Ролло глубоко вздохнул и признался Николаю:
— Никки, ты, в общем-то прав, хотя и далеко не во всём. Правда, я всё же не такой тщеславный, как ты думаешь, но мне тоже не всегда уютно в Астраурбисе, но, увы, не я и не Храмми сделали Стилан таким. К тому же не забывай, Энсис уже пятый раз подряд обходит на выборах штатских с таким отрывом, от которого они просто свирепеют, а ведь он и по сей день говорит всем в лицо, что он потомственный легионариус. Стиланцы может быть и поругивают военных, но всё же отдают им должное и предпочитают иметь президентом именно старого вояку, да, к тому же отважного пилота-техноэмпи, спалившего прорву энергонов. Так что на Стилане далеко не всё так плохо, солдат.
Николай тепло попрощался с другом и прямо из его кабинета телепортом отправился в свой парадный дом. С женой и маленьким Николкой он уже попрощался и потому немедленно телепортировался на «Оффенсио». По случаю сдачи линкора в эксплуатацию после его полной модернизации никаких торжеств никто устраивать не собирался, но тем не менее огромный шлюз, ведущий на Пятачок, был открыт настежь, на нём находились почти все члены экипажа, а на взлётно-посадочной палубе выстроились в ряд все гладиусы, перед которыми стояли серебряные молнии. В общем обстановка была самая, что ни на есть торжественная и даже корабельный оркестр уже построился на Пятачке, хотя все остальные космолётчики сновали по нему беспорядочно и суетливо.
Все работы на линкоре были завершены ещё полторы недели назад, но после них «Оффенсио» десять дней проходил «обкатку» во внутреннем космосе звёздной системы Экситуса. Никаких неполадок за это время обнаружено не было и утром, в десять ноль-ноль по имперскому времени космос-адмирал эс-Аггер подписал акт приёмки линкора и в пятнадцать часов начальник космоверфи должен был передать отнюдь не символический стартовый ключ от линкора. Когда Николай сошел со стартовой линзы, было четырнадцать тридцать и только поэтому космолётчики линкора представляли из себя праздношатающуюся толпу, а не монолитный строй. Братец Сумми, увидев друга, тотчас налетел на Николая звеня своими орденами и медалями и завопил:
— Никки, где тебя только черти носят? — Схватив его под руку, он зашептал — Пойдём к нашим. Тут нам перепало несколько бутылок отличного стиланского бренди, но мы не выдули всё, оставили одну бутылку, чтобы распить с тобой. Знаешь, парень, если бы не ты, то все мы так бы и оставались до конца своих дней тутти. Эх, Никки, до чего же всё-таки нам повезло, что тебя прикрепили когда-то к «Оффенсио». И как это только тебе удалось так ловко подкинуть адмиралу Регнеру идею на счёт того, что именно наш старый линкор это и есть самая подходящая посудина на роль галактического рейдера? Да, хорошо, что на него так зверски окрысились энергоны. Это тоже сыграло свою роль.
От такого заявления Николай даже опешил, хотя оно и не было для него таким, уж, и неожиданным. Беспечно улыбаясь, он поинтересовался Суммуса:
— Сумми, и кто же ляпнул такое? Старик, ну, подумай сам, где я и где адмирал Регнер. Мы с ним на эту тему даже и не разговаривали никогда. Он же меня в упор видеть не желает.
Барон эс-Вадес хитро улыбнулся и тут же зашептал:
— Ник, это уже не секрет, так что не делай невинное лицо, когда Дядюшка Сальве поблагодарит тебя за это же самое. Князь Прогенитор недавно рассказал мне о том, что когда он гостил у тебя в Астраурбисе, твоя жена давала приём, на который её отец пригласил адмирала Регнера. Точнее тот сам набился к вам в гости, чтобы встретиться с Горацием. Может быть этот стиланец и злится на тебя из-за того, что служишь Империи, а не Республике, но он всё же молодец, в военном деле разбирается, как сам Арес. Поэтому когда ты, будто невзначай, сказал князю о том, что наш старина «Оффенсио» превратился в огромный магнит, который приманивает к себе энергонов, словно иголки, он быстро всё просчитал и в тот же день поинтересовался у Горация, сможет ли тот устроить ему тайную встречу с герцогом Фастидиозусом и тот сразу же согласился. Ник, хотя мы, Вадесы, с Прогениторами дальняя родня, Гораций для меня всё равно, что родной отец и когда он вчера прибыл на «Оффенсио», то чуть ли не первым делом вызвал меня, чтобы поинтересоваться моими успехами. Заодно он рассказал мне о том, как ему удалось вместе с тобой провернуть эту хитрую комбинацию, а поскольку Гораций сказал, что он не делает из этого никакого секрета, то я поделился новостью с друзьями. — Толкнув Николая локтем в бок, Суммус снова подмигнул ему и шепотом спросил — Никки, признайся честно, как ты узнал, что стиланцы разработали тэ-вакцину?
Николай немедленно сделал заговорщицкое лицо и шепнул:
— Сумми, можешь сказать за это спасибо моему тестю. Это он по родственному подбросил мне информацию об этой стиланской чудо сыворотке. После этого мы и стали с Гором думать о том, как бы раскрутить стиланцев на этот эксперимент. Но если честно, основную работу проделал всё же Гораций, ведь это он сумел заинтриговать адмирала Регнера.
Лавируя в толпе весело галдящих и смеющихся космолётчиков «Оффенсио», которым не терпелось испытать в настоящем деле как обновлённый линкор, так и обретённые техноэмпатические способности, ведь теперь даже управление этой громадиной в полёте было полностью переложено на плечи, точнее на головы, целой команды пилотов-техноэмпатов. Теперь полёт линкора даже в режиме гипердрайва стал подобен полёту имперских мечей, если и вовсе не республиканских гладиусов. Ещё большие успехи показали на боевых стрельбах канониры, которые с лёгкостью поражали даже самые малые мишени на удалении чуть ли не в четверть светового года.
То, что однажды благодаря Николаю был захвачен меч серой паучихи, который без лишней шумихи был тайно передан, а точнее в каменном скоплении по просьбе князя Прогенитора призовой командой линкора был просто забыт тот меч, на котором летала Суошем, для исследования стиланским учёным, также сыграло свою роль в деле модернизации и перевооружения «Оффенсио». Благодаря этому удалось установить, что серые паучихи летали отнюдь не на обыкновенных имперских мечах, а на особых, имевших более мощные маршевые турбины, да, и их радары и сканеры у них были чуть ли не втрое эффективнее. Стилан уже передал все свои новые военные разработки, сделанные на этой основе, Империи, но только на «Оффенсио» и на гладиусах они использовались в полной мере, но это и понятно, ведь с момента их появления на свет прошло так мало времени.
Космолётчики «Оффенсио» прекрасно понимали это, как понимали и то, что их линкор стал галактическим рейдером и для него не существовало теперь никаких границ. Поэтому все рвались в бой, ведь командор Сильвер уже доказал всем, что гладиусы с серебряными молниями на борту являются очень мощным оружием. Однако, куда больше всех радовало то, что множество космолётчиков, служивших на линкоре, и среди них почти все тутти стали прекрасными пилотами-техноэмпатами, а потому космос-адмиралу эс-Аггеру даже не пришлось напрягаться, чтобы набрать пилотов на серебряные молнии. Зато многие гоночные команды были в шоке из-за того, что космическая верфь "Вокатус Регнум" отказалась продавать им новые гоночные болиды в этом месяце и во время трёхмесячного перерыва между сезонами их пилоты не смогут интенсивно тренироваться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
