наших краев.
– Как интересно, – сказал принц. – Сударыня… Вы решили навестить родину матушки?
– Нет, ваше высочество, я выросла здесь, – улыбнулась я. – Матушка моя была вынуждена уехать после гибели супруга, и хвала всему сущему, что ей удалось выбраться живой! Вы слыхали об Анкизе?
– Нет, где это?
– О, это маленькое, не стоящее внимания княжество, – начала я, – на здешних картах оно либо вовсе не обозначено, либо считается частью Эманской империи, но это не совсем так… Впрочем, вы и сами знаете это, верно?
– Продолжайте, прошу! – в синих глазах принца вспыхнул огонек интереса.
– Хорошо, ваше высочество…
Отец Эллы, помнится, много рассказывал детворе о нравах южан, привозил из-за моря разные диковины, это пригодилось. Да и книг я не чуралась, поэтому рассказов мне должно было хватить надолго. Каюсь, большую часть я взяла из затрепанных романов Агаты, приправив незамысловатые истории откровенными выдумками, но принцу и того было довольно.
– Я знаю об этом только по рассказам взрослых, – не забывала я повторять, поведав очередную душераздирающую историю об убийстве соперников. – Я была слишком мала. Ну а отец мой в те годы отправился далеко на восток и видел там предивные вещи!
– Вы танцуете? – спохватился его высочество.
– Боюсь, у меня мало опыта.
– С удовольствием преподам вам пару уроков, – улыбнулся он. – Позвольте вашу руку, сударыня…
Принц танцевал отменно, а вот я все время сбивалась с шага. Быть может, потому, что все время пыталась встретиться взглядом с Черным герцогом, который как раз повел в танце Эллу.
– Увы, я разочаровала вас, – печально сказала я, когда смолкла мелодия.
– Отнюдь, сударыня! – принц взял меня за руку. – Так славно поговорить с человеком, который был в далеких краях и воочию видел все это…
– Ваше высочество, повторюсь, это лишь пересказ со слов матушки! Сама я помню только жару, большие залы, бассейны с фонтанами, а потом корабль… Я ведь выросла здесь, – напомнила я.
– Но вы так живо говорите, будто видели наяву бурные волны, паруса, далекие горизонты… – он мечтательно улыбнулся, и я вдруг подумала, что ему тесно в этом дворце.
Пускай принц всего лишь романтик, но, может, после полугода на корабле он сделался бы похожим на Черного герцога? Они ведь братья!
– Я просто обучалась риторике, – солгала я, – и не только слушала рассказы, но и читала записки покойного отца, он много путешествовал в юности. Читала и представляла – соленые брызги в лицо, волны выше мачт, незнакомый берег впереди…
– Вы переплыли океан, пусть и будучи совсем маленькой, вы в самом деле можете представить, каково это, – сказал он и снова подал мне руку. Слава всему сущему, этот старинный танец я знала. – А я если и бывал на борту, то флагман шел до ближайшего порта, и только!
Пары в танце поменялись, и я оказалась напротив герцога.
– Ну что? – негромко спросил он, обходя меня по кругу.
– Историй, чтобы занять принца, у меня хватит до послезавтра, – ответила я, склоняясь в реверансе. – Отвлеките Эллу, сударь. Хотя не будет же она вешаться ему на шею?
– Не будет, – кивнул он. – Вдобавок она красива, поэтому… У меня достаточно знакомых и вассалов, чтобы занять ее до полуночи.
– Хорошо, сударь.
Менялись партнеры в танцах, но принц неизменно выискивал меня и порой отстранял кого-нибудь. Мне было стыдно: я пересказывала ему плохие романы и истории, которые наизусть знали все дети в округе… Но я обещала отвлечь внимание принца, и я это делала как умела.
Эллу, я видела, увлекал один кавалер за другим, а его величество – ему что-то нашептал Черный герцог – благосклонно кивал сыну.
– Вы не устали? – спросил принц незадолго до полуночи.
– Немного, – улыбнулась я. – Должно быть, нужна привычка, чтобы танцевать до утра…
– Идемте, подышим свежим воздухом, – пригласил он и увлек меня на балкон. – Как хорошо!
– Да, вы правы, – ответила я. Балкон увивали плетистые розы, в темноте цветы их заманчиво мерцали, багровые и нежно-жемчужные… Я протянула было руку за цветком и тут же отдернула – не хотелось бы порвать перчатку о шипы. – О! Часы уже бьют полночь?
– И что с того? Бал будет длиться, пока не устанут гости, – улыбнулся принц и облокотился на перила. – Сударыня?
– Да?
– Отчего вы не снимете вуаль? Я хотел бы увидеть ваше лицо. Если оно хотя бы вполовину так прекрасно, как ваши речи, я уже влюблен в вас!
– Я некрасива, ваше высочество, – ответила я. – Не стоит портить этот вечер. Не нужно. Вы – наследник престола, а я – княжна из далекой страны, у которой нет ни прав, ни состояния. Если бы я была дочерью правящего князя, дело другое, но тогда…
– Что?
– Ей бы никто не позволил открыть лицо и танцевать на балу, – с улыбкой ответила я.
– Но на вас тоже вуаль!
– Вуаль, а не глухое покрывало. Вы же различаете черты лица, пусть и смутно, видите губы? Этого не должно быть. И волосы показывать тоже нельзя. И руки… хотя руки у меня закрыты, – серьезно сказала я. – Незамужней девушке не пристало так себя вести. И уж тем более разговаривать с мужчиной наедине!
– Теперь я обязан жениться? – фыркнул принц.
– Не стоит, право…
– Вы не желаете стать принцессой?
– Нет, благодарю, – ответила я. – Идемте в зал? Я хотела бы еще потанцевать.
– Зачем вы говорите, что дурны собой? – спросил вдруг принц. – Разве дело в красоте лица? В начале бала я танцевал с красавицей, но мне ведь жить не с ее лицом, а с человеком! А вы умны и…
– Я не пара вам, – отчеканила я. – Идемте, сударь, вы забросили гостей, а это неприлично и недостойно наследника престола. Кто-нибудь может подумать, будто вы выбрали в жены меня. Это недопустимо.
– Вы говорите почти как мой… друг, – вовремя поправился он. – Идемте.
Я расправила подол, и он вспыхнул мириадами искр. Звездная пыль осыпалась с моих туфель на каменный пол… Феликс смотрел на меня неотрывно, но мне не было приятно. Я просто делала то, что обещала сделать.
– Ваше высочество, – я придержала его за руку. – Видите вон ту девушку?
– Да, вижу, – недоуменно сказал он.
– Вы можете пригласить ее хотя бы на один круг? Я знаю ее, о танце с вами бедняжка может только мечтать! Пожалуйста, ради меня…
– Только ради вас, – улыбнулся он и через минуту уже протягивал руку Агате. Как она не упала в обморок, ума не приложу. Тетя – та упала. Правда, ее успел подхватить какой-то солидный военный в пышном мундире.
Я вышла, подождала, пока подадут карету, а уже сидя в ней, сняла туфлю и подала
