возможным ущербом. Монро-Альфа направился прямиком к подземному ангару, нашел свою авиетку, забрался в нее и включил ротор. Автоматическая система управления движением в воздушном пространстве парка отреагировала немедленно — на экране автопилота вспыхнула надпись: «Движение над Лесом Гигантов запрещено — поднимайтесь на три тысячи». Клиффорд выполнил предписание машинально — его занимало сейчас отнюдь не управление авиеткой.
Впрочем, его мысли вообще не были сосредоточены ни на чем конкретном. Душевная летаргия, горькая меланхолия, которые обессиливали его до начала Перемены, с новой силой завладели Монро-Альфой. Во имя чего велась эта слепая, бессмысленная борьба? Лишь затем, чтобы остаться в живых, размножаться и сражаться? Клиффорд гнал машину с максимальной скоростью, направляясь прямо в обрывы Маунт Уитни в безрассудном, полуосознанном стремлении тут и решить навеки все свои проблемы.
Но эта машина была создана не для аварий. По мере увеличения скорости, автопилот расширял диапазон лоцирования пространства, клистроны сообщили о встречной преграде трекеру, коротко протрещали соленоиды, и авиетка перевалила через пик.
Глава 9
«Умираем ли мы полностью, умирая?»
Отвернувшись от авиетки, в которой он отправил Монро-Альфу, Гамильтон выбросил из головы все мысли о друге — слишком многое предстояло сделать, и слишком мало времени оставалось в его распоряжении. Скорее!
Его встревожило, что дверь, ведущая с крыши в здание, распахнулась, едва он набрал повседневно употребляемый штатом Клиники код — цифровую комбинацию, которую дал ему когда-то Мордан. Охранников в холле тоже не оказалось — с таким же успехом можно было держать все двери открытыми настежь.
С этим Гамильтон и ворвался в кабинет Арбитра.
— Это место защищено не лучше церкви! — взорвался он. — Из каких соображений?
Только теперь он заметил, что кроме Мордана в кабинете находятся Бэйнбридж Марта, глава технического персонала Арбитра, и Лонгкот Филлис. Присутствием девушки Гамильтон был не только удивлен, но и раздосадован — Филлис опять была вооружена.
— Добрый вечер, Феликс! — коротко приветствовал его Арбитр. — Почему вы думаете, что Клиника должна быть защищена?
— Боже милостивый! Разве вы не собираетесь сопротивляться атаке?
— Но почему мы должны ждать нападения? — удивился Мордан. — Это же не стратегический пункт. Позже они, несомненно, намерены захватить Клинику, но стрельба будет в других местах.
— Это вы так считаете. А я знаю лучше.
— Да?
— Мне предписано явиться сюда и убить вас. За мной следует отряд, чтобы захватить Клинику.
Мордан не ответил — он сидел, молчаливый и погруженный в себя. Гамильтон начал было говорить еще что-то, но Арбитр жестом прервал его.
— Кроме нас в здании только три человека. Никто из них не вооружен. Сколько у нас времени?
— Десять минут — или меньше.
— Я поставлю в известность Центральную станцию охраны порядка. Может быть, они смогут выделить из резерва несколько блюстителей порядка. Марта, отошлите служащих по домам, — и он повернулся к телефону.
Неожиданно резко замигал свет. На мгновение плафоны погасли, но тут же вспыхнули вновь, хотя и вполнакала — включилось аварийное освещение. Объяснений не требовалось — выключилась Центральная силовая станция. Мордан отошел от телефона — аппарат молчал.
— Здания двоим не удержать, — размышляя вслух, проговорил Арбитр. — Да этого и не нужно. Но есть место, защитить которое необходимо — банк плазмы. Наши друзья отнюдь не дураки, но все равно стратегия у них никудышная. Они забывают, что попавший в капкан зверь может отгрызть себе лапу. Пойдемте, Феликс. Попытаемся это сделать.
Гамильтон не переставал размышлять о цели захвата Клиники. Банк плазмы. Банк этой столичной Клиники являлся хранилищем плазмы всех гениев двух последних столетий. Даже если мятежники потерпят поражение, но захватят банк, у них в руках окажется уникальный и незаменимый залог, В худшем случае они смогут обменять его на собственные жизни.
— Почему вы сказали «двое»? — спросила Лонгкот Филлис. — А как насчет этого? — и она похлопала рукой по кобуре.
— Я не смею рисковать вами, — ответил Мордан. — И вы знаете почему.
На мгновение их взгляды встретились. Девушка ответила всего двумя словами:
— Флеминг Марджори.
— Хм-м… Я понял вас. Хорошо.
— А что она здесь делает? — поинтересовался Гамильтон. — И кто такая Флеминг Марджори?
— Филлис приходила ко мне — поговорить о вас. Флеминг Марджори — другая ваша пятиюродная кузина. Вполне подходящая карта. Пошли!
И он быстро вышел из кабинета.
Гамильтон последовал за ним, торопливо соображая. Смысл последних слов Арбитра дошел до него не сразу. Когда же он понял, то был изрядно раздосадован, однако времени для разговоров сейчас не было. На Филлис Гамильтон старался не смотреть.
В коридоре к ним присоединилась Бэйнбридж Марта.
— Одна из девушек извещает остальных, — сообщила она Мордану.
— Хорошо, — отозвался на ходу Арбитр.
Банк плазмы возвышался в середине огромного зала в три этажа высотой и соответствующих пропорций. Сам банк представлял собой ряд многоярусных стеллажей, стоявших вдоль стен, как в библиотеке. На половине высоты он был опоясан платформой, с которой техники могли дотянуться до ячеек верхнего яруса.
Мордан прямиком направился к металлической лестнице, ведущей наверх, и взобрался по ней на платформу.
— Мы с Филлис возьмем на себя две передние двери, — скомандовал он. — Вы, Феликс, — заднюю.
— А мне что делать? — спросила Марта.
— Вам? Вы не стрелок.
— Но у нас же есть еще один излучатель, — заметила глава технического персонала, кивнув на пояс Гамильтона. Тот озадаченно взглянул на свой пояс. Женщина была права — он совсем забыл про заткнутое за ремень оружие Монро-Альфы — и протянул бластер Марте.
— Вы хоть знаете, как им пользоваться? — поинтересовался Мордан.
— Он ведь сожжет там, куда я направлю? Правда?
— Да.
— Это все, что я хотела знать.
— Очень хорошо. Филлис, вы вместе с Мартой возьмите на себя заднюю дверь. Мы с вами, Феликс, займемся передними.
Платформа была опоясана невысоким, по пояс, ограждением. Оно не было сплошным, в нем виднелись отверстия — составные элементы орнамента. План Мордана был прост — залечь за этим ограждением и вести наблюдение сквозь отверстия, при необходимости используя их в качестве бойниц.
Они ждали.
Гамильтон достал сигарету и затянулся — зажглась она при этом сама. Не спуская глаз с левой двери, Феликс протянул портсигар Мордану, однако Арбитр отвел его руку.
— Одного я не могу понять, Клод…
— А именно?
— Почему правительство не арестовало их всех прежде, чем дело зашло так далеко? Полагаю, я был не единственным осведомителем. Так почему же заговор не подавили в зародыше?
— Я не представляю правительство, — осторожно ответил Мордан, — я не член Совета политики. Однако, если хотите, рискну высказать свои соображения.
— Давайте.
— Единственно надежный способ выявить всех заговорщиков — подождать,
