Читаем без скачивания Радуга Шесть - Том Клэнси

— Да, мистер Кейси, говорил. — МакЛиш посмотрел на Стэнли и Беллоу, поскольку он стоял на своем командном пункте, в полумиле от больницы, и все они слушали разговор по включенному динамику.

— Когда они отпустят заключенных, как мы потребовали?

— Мистер Кейси, большинство из руководителей министерства сейчас обедают, их нет в министерстве. Те, с кем я говорил в Лондоне, сейчас пытаются найти их и вызвать обратно в министерство. Видите ли, я пока не говорил ни с кем, кто способен принимать решения.

— Тогда я предлагаю, чтобы вы передали Лондону онеобходимости найти их как можно быстрее. Я по своей натуре не являюсь терпеливым человеком.

— Мне необходимо ваше заверение, что никто не пострадал, — сделал попытку МакЛиш.

— За исключением одного из ваших констеблей, никто не пострадал — пока. Это изменится, если вы предпримите действия против нас, и также изменится, если вы и ваши друзья в Лондоне заставите нас ждать слишком долго. Вы понимаете меня?

— Да, сэр, я понимаю, что вы сказали.

— У вас два часа до того момента, когда мы начнем ликвидировать заложников. У нас достаточный запас.

— Вы понимаете, мистер Кейси, что, если вы заставите пострадать хотя бы одного из заложников, это коренным образом изменит ситуацию. Моя способность вести переговоры о ваших требованиях резко уменьшится, если вы пересечете эту линию.

— Это ваша проблема, а не моя, — прозвучал холодный ответ. — У меня здесь больше сотни заложников, включая жену и дочь вашего главного командира антитеррористической группы. Они пострадают первыми из-за вашей бездеятельности.

Теперь у вас остался час и пятьдесят восемь минут до того момента, когда вы начнете освобождать всех политических заключенных из тюрем в Олбани и Паркхерсте. Советую как можно быстрее взяться за это. До свидания. — И разговор оборвался.

— Судя по его разговору, он не собирается уступать, — заметил доктор Беллоу. — У него голос зрелого мужчины, возраст между сорока и пятьюдесятью. Он подтвердил, что знает, кто миссис Кларк и миссис Чавез. Нам противостоит профессионал с необычно хорошей разведывательной информацией. Где он получил ее?

Билл Тауни посмотрел вниз.

— Неизвестно, доктор. У нас были сведения, что кто-то изучает существование нашей организации, и это беспокоит меня.

— О'кей, когда он позвонит в следующий раз, я поговорю с ним, — сказал Беллоу. — Может быть, мне удастся немного успокоить его.

— Питер, это Стэнли. — Радуга Пять вызвал командира Группы-1 по тактическому радио.

— Ковингтон слушает.

— Что вы сделали до настоящего момента?

— Оба мои снайпера заняли позиции для наблюдения и сбора информации. Сейчас я ожидаю получения плана больницы. У нас пока нет точной оценки количества объектов и заложников, находящихся внутри. — Голос заколебался, прежде чем продолжить. — Рекомендую рассмотреть вопрос о вызове Группы-2. Это большое здание, и нам трудно охватить его всего восемью солдатами, если придется начинать штурм.

Стэнли кивнул:

— Хорошо, Питер. Я вызову их.

— Как у нас с горючим? — спросил Мэллой, продолжая барражировать над больницей и глядя вниз.

— Вполне достаточно на три с половиной часа, полковник, — ответил лейтенант Гаррисон.

Мэллой посмотрел назад, в грузовой отсек «Ночного ястреба». Сержант Нэнс приготовил тросы для скольжения и теперь крепил их в болты с ушками. Закончив с этим, сержант сел на откидное сиденье между и немного позади кресел пилота и второго пилота. Его пистолет был отчетливо виден в наплечной кобуре. Он слушал разговоры по тактическому радио, как и оба пилота.

— Судя по всему, нам придется остаться здесь еще некоторое время, — сказал офицер морской пехоты.

— Сэр, что вы думаете относительно...

— Я думаю, лейтенант, что это мне совсем не нравится. Если исключить это, то всем нам будет гораздо лучше, если мы не будем думать вообще. — Это был уклончивый ответ, как его поняли все находящиеся на борту вертолета. С таким же успехом можно приказать перестать вращаться земному шару, как перестать думать людям, находящимся в такой ситуации. Мэллой смотрел вниз на больницу, обдумывая углы подлета к ней с применением как тросов скольжения, так и длинных тросов. У него создалось впечатление, что осуществить это будет нетрудно, в случае если возникнет такая необходимость.

