Читаем без скачивания Всё о непослушных принцессах и коварных драконах - Патриция Рэде

Лента огня обвилась вокруг жаровни, испуская широкие языки пламени, которые, словно колышущаяся стена, отделяла нас от колдунов. Но вот медленно, неохотно пламя начало угасать, и как только исчезла огненная лента, остыл и ключ в моей руке. Огонь, вертелось у меня в голове, огонь в жаровне, огонь в ключе! Казюль говорила, что ключ может открыть любую дверь в замке, а Шиара упоминала что-то о связи огня и ключа...

Я, превозмогая все еще сковывавшее меня колдовское заклинание, с трудом поднял левую руку и швырнул ключ в жаровню.

Над тлеющими углями взмыла алая завеса пламени, взметнулась до потолка и опала, погасла Мне что-то привиделось в этой волне огня, но видение исчезло, прежде чем я успел разглядеть или понять. Жаровня начала светиться, и весь зал наполнился ясно ощутимым, густым и тяжелым волшебством, которое сгустилось, как воздух перед грозой. Я чувствовал, что-то назревает, нагнетается и вот-вот свершится нечто невероятное, к чему надо быть готовым. Все во мне напряглось. Но ничего не произошло. И вдруг мне стало ясно, что свершить это что-то должен я! Но что? Что?

— Остановите их! — прокричал предводитель колдунов.

Я был все еще вялым, будто бы опутанным липкой паутиной заклинания.

— Двигайся, Дейстар! — раздался рядом крик Шиары.

Она вдруг бросилась на пол и нырнула под жаровню.

Я попытался последовать за ней, но не мог еще двигаться достаточно быстро и проворно и к тому же чувствовал, что должен, должен что-то довершить... Вспомнить какое-то заклинание? Ключ, ключ, ключ, билось у меня в мозгу, но все мысли тонули в тяжелом тумане. Тут я увидел, что Анторелл и остальные колдуны вновь поднимают посохи, и с отчаянным усилием поднял меч, чтобы отразить заклинание, которое они собирались метнуть в меня и Шиару.

Мне удалось поднять внезапно чудовищно отяжелевший меч лишь до груди, когда острия посохов соединились.

Меч вспыхнул, едва только заклинание колдунов коснулось его. Колючие мурашки пробежали по затекшему телу, словно оно оттаивало, оживало. Паутина заклинания, сковывавшего меня, растаяла. Я ощущал, как все колдовство, направленное на меня, стекает к самому кончику меча и уплывает, притянутое неведомой мощной силой. И теперь, когда мысли мои и чувства прояснились, я твердо знал, куда устремляется этот невидимый поток. Колдовская сила, собранная в клинке меча, преображалась в могучее волшебство и уносилась в самую сердцевину Заколдованного Леса. Назад. Туда, откуда и вышло, похищенное колдунами...

Увлеченный неведомым мне прежде ощущением и ясным знанием, я чуть было не пропустил пущенную колдунами новую стрелу заклинания. Однако меч будто бы сам собой вздрогнул в моей руке и подхватил, всосал опасное колдовство. Но в дверях, за спинами троих рассвирепевших колдунов появились еще четверо. Надо сейчас же сделать то, что настойчиво бьется в моем мозгу, пульсирует совсем уже ясной мыслью, которую словно бы вбивают в голову чьи-то голоса! Успеть! Успеть, прежде чем колдуны снова соберут воедино свои заклинания и попытаются поразить нас насмерть. Я должен попытаться, хотя и не уверен, что это и есть спасение.

Шагнув вплотную к жаровне, я набрал полную грудь воздуха и на едином выдохе громко произнес:

Силою ветра, воды и землиПламя огнем опали.Спасут от беды, принесут избавленьеСвет меча и лесные тени!

С последним словом я погрузил меч Спящего короля в жаровню, в самую гущу углей.

Стоило мечу коснуться горячих углей, как меня охватила, окутала мягкая волна волшебства, и я вдруг совершенно ясно ощутил, понял, откуда оно идет. Это было волшебство замка и самого Заколдованного Леса, живое и растущее, густой сетью ложащееся на землю, на деревья, растворяющееся в воздухе. Яркое пламя взвилось над жаровней. Но теперь оно уже не угасало. Языки пламени соединялись, огонь окружал меня, и уже ничего, кроме скачущего и пляшущего огня, не было видно. Раздался оглушающий грохот, словно на меня снова обрушился потолок Пещер Удачи. Пол зашатался под ногами.

И прогремел голос: «Приветствую тебя, пробудитель меча!», а стройный хор невидимых голосов подхватил: «Приветствуем!»

Эхо раскатилось по залу, словно гром по весеннему небу. Ничего, кроме огненной завесы, я не видел, ничего, кроме грохочущего эха, не слышал и вообще, казалось, не чувствовал ничего, не ощущал даже самого себя. Внезапно в моей голове что-то щелкнуло, словно включилось, и гул умолк.

