки, водили хоровод фигуры, характерно-угловатые движения которых уверенно выдавали чоки. Еще с десяток чоки увлеченно громоздили столы друг на друга, строя баррикады у обоих входов в помещение.
– Что происходит? – рявкнул Оса, возвращая на дисплей лицо дежурного. – Где охрана? Почему никто не вмешивается?
– Охрана не рискует входить в помещение, господин директор, – виновато пожал плечами охранник. – Чоки не подчиняются их командам, ни устным, ни через управляющую систему. Более того, они напали на охрану и силой вышвырнули несколько человек за двери. Охранники не стали сопротивляться, чтобы не испортить оборудование.
– Чоки? Напали на охрану? – глаза Осы полезли на лоб. – Ты что пил сегодня?
– Честное слово! – отчаянно воскликнул дежурный. – Господин Оса, они в самом деле напали на охрану! Есть записи камер наблюдения, могу показать…
Директор бессильно рухнул в кресло и тихо зарычал. Сумасшествие! Такого не может быть, потому что не может быть никогда! Чтобы тихие чоки – секретарши, уборщики и вычислители – вдруг попытались оказать сопротивление человеку? Бред. Но, еще хуже, публичный бред. В свидетелях два десятка клерков и непонятно сколько сотрудников охраны – к счастью, ни одного постороннего. Если сведения о происшествии просочатся в прессу, "Тёбице" конец. И не только "Тёбице". Ни одна домохозяйка не рискнет купить себе в дом служанку, в любой момент готовую взбунтоваться. Ни одна мамаша не возьмет механическую няньку, способную надрать уши ее драгоценному маленькому чудовищу. Ни одна компания не купит секретаршу, которая может внезапно вылить содержимое чайника на голову посетителя…
– Дать охране приказ – войти и силой нейтрализовать всех чоки. Пусть разберут их на части, если потребуется! – приказал он. – Никого из помещения не выпускать. Ждать меня, спущусь через минуту.
Он выключил коммуникатор и вскочил на ноги. Быстрым шагом подойдя к двери, он попытался взяться за ручку – и резко потерял равновесие, когда дверь в приемную внезапно отворилась самостоятельно. Запнувшись о ковер, он по инерции рухнул вперед – и удержался на ногах, ухватившись за входящую в кабинет женщину. Он замер, почти воткнувшись носом в самый шикарный бюст, который ему доводилось видеть.
– Я тоже рада нашей личной встрече, блистательный господин Оса, – промурлыкал женский голос, и сильные руки вздернули его на ноги. – Однако состоится она при закрытых дверях, а не на публике.
– Кто ты такая, госпожа! – рявкнул директор службы безопасности, безуспешно пытаясь высвободиться из каменной хватки. – Отпусти меня немедленно! Как ты сюда попала?
Женщина небрежно толкнула его назад, и Осе опять не удалось удержать равновесие. Он упал на спину, кувыркнулся назад через плечо и замер, стоя на одном колене и настороженно вглядываясь в гостью. Та неторопливо закрыла дверь и щелкнула клавишей, включающей снаружи надпись "Не входить".
– Я та, господин Оса, кого ты так хочешь видеть собственностью "Тёбицы", – с иронией в голосе произнесла она, оборачиваясь. – Ты знаешь меня под именем "Калайя".
– Чоки? – сквозь стиснутые зубы проговорил Оса. – Ты – чоки?
Теперь он видел, что женщина и в самом деле поразительно походит на фотографию украденной чоки. Но ее движения, ее голос, мимика… Ни хрена она не киборг. И она напала на него!
Но чоки внизу тоже напали на людей.
– Кто ты такая? – осведомился он, осторожно поднимаясь на ноги. Пистолет лежал в верхнем ящике стола. Шагнуть в сторону – и можно успеть выхватить его до того, как эта женщина успеет к нему приблизиться. Он бросил быстрый взгляд вбок. Да – ровно один шаг…
Что-то ударило его в плечо, и он снова покатился кубарем по ковру. Когда мир перестал вращаться, он привстал на четвереньки – только для того, чтобы увидеть нацеленный на него ствол его же собственного оружия и услышать щелчок снятого предохранителя. Как она успела? Никто не может двигаться с такой скоростью!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
