из пола по пояс, я оказался прямо на пути у атакующего серого урода, и сознание принудительно перенеслось в пепельного двойника.
Бой становился всё яростнее. Ситуация переходила из паршивой в критическую. Больше никто не сдерживался, экономя сильнейшие ультимативные умения. Никто не скрывался ни от кого и хотел лишь одного — выжить.
Сайрис сцепился с одним из чёрных — у обоих здоровье было на отметке в одну треть. Ещё одного на себя взяла группа Джафсара, стараясь действовать сообща.
Отряд Эры сопротивлялся хуже. Не смотря на все старания Рин, в их рядах начались первые потери, а вторая целительница полностью перешла на поддержание своего лидера в противоборстве с чудовищем.
Но сама полуэльфийка сдаваться была не намерена. Отсутствие рта ей никак не помешало активировать свои собственные боевые умения. Паршивый характер и своеобразная внешность скрывали за собой удивительно красивые способности.
Вокруг неё начали появляться призванные стихийные звери. У её ног поднималась каменная змея, врагу на встречу выскочил пылающий лис, и с некоторым запозданием из капель воды стал формироваться барсук. Над головой монстра закружились светящиеся пчёлы, начав жалить противника Эры. И похоже, это был далеко не конец доступных ей для вызова элементальных животных.
В этот момент из-под земли вынырнул раненый мной подземник. Покрывшая всё вокруг очагами цвета бирюза активировала связывание, и враг без толку замахал когтистыми руками в воздухе.
— Не забирай её внимание у меня… — послышался двоящийся ноющий шёпот. Обезумевшая тварь дёрнулась, проверяя путы Цвета на прочность, и пепельная копия подалась ей навстречу, испепеляя башку.
Вот только в следующий миг я почувствовал удар в спину и рассыпался угольным облачком, а сознание принудительно перенеслось в камею.
Пятый ублюдочный монстр!
Чернильная тварь, ощерилась нарисованной улыбкой и отвесила пощёчину хатоу, прикрывавшей нашего главного дамагера. Даяша схватилась за горло. Жизни девушки стремительно пошли в ноль, пока имя над головой девушки не исчезло, и паладин не повалилась на холодный пол храма.
А затем, взбежав по трупу, монстр ударил пустотной дланью, и голова Рены разлетелась на кровавые ошмётки, а обезглавленное тело упало на землю.
28. Зло, чье имя забыто и проклято — 3/3
Тёмное Время.
У меня остался лишь один шанс изменить исход боя.
Пространство стало густым, а тело — неповоротливым. Но лишь на короткий миг.
Усиленная силой Харо способность изменялась намного быстрее. Окончательно остановившись, время пошло вспять. Череп Рены начал собираться обратно, а здоровье Даяши восстанавливалось.
Всего несколько секунд, чтобы всё изменить.
Теперь я знаю, откуда появится враг и как он атакует.
А ещё я вдруг понял, что в это самое время я раньше находился в сознании пепельной копии.
Разделившись, я перенёсся в бирюзу и метнул в то место, откуда должен появиться враг, рейлин. Тело же бросил наперерез чудовищу, чтобы его задержать.
Рядом оказалась Даяша, и я с ужасом понял, что было причиной быстрой потери здоровья. На лице паладина не было больше ничего. Ни глаз, ни рта, ни носа… Хатоу была обречена с самого начала и уже задыхалась
Отскочившая от Рены тварь встретилась с летящим рейлин.
Временная аномалия подходила к концу, и на всякий случай я добавил связывание бирюзы, чтобы враг точно не смог сбежать. Оттолкнув застывшую Рену, я выпустил навстречу чудовищу арбалетный болт, но промахнулся.
Как и в первый раз, монстр прыгнул в сторону друида, но теперь на его пути встала безоружная копия — рейлин ещё не успел вернуться в руку, и смертельный удар, предназначавшийся девушке, достался мне.
Затем я почувствовал, как под напором сразу десятка облепивших её серых тварей, развеялась кобальтовая копия, и у меня осталось всего две жизни — васильковый с камеей.
Глазами последней я и увидел свою смерть. Кто-то не справился со своим противником или не сумел добить, и тяжело раненый последний безликий поставил точку в моём бессмертии.
Вынырнув из пола позади васильковой копии, он ударил наотмашь спину, снося двойнику голову.
Теперь если я потеряю камею, то умру окончательно.
Я судорожно сжал в руке арбалет и застыл. Лишь указательный палец нажал на спуск, выпуская первый болт. Сила Цвета сама перезарядила оружие и крестообразные плечи сделали оборот. Слишком слабо!
На пути у летящего чудовища выросла стена алого бамбука, но перед ней враг погрузился в камень и спустя миг выскочил у нас из-под ног.
— Тесклатликаль!
Ударив меня плечом, рядом внезапно оказался Риши, собираясь из вороха серых перьев, сбивая черного с ног и насаживая его на парные сабли.
По перьевым клинкам заструилась чёрно-фиолетовая жижа, но нарисованное лицо монстра по-прежнему выражало улыбку. Правая рука забытого находилась на лице оури.
БУМ!
Едва последний из забытых пал, как серые замедлились и вновь обратились камнем. Статуи лишённых лиц чудовищ застыли, а у их ног валялись трупы погибших.
— РИН!! — крикнул я, и архонка сразу подлетела ко мне, но глядя на умирающего шамана, поджала губы.
— Лиин, я…
— Лечи, Рин! — крикнул я, присаживаясь рядом с Даяшей. Полоса здоровья над филином дрогнула и поползла в красный сектор. Паладин же мычала и извивалась на полу, пытаясь вдохнуть отсутствующими губами.
— Я… не могу им помочь, — выдавила архонка. На её лице проступили слёзы.
— Лечи!! — повторил я, активируя оба навыка копии. Мана из временного источника обильно полилась в тело архонки, а камеевое насыщение язычками пламени Харо потянулись к Рин.
Почувствовав новые силы, девушка активировала исцеление светом. Здоровье шамана и паладина восстановилось, но сразу же пошло снижаться опять — исчезнувший рот и нос не спешили возвращаться на место.
Шатаясь, к нам подошёл Сайрис, вынимая из инвентаря нож и всаживая в то место, где по идее должен находиться рот. Брызнула кровь, и Даяша отчаянно задёргалась, но по-прежнему не могла вдохнуть.
— Это не работает! — с нотками паники произнесла Рин. — Они задыхаются!
— Бля, ну тогда я хз, не доктор так-то, — смущённо ответил ворон и отступил. — С магией хаоса такие штуки работают. Сраная пустота.
Рядом присела Лорианна, погладила кожу в том месте, где полагается быть носу, но тоже покачала головой.
БУМ! — послышался второй удар и начался гул трущихся друг о друга камней.
— Походу, это ещё и лифт, — Мерил первым выглянул наружу из ставшей западнёй комнаты. — Там вверху отъехал вход и пол внизу поднимается к мостам.
— Ули, — коротко бросил я, и сова без слов устремилась к выходу на