Панорамный вид, имеющийся в распоряжении тех, кто летел над всем происходящим, был весьма полезен. Мэллой мог видеть все. Автомобили были припаркованы повсюду, так же как и несколько грузовиков, стоящих рядом с больницей. Полицейские машины отличались своими мигалками, и они полностью остановили автомобильное движение, — образовалась пробка на всех дорогах, по крайней мере вблизи больницы. Как бывает обычно, дороги, ведущие от места происшествия, были совершенно свободны. Показался грузовик с телевизионным оборудованием, как по мановению волшебной палочки, и остановился примерно в половине мили от больницы, на вершине холма, где уже стояло несколько автомобилей. Наверно, это зеваки, подумал офицер морской пехоты. Они всегда появляются на месте происшествия, подобно стервятникам, летающим над тушей мертвого животного. Очень отвратительно, и очень по-человечески.

Попов повернулся, когда услышал шум остановившегося телевизионного грузовика, меньше чем в десяти метрах от заднего бампера его «Ягуара». На крыше виднелась тарелка спутниковой связи, и, едва грузовик остановился, как из него выпрыгнули люди. Один вскарабкался по лестнице, прикрепленной к стороне грузовика, и поднял странно угловатую спутниковую тарелку. Другой поднял на плечо телевизионную камеру, и затем появился еще один, по-видимому репортер, в пиджаке и с галстуком. Он коротко поговорил с одним из других, затем повернулся, глядя вниз с холма. Попов игнорировал их.

Наконец, сказал себе Нунэн, съезжая с дороги у второй башни. Он остановил автомобиль, вышел из него и достал ключи, полученные от техника. Через три минуты он загрузил свое программное обеспечение, отключающее сотовые телефоны. Затем надел комплект своего тактического радио.

— Нунэн вызывает Стэнли, конец.

— Стэнли слушает.

— О'кей, Ал, я только что отключил второй сот. Теперь сотовые телефоны во всем районе перестанут работать.

— Отлично, Тим. Возвращайся к нам.

— Понял, еду. — Агент ФБР приладил головной телефон, повесил микрофон прямо над губами и засунул крошечный наушниковый телефон подальше в ухо. После этого он сел в машину и направился обратно к больнице. О'кей, ублюдки, — подумал он, — попытайтесь теперь пользоваться своими гребаными телефонами.

Как это всегда происходит в чрезвычайных ситуациях, заметил Попов, никто не знает, что происходит. По крайней мере, он видел пятнадцать полицейских автомобилей и два армейских грузовика, приехавших с базы в Герефорде. Бинокль не давал ему возможности различать лица, но в прошлом он видел лишь одно лицо вблизи, это был командир подразделения, и он будет находиться скорее где-то на командном пункте, чем на виду, при условии, что он вообще приехал, напомнил себе офицер разведки.

Двое солдат с длинными чехлами, по-видимому снайперы, немного раньше отошли от грузовиков, раскрашенных в маскировочные цвета, но теперь он не видел их, хотя да, увидел Попов, глядя в бинокль, вот один из них, зеленая кочка которой раньше не было. Хитроумно. Это и есть снайпер с помощью своего телескопического прицела он смотрит в окна и собирает информацию, которую передает затем своему командиру.

Где-то здесь скрывается и второй снайпер, но различить его Попов не смог.

— Винтовка Один-Два вызывает командира, — произнес Фред Франклин.

— Один-Два, это командир, — откликнулся Ковингтон.

— Я на позиции, сэр, смотрю вниз, но не вижу ничего в окнах первого этажа. Какое-то движение занавесок на третьем этаже, похоже, кто-то смотрит наружу, но ничего больше.

— Понял, спасибо, продолжай наблюдение.

— Понял вас. Винтовка Один-Два, конец связи. — Через несколько секунд то же самое сообщил Хьюстон. Оба снайпера заняли позиции, клоунские маскировочные костюмы скрывали их.

— Наконец-то, — сказал с облегчением Ковингтон. Только что подъехал полицейский автомобиль, доставивший синьки планов здания больницы. Через мгновение благодарность Питера исчезла, когда он посмотрел на первые два листа. Десятки комнат, большинство на верхних этажах, в любой из них может спрятаться человек с автоматом, которого придется выбивать оттуда, — еще хуже то, что большинство этих комнат заняты, вероятно, настоящими пациентами, больными людьми, которых взрыв шумовых и ослепляющих гранат может напугать до такой степени, что они умрут. Теперь, когда он знал это, единственным преимуществом было то, что он понял, какой сложной будет эта операция.