я бы был не против сотворить с тобой такое, — улыбнулся лысый, обнажая свои белоснежные зубы.
От такой мерзкой улыбки, хотелось блевать.
— Если и ты продолжишь дёргаться, то я сделаю это, — заявил Доберман, от чего Катя с шоком в глазах уставилась на стеллажи с продуктами.
Она не хотела смотреть на него. Не хотелось смотреть на Дениса, который всеми силами пытался выбраться и помочь. Алексеева уже хотела просто умереть, чтобы не испытывать такой страх и не видеть мучения Котова. Арсений схватил девушку за подбородок, поворачивая её лицо к себе. Парень улыбался и повертел ножом у лица Кати.
— Пожалуйста, не делай это, — прокряхтел Денис, боясь, что он сделает с ней тоже самое, что и с ним.
Ему было тошно от себя. Парень никогда бы не подумал, что будет умолять Добермана. Но он так хотел, чтобы это наконец-то прекратилось и он не трогал Катю. Котов так боялся за неё и не думал о себе. Катя уже несколько раз нажимала на своё кольцо, но понимала, что смысла нет. Общежитие давно закрыто и парней не выпустят из общаги в такое время.
— Я тут подумал, — наконец-то подал свой голос Доберман. — А почему бы не оставить вам парные шрамы? — улыбнулся Арсений, смотря на ошарашенного Котова и на заплаканную девушку.
— Нет, не делай этого блять, — нервно произнёс Денис, но его ещё сильнее прижали щекой к полу, чтобы тот перестал говорить.
— Но я думаю оставить на правой ладони, — Доберман будто разговаривал сам с собой и взял ладонь девушки, сильно сжимая её, от чего та зашипела. — Мой подарок вам будет! — загоготал Арсений и его шайка тоже засмеялась.
— Ты просто конченный псих, — прошипела Катя, смотря на него.
Властин перестал смеяться и с улыбкой уставился на Алексееву, которая наконец-то заговорила.
— А я думал, что ты язык проглотила, — с насмешкой в глазах смотрел на неё Арсений.
Тушь давно уже потекла из-за слёз, да и сам макияж уже весь поплыл, от чего девушка выглядела ужасно и подавленно. Она тряслась, как осиновый лист из-за страха и Доберману нравилось смотреть на это. Так он чувствовал себя главным и ему приносило удовольствие видеть страх в чьих-то глазах.
— Да пошёл ты, — огрызнулась Катя, на что Доберман ещё сильнее засмеялся.
— Посмотрю, как ты сейчас заговоришь, — сказал Арсений, поднося нож к ладони.
Он сел на ноги Кати, чтобы та не дёргалась, а другой парень прижимал девушку к себе, при этом закрывал одной рукой её рот. Денис снова попытался выбраться, но он был так обессилен, что не смог. На нём сидели и прижимали его лицом к полу, периодически его били ногами.
Лезвие с силой воткнулось в кожу, от чего девушка сильно закричала в руку, было слышно лишь громкое мычание. Она пыталась выбраться, но никак не могла. По сравнению с ними, она была очень слабой. Доберман с улыбкой на лице держал её ладонь и водил ножом по ладони. Первый надрез, а потом и второй поверх него. Крест-накрест. Властин резал руку медленно и наслаждался муками девушки, смотря на её попытки кричать и вырываться.
Это было больно. До жути больно. Кровь обильно стекала по руке и капала на пол, слёзы текли ручьём и хотелось, чтобы это наконец-то закончилось. Ей было страшно и одновременно она испытывала сильный гнев. Девушке хотелось врезать ему или убить, но из-за своей слабости и боязни, она не могла совершить это. Чувства обреченности и беспомощности навалились на Катю. Время застыло. Мгновение растянулось в бесконечные часы. Казалось, мир теперь состоит лишь из нестерпимого жара и боли.
Когда же это закончится?
Катя слышала всё нечётко, будто её не было тут. Она точно понимала, что это говорил Денис, пытался выбраться, а она из-за шока будто перестала отчётливо слышать. Когда Арсений перестал мучать Катю, он встал на ноги и с довольным лицом посмотрел на Дениса. Девушку отпустили и она со слезами на глазах, прижимала свою окровавленную ладонь к белой куртке и с пустым взглядом смотрела куда-то.
— Продавец тут всё уберёт, — заявил парень со шрамом на губе. — Я ему всё объяснил, — улыбнулся он Арсению.
Арсений с улыбкой смотрел на беспомощного Котова и отвернулся, уходя в другой проход, где сидел тот самый кассир и ждал, когда всё это прекратиться. Мужчине угрожали, что если он проболтается, то может попрощаться с жизнью. Заставили отключить камеры и не влезать в это. С Дениса слезли и шайка Добермана пошла за ним, выходя с чёрного выхода.
Котов с адской болью по всему телу принялся медленно вставать с пола. Парень держался за правый бок, в который его били множество раз и подошёл к девушке, садясь перед ней на колени. Парень обхватил ее щеки ладонями и посмотрел ей в глаза, но Катя будто его не видела. Глаза были пустыми, был только шок на лице и текли слёзы.
— Катя, — парень тихо позвал её, но она никак не реагировала, даже не смотрела на него. — Господи, блять, — зло прошипел Денис и обнял её, прижимая к себе и гладил девушку по голове. — Прости меня.
Но она молчала, шмыгая носом.
— Надо было сразу ехать в общагу, — глухо произнёс Котов, сильнее прижимая её к себе. — Прости меня.
— Мне больно, — опечаленным голосом произнесла девушка, утыкаясь ему в плечо. — Я хочу домой.
Парень отстранился от неё и принялся помогать встать, хотя сам еле держался на ногах. Всё тело адски болело и он периодически шипел от боли. Котов повернул замок, открывая дверь и снова посмотрел измученным взглядом на кассу. Но продавец так и не вышел, дожидаясь ухода пострадавших. Денис придерживал Катю и вёл её к машине. Парень открыл ей дверь и та села внутрь. Он медленно обошёл машину и осмотрелся по сторонам. Дома были далеко и почти во всех не горел свет, мимо проехали всего лишь две машины. Котов открыл дверь и сел за водительское сиденье.
Денис взял в руки телефон, который лежал на специальном коврике в машине и увидел пятнадцать пропущенных от Саймона.
— Ты нажимала на кольцо? — охрипшим голосом спросил Денис, повернувшись в сторону Кати.
Она кивнула. Кровь всё также текла с руки и её белая куртка покрылась красными пятнами. Денис выдохнул и медленно повернулся, протянув свою руку к заднему сиденью, где был его рюкзак. С ненавистной болью он снова повернулся и принялся открывать рюкзак, доставая оттуда салфетки. Парень взял руку девушки и приказал ей прижимать салфетки к руке.
Снова раздался звонок и
