носом, а потом опять уставился на рыжика.
— …так что же с ним делать? — быстро стянув через голову тунику с рыжика, удивленно присвистнул, — ооо… а я думал, мне показалось… Он не похож на младшего, скорее на молодого старшего. Слишком уж развит, где хрупкость и нежность? Это у них что, мода такая, чтобы младшие выглядели, как молодые воины? Вот они извращенцы, все же… А это у нас что? — капитан подтянул рыжика поближе и посмотрел на некрасивый шрамик на пупке, — кто это его порвал так некрасиво?
Ширахх посмотрел на здоровяка, но тот виновато поджал плечи и попятился назад, опасаясь, что плетку заберут и опять на цепь посадят.
— О, ты посмотри, что у него на спине! — воскликнул второй брат, — похоже, продать его в гарем не получится! Мордочка у него, конечно, симпатичная, но с таким телом его побрезгуют взять в гарем, и неважно, что он королевской крови.
Ширахх резко развернул рыжика и недовольно уставился на безобразные шрамы, которые пересекали спину. Он потрогал рукой оставшиеся рубцы и недовольно зашипел.
— Такую красоту испортили! Кто это его так? — капитан глянул на здоровяка с плетью, но тот попятился еще дальше, — а, впрочем, неважно… жалко, но, по всей видимости, придется его продать колдунам.
— Ну, тогда можно с ним сильно не церемониться, — кивнул брат капитана и озабоченно посмотрел вверх, — ветер меняется, теперь дует к берегу, очень странно для этой поры года. Надо поторопиться отойти от порта подальше, как бы погоню не послали…
— Не думаю, что кто-то понял, что его украли, — капитан недовольно пожал плечами, — там же пожар. Вначале будут искать на берегу, может, в хаосе убежал куда? Даже если и начнут искать, то не раньше утра, а мы будем плыть галсами всю ночь и постараемся отплыть подальше, а там, глядишь, опять ветер переменится, и тогда нас никто не найдет!
— И все же, стоит поторопиться, — братец кусал губу и смотрел, как обвисают паруса, — как-то ветер себя неправильно ведет… Ой, не к добру…
— Выкрутимся, — уверенно махнул рукой капитан, — зато куш сладкий достался. Надо будет подумать, как правильно колдунам донести мысль, что у нас есть то, что им надо, может, посредника найти? Чтобы не с портовым быдлом общаться, а сразу к знати пробиться, денежки все равно скорее в ихней цитадели срубим, чем в порту.
— Посредникам платить надо, — задумался брат, — а с аристократами свяжешься, так могут забрать бесплатно, а потом еще по шее добавить. Кто их заморочки знает?
Братья с тревогой и ожиданием посмотрели на рыжика. Все же, он тоже как бы аристократ. Лекс с интересом посмотрел на них и ухмыльнулся. Они что, всерьез думают, что он им подскажет, кому его выгодней продать и как именно обделать дельце?
— Лучше верните меня обратно, — рыжик ухмыльнулся, — вам Первосвященник Кирель деньжат отсыплет, сколько скажете… (ага, пока не заполучит его обратно, а потом как пить дать живьем шкуру снимет с обоих братцев), зачем вам далеко ехать?
— Молчи, подстилка! — Ширахх влепил рыжику пощечину, у того аж во рту стало солоно от крови. А потом развернулся к брату, — продадим колдунам, нам дороги пять дней при попутном ветре, а если галсами пойдем против ветра, то все десять. Время есть, обмозгуем ситуацию со всех сторон. Такой жирный кусок не часто выпадает, за него можно будет пободаться с остальными! Зато подумай сам, что стоит на кону? Новый корабль, брат, за это стоит попотеть!
— Не считай деньги раньше времени, — младший недовольно дернул головой и поднялся наверх. Там сразу раздались короткие команды сматывать основные паруса и ставить боковые. Наверху раздался топот ног и скрип канатов.
Ширахх быстренько приковал Лекса за шею недалеко от входа, и пригрозил пальцем новому помощнику.
— Гаденыша не трогать! Вначале мы с братом потрахаемся, а потом, когда разрешим, то и ты присунешь. А пока чтобы тихо здесь!
А потом, подхватив с пола тунику и поясок рыжика, выскочил наверх. Там сразу послышались новые команды, и послышался скрип румпеля. По всей видимости, старший брат встал у руля. Судно слегка накренилось, но шума воды за бортом Лекс так и не услышал. Он оказался прикованным возле люка. Широкий железный ошейник болтался на тощей шее, но не настолько, чтобы удалось вытащить голову. Рыжик ощупал замок на кандалах, но он был крупный и, по всей видимости, крепкий, а подцепить и поковыряться в нем было нечем, из одежды на нем остались только сандалии.
— Ты и правда Качшени? — рыжий сосед посмотрел на Лекса внимательно, и когда он кивнул, то нахмурился, — тебя вроде в подарок наследнику везли? Кто же с тобой такое сделал? Наследник знал, что такое творится?
— Ага, — Лекс постарался заглянуть в открытый люк, там заканчивали подвязывать опущенные паруса, — он меня избил, а потом изнасиловал. Я еле отлежался, а потом он подарил меня, как додо, своему младшему мужу, и тот меня на поводке по городу таскал, красовался новой игрушкой. А когда мужья разругались, то меня выпороли плетью, потому что крайним оказался.
— Так тебе и надо! Все неприятности из-за тебя! — рядом с ними оказался новый надсмотрщик капитана и попытался стукнуть Лекса плетью.
— Уймись! — сосед перехватил плеть и попытался плечом прикрыть Лекса, — человеку и без тебя досталось!
— Он сам во всем виноват! — громила с перебитым носом с удовольствием несколько раз стегнул защитника и довольно улыбнулся, похоже, ему это понравилось, — он мог бы пойти младшим, как было обещано, и тогда я бы был дома с семьей, в сытости и достатке! А эта маленькая дрянь уперлась, и в итоге меня сделали рабом и везут не поймёшь куда!
— Не тебя одного, — отмахнулся сосед и попытался отобрать плеть.
— Отстань от нас, — Лекс выглянул из-за плеча соседа, — а то сейчас закричу, капитан примчится, и я ему скажу, что ты меня домогался! Вот тогда тебя выпорют и кастрируют, чтобы думал наперед, с кем можно связываться, а от кого держаться подальше.
— Хм, — здоровяк довольно ухмыльнулся, — а я вам воды не дам, сам через два дня просить будешь, чтобы тебя трахнули, лишь бы попить дали!
В люке над головой стало темнеть, по всей видимости, начинался вечер. По трапу прошли несколько человек, и скрылись за трапом. Вскоре они вынесли лепешки, вяленое мясо и фляги с вином. Ширахх, заглянув в трюм, убедился, что все в порядке, и сунул в руки надсмотрщику белую лепёшку и кусок мяса. Амбал чуть не прослезился от радости. Потом один из матросов принес пару ведер пресной воды, а из-за
