Глава 26. Проснуться знаменитым
Утро началось замечательно — меня никто не укусил. Да, пребывание на Проклятых землях быстро учит радоваться даже таким мелочам! Размяв слегка затекшее тело, я глянул на поднимающееся солнце и побежал обратно к Мертвому городу, решив повременить с завтраком в надежде на то, что по дороге попадется какая-нибудь дичь. Так и случилось — всего полтора часа спустя во время очередного осмотра местности я обнаружил чуть в стороне большое кроличье поселение и свернул к нему.
К обители ушастых — пригорку, напоминавшему голландский сыр (не в смысле цвета, а тоже с дырками) я подбирался медленно и осторожно, на карачках, прикрываясь высокой травой и опасаясь, как бы моя потенциальная добыча не попряталась в норах, откуда мне ее уже не выковырять. Однако не успел я приблизиться на расстояние броска ножа, как заметил невдалеке весьма странное явление природы. Я поначалу даже не смог подобрать описание этому объекту, поскольку больше всего он был похож на марево, какое обычно бывает от нагретого воздуха. Оно было абсолютно прозрачным, но причудливо преломляло свет, а потому становилось видимым. Застыв на месте, я во все глаза уставился магическую аномалию (ничем другим это не могло быть по определению), неспешно двигавшуюся по направлению к увлеченным поеданием травы кроликам.
Странное марево имело довольно четкие очертания — оно было шарообразной формы, метров двух в диаметре, и парило над землей, едва не касаясь подсушенных солнцем стебельков. Ни о чем похожем в мемуарах не упоминалось, поэтому я не представлял, как правильно реагировать на аномалию, но на всякий случай решил остаться на месте и пригнулся еще ниже к земле. Не знаю отчего, но мне это нечто с первого взгляда показалось крайне опасным. Возможно, находясь в этом мире, я привык относиться с подозрением ко всему непонятному, а может, вспомнил просмотренный давным-давно фильм, в котором инопланетный охотник имел удивительный костюм хамелеона, который в активном режиме превращал его в довольно похожее марево. В любом случае ничего хорошего от аномалии я не ожидал, а спустя полминуты понял, что мои подозрения были верными.
Достигнув кроличьего холма, марево остановилось и замерло, будто бы с удивлением разглядывая пятнистых животных перед собой. Но вот один из упитанных кроликов, которого я уже успел присмотреть себе на шашлычок, решил сделать прыжок к особо вкусному зеленому стебельку. Для аномалии это движение послужило сигналом к атаке — она метнулась к зверьку и подхватила его. Кролик истерично заверещал, когда неведомая сила сжала его и подняла в воздух. Прочие ушастые, услышав этот крик, в мгновение ока попрятались в своих норах. Но марево на их поспешное бегство не обратило внимания, сосредоточившись лишь на своей добыче.
А в следующий миг на моих глазах тельце животного начало медленно перекручиваться и перемалываться, словно в гигантской мясорубке. Я слышал хруст костей и громкое противное чавканье, видел кровавые брызги, застывшие в воздухе, и не мог отвести взгляда от этой картины, смысл которой ускользал от понимания. Какой-то частью сознания, я понимал, что следовало бежать подальше отсюда, надеясь, что аномалия не бросится вдогонку, но тело не желало подчиняться. Его сковал страх. Нет, даже не страх, а самый настоящий животный ужас, никогда доселе мной не испытываемый. Именно он заставлял меня наблюдать за маревом, забыв о необходимости дышать.
Спустя долгую минуту кролик был превращен в однородную кроваво-красную кашицу, равномерно распределившуюся по всей аномалии. Однако она не стала переваривать свою добычу, что было бы логично, а внезапно решила от нее избавиться. На получившийся фарш и парившие в невесомости капли крови внезапно снова начала воздействовать гравитация, и это все разом плюхнулись на землю. Марево, из мутно-красного вновь сделавшееся прозрачным, повисело немного в задумчивости, а затем снова продолжило свое неспешное движение, миновало кроличий холмик и полетело дальше на северо-восток.
Не знаю, сколько я стоял на карачках, наблюдая за удаляющейся аномалией, не представляю, долго ли изображал причудливый куст с выпученными глазами после того как марево скрылось вдали, просто в один очень прекрасный момент понял что страх выпустил меня из своих объятий. Обретя возможность двигаться, я растянулся на земле, дыша, словно загнанная лошадь, и чувствуя, как подрагивают мышцы, на какое-то время превратившиеся в камень.
Ого, как меня торкнуло! Интересно, с чего бы это? Неужели странная аномалия способна воздействовать на психику человека, к примеру, издавая инфразвук определенной частоты? Вроде бы нет, поскольку я чувствовал себя вполне нормально, когда следил за тем, как марево приближается к кроликам. Так почему же, лишь только оно схватило ушастого, от страха я полностью утратил способность соображать? Странно. Я так не боялся даже когда лежал под телами зомби, готовясь стать закуской для крида и уж точно не цепенел от ужаса, когда меня привязывали к алтарю.
Однако вскоре я понял, что ничего странного в этом нет. Просто все то, с чем я уже сталкивался в этом мире, было понятным для меня. Я не боялся магов, сходу приняв местные правила игры, не боялся зомби (ага, после просмотра десятка фильмов на эту тему возникновение подобного чувства при виде мертвяка было бы удивительным), здешних тварей, которые были не более чем животными, и которых можно всегда было отпугнуть, обмануть или убить. А эта аномалия являлась чем-то насквозь иррациональным, не поддававшимся никакому логическому объяснению. Именно поэтому на меня так подействовало увиденное.
Ведь с любым зверем можно справиться. Или если не справиться, то хотя бы попытаться пред смертью конкретно испортить ему аппетит острой сталью. А как отбиться от марева, представляющего собой некий вариант концентрированной силы? Полосовать клинками воздух? Сомневаюсь, что это его остановит или хоть немного задержит. Ну и на закуску — если бы я не задержался у кроличьего поселения, вполне мог бы столкнуться с аномалией и уже превратился бы в третьесортный фарш (типа того, что рубится вместе с будкой). Так что нет ничего удивительного в том, что я испугался. А если поглядеть на ситуацию с другой стороны, можно даже порадоваться своей "железной выдержке". Вот, какой я молодец — даже в штаны не наложил и не выяснил на собственном опыте, из какого места выделяется адреналин!
Окончательно придя в себя, я вспомнил о кроликах и оглядел пригорок. Ушастые, больше не слыша рядом никаких подозрительных звуков, постепенно набрались смелости и начали осторожно выглядывать из норок. Самое время продолжить охоту! Медленно и все так же прикрываясь травой, я подобрался к ним поближе, дождался, пока один из зверьков выберется на солнышко, и метнул нож. Бросок вышел на диво удачным — сталь вонзилась кролику в грудь (хотя метил я вообще-то в голову). Подбежав к раненой добыче, пытавшейся отползти к своей норе, я добил ушастого, подхватил тушку и двинулся к ближайшей рощице, где можно было набрать сушняка для костра.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
