— Там погиб мой отец.
— Знаю. Я был там. Видел и оплакивал его гибель. — Ворон замолчал и уставился вдаль. В глазах его сверкнули слезы, и Алекс знала, что не ветер тому виной. — Четверть века назад Крепость Дракона определила судьбу мира. Армии Кайтрин нанесен был сильный удар. В этот раз мы обязаны поставить точку.
Алексия оглянулась: на палубе было лишь несколько человек, остальные, по-видимому, находились в каюте.
— Лорд Норрингтон был там с несколькими героями, но все же потерпел поражение. Сейчас у нас есть вы, Резолют, подростки, да я в придачу. Скоро ряды сулланкири пополнятся.
Ворон утер лицо и взглянул на нее:
— Не может быть, чтобы вы так думали. Неужели вы считаете, что станете одним из монстров Кайтрин?
— Нет. — Алексия сдвинула брови. — По крайней мере, я на это надеюсь, но тут же на ум мне приходит Вионна и ее трезвый взгляд на положение вещей. Мы все, желая одержать победу, накладываем тем не менее на свои действия ограничения, а наш противник ничем себя не сдерживает. Когда я думаю о лорде Норрингтоне или о его сыне, о том, с каким праведным гневом и желанием добиться справедливости они вступили в бой, и о том, чем они стали, меня охватывают сомнения. Неужели я — все мы — настолько глупы, что полагаем, будто для победы достаточно чувства справедливости, что желание принести людям мир сможет сохранить наши сердца в неприкосновенности? Кайтрин весело и азартно убила детей, а боль при этом испытали мы. Эта боль иссушает наши сердца.
Алекс указала рукой на северо-восток:
— Я совершенно уверена: мой отец придерживался одних взглядов с лордом Норрингтоном. В поход они пошли вместе. Вместе планировали операцию. А если бы мой отец оказался с ним в последней экспедиции? Тогда и он стал бы одним из сулланкири.
Ворон поднял брови:
— Так вы думаете, что и сами можете стать сулланкири? Алекс кивнула, ощутив холодок в сердце:
— Дело не в том, что сейчас у меня меч Маларкекс. Всю свою жизнь я подчинялась строгой дисциплине и постоянно сражалась. Сначала — чтобы отвоевать себе место среди представителей другой культуры. Потом — чтобы поддержать завоеванную репутацию. Я сражалась за право стать достойной своего отца. — Она улыбнулась. — Здесь, с вами, с Резолютом и со всеми остальными я чувствую свободу, которой не знала раньше. Вы надеетесь на меня как на самих себя. Вы думаете, что вместе мы остановим Кайтрин. Мы сами вершим свои судьбы, и все же мы связаны одной общей целью: остановить ее. Ах, если бы иметь полную свободу… это слово так притягательно.
— Слово-то, верно, притягательное, но не стоит обольщаться, — тихо, но убедительно возразил Ворон. — Вы же знаете: что бы Кайтрин вам ни предложила, она за все потребует плату. Она потребует цену. Если она возьмется снять с вашей души цепи, то тут же наденет на нее новые оковы. Свобода, которой вы так жаждете, — иллюзия до тех пор, пока она жива. Единственный путь к свободе — уничтожить Кайтрин.
Алекс задумчиво склонила голову:
— Полагаю, вы правы, Ворон, а если нет, если я испытаю минутную слабость… Вы ведь способны убить сулланкири. Не дайте же мне…
Ворона словно обухом ударило.
— Вы сами не понимаете, о чем меня просите. Я не могу с вами согласиться, но не потому, что хочу вам такой судьбы. Если я соглашусь, вы потеряете волю к сопротивлению. Вы всегда будете рассчитывать на меня как на самую последнюю надежду.
— Вы, значит, не позволите мне…
Ворон выпрямился и взял ее руки в свои ладони.
— Вы никогда не станете сулланкири, ваше величество. Я в этом совершенно уверен. Кайтрин думает, что может сломить вас, как других, но с вами этого не произойдет. Вот в этом и состоит ваше преимущество. Она вас недооценивает и за это поплатится.
Спустя час после того, как раздался радостный возглас, возвещавший, что на горизонте появилась Крепость Дракона, Керриган, облачившись в пиратскую рубашку, вышел на палубу. Учитывая скорость, с которой они передвигались, можно было предположить, что к крепости они подойдут часа через два. Параллельно их курсу на север двигались две галеры авроланов. Хотя Керриган мало разбирался в морском деле (все его знания были получены лишь во время этого путешествия), он понимал, что авроланы легко могут нагнать их, тем более что западный ветер им в этом поспособствует.
Почему они до сих пор этого не сделали? Недоумевавший Керриган на всякий случай встал на носу судна. Мысленно он перебрал все заклинания, которые может осуществить: вырвать весла, сломать мачту или — еще лучше — разбить штурвал. Хотя он и мог спокойно продырявить корпус корабля, адепт знал, что на борту могут находиться колдуны, которые отразят его атаку.
Знал он и то, что оборону их можно нарушить, однако тут ему на память приходил Вил, как колдун обратил его заклинание себе во благо. Пробить оборону неплохо, если тебе известна ее природа. Гораздо легче атаковать противника новым способом, к которому тот не готов. В этом случае эффективным станет даже минимальное усилие, в то время как доподлинно известная противной стороне атака приведет к катастрофе. Нежелание авроланских судов идти на сближение переключило внимание Керригана на Крепость Дракона, и он с удивлением увидел, что находятся они от нее гораздо ближе, чем он предполагал. Все дело было в утреннем тумане, закрывавшем линию горизонта. Так как башня называлась Башней Короны, Керриган предполагал, что она должна быть высокой, но когда солнце рассеяло туман и проступили детали, он обнаружил, что некогда высокая элегантная крепость за четверть века превратилась в нечто больше всего напоминающее вылезший из-под земли, поросший колючками гранитный отрог.
Эльфийские суда вошли в гавань, а галеры авроланов даже и не попытались их остановить. Если бы они захотели нас остановить, это означало бы, что они нас в чем-то подозревают.
В крепости все было спокойно. Эльфийские моряки вывесили флаги в оговоренном в арканслате порядке (в Реллаенс она поступила еще до отплытия флотилии), потому и в гавань они вошли беспрепятственно, проплыв мимо неуклюжего маленького форта. Из стен форта торчали заостренные шипы; медные жерла драгонелей выглядывали из многочисленных смотровых щелей. Хотя Керриган и не видел их в действии, он знал о драгонелях достаточно, чтобы понять, отчего авроланы не приблизились к крепости.
У шестиугольного форта были толстые крепкие стены, сверху слегка скошенные. Толщина основания мешала врагам их подорвать. Бойниц, как в других крепостях, Керриган здесь не увидел. Наблюдатели расхаживали по низко расположенной галерее, и потенциальный противник мог увидеть только их головы и плечи. Подошедший вплотную к крепости корабль часовые бы не увидели, но он бы и сам не приблизился, если бы в ход пошли драгонели.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