Я на шаг отошел от жаровни. Огонь, застилавший мне глаза, не исчез. Зато теперь трепещущие языки пламени сплетались в яркие и четкие картины. Я видел драконов, дерущихся с колдунами за стенами замка, гномов, нападающих на эльфов, и других эльфов, тех, что бьются на стороне драконов. Трудно было понять, кто побеждает. Огненные фигурки сталкивались, сшибались, разлетались и снова свивались в яростно вертящийся клубок.

Вглядываясь в огненную завесу, я вдруг постиг все звуки, недоступные прежде моему уху. Клокочущую бессильным гневом дрожь колдовских посохов. Глубокий гул волшебства Заколдованного Леса и тихое позванивание самого замка. Теперь я мог даже ощутить жесткую вязь колдовских заклинаний не только рядом, внутри замка, но и снаружи, за его стенами. И волшебная мощь меча невероятно ярким и светлым узором накладывалась на все переплетения волшебных волн, идущих от драконов, колючего колдовства кишащих повсюду колдунов, торжествующего чародейства и звонкой волшебной силы Заколдованного Леса. Я спокойно наблюдал движение всей этой сложной вязи, видел, как затягиваются узлы и напрягаются невидимые волшебные нити. И, постигнув тайные связи волшебства, я протянул руку и натянул нити.

Дрожь колдовских посохов, их жужжание резко оборвалось. И сила Заколдованного Леса поглотила остатки колдовства, сохранившегося в посохах. В тот же миг языки пламени перед моими глазами свернулись, как гигантские огненные листья, и картины битвы растаяли. Я снова оказался лицом к лицу с разъяренными колдунами.

Но теперь посохи их угасли и стали похожи на обычные суковатые палки, а сами они оказались лишены своей колдовской силы.

Но не отступили колдуны, а вдруг выхватили мечи, и предводитель их указал на меня вытянутой вперед рукой. Я не знал, остались ли у них в запасе заклинания, не связанные с посохами, но на всякий случай отступил и поспешил скрыться за жаровней, все еще полыхавшей грозным огнем. Меч я опустил в самое пекло. В это же мгновение до меня долетели пронзительные крики. Подняв голову, я снова увидел колдунов.

Но теперь они забыли про меня и, словно спугнутые крысы, разбегались в разные стороны. Удивленный, я огляделся. Из коридора в зал вбежали Морвен, Телемайн, а по пятам за ними катились на коротких ножках несколько эльфов. Не было времени задумываться, как они сюда попали. Я уже хотел выхватить из жаровни меч Спящего короля и присоединиться к битве, как вдруг...

Языки пламени закрутились над жаровней, становясь все плотнее и ярче. Все застила кипящая завеса бело-желтого света. Почти ослепленный, я зажмурился на мгновение. Когда я снова открыл глаза, пламя рассеялось, а в самом центре жаровни, как раз там, куда я бросил ключ и где белело раскаленное острие меча Спящего короля, обнаружилась... дверь! В углубленном пылающем пространстве высились две стройные колонны, словно сотворенные из света. И дверь между ними тоже казалась сбитой из тонких огненных пластин.

Не отрываясь, я глядел на эту дверь, которая становилась все тяжелее и тверже. Что за нею? Подобные двери, как и дверь в доме Морвен, могут вести куда угодно. Я сжал рукоять меча короля и уже собирался поднять его, как дверь медленно распахнулась, и из нее вышел...

Нет, нет, это наверняка не был снова обманный призрак! Высокий, с черными волосами и уставшими, но очень живыми, серыми глазами. И без бороды. Незнакомец был облачен в красивые, ничуть не помятые и не изодранные одежды. От всего его облика исходили сила и мощь. Даже если бы на голове у него не сиял тонкий золотой обруч, я все равно догадался бы, кто передо мной. Облегченный вздох вырвался из моей груди, когда он легко перешагнул край жаровни и ступил на мраморный пол.

И в тот же миг дверь и световые колонны в глубинах бушующего пламени растворились. Снова перед нами стояла небольшая жаровня с тлеющими углями. Весь зал наполнился звенящей тишиной. Я посмотрел в глаза королю Заколдованного Леса. Все-все сказали мне эти спокойные серые глаза! Я вынул из жаровни меч, который, к моему удивлению, даже не нагрелся. Клинок сиял ярче, чем даже в тот первый день, когда я принял меч из рук мамы. Мгновение я смотрел на сияющее широкое лезвие, потом повернулся к королю и тихо сказал:

— Я пришел, чтобы вернуть тебе твой меч, отец.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ, в которой битва заканчивается, но Анторелл не унимается

Долгое время король Заколдованного Леса смотрел на меня, не касаясь меча. Потом протянул руку и взял его. Минуту подержал он меч на весу, словно заново ощущая его тяжесть, а потом с коротким взмахом резко опустил на край жаровни.