Я ведь все еще наследник рода Демидовых, так что мое положение не изменилось. И приветствовали меня соответствующе этому статусу. Хотя и видел, что тот же Медведев смотрит на меня безо всякой радости, но и сказать мне что-либо он не планировал.
Первым вопреки сложившейся традиции ко мне двинулся не Святослав Андреевич Волков, а глава рода Алексеевых. Тех самых, чей сын взял в законные супруги Анастасию Кирилловну.
— Добрый день, Дмитрий Алексеевич, — обратился ко мне он.
— Здравствуйте, Георгий Семенович, — слегка наклонив голову, ответил я. — Рад видеть вас в добром здравии. Как семья, как дети?
Боярин изобразил вежливую улыбку на лице, но продержал ее не больше секунды. Георгий Семенович явно был не настроен на светские беседы.
— Все в порядке, благодарю, Дмитрий Алексеевич, — ответил он. — Я бы хотел лично засвидетельствовать вам, что род Алексеевых не имеет никаких претензий к вам за то, что вы отказали Максиму Георгиевичу Алексееву-Медному объясниться в тот роковой вечер.
Я легко кивнул.
— Рад это слышать, Георгий Семенович, — произнес я.
В этот момент раскрылись двери, впуская княжескую чету. На этот раз Ольги Кирилловны с ними не было, наверняка сестра опять сидит на занятиях, постигая науки этикета, или чему там решила ее поучить Мария Евгеньевна.
Бояре кланялись, пока Руслан Александрович бодрым шагом двигался через зал, держа супругу под руку. Бабушка на обед вышла в шикарном платье, подчеркнутом драгоценным гарнитуром. Одного этого было бы достаточно для того, чтобы показать — обед будет не простым.
— Прошу, господа, садитесь, — заговорил князь Демидов, заняв свое место. — Сегодня у меня будет для вас очень важное для нашего княжества объявление. Но прежде чем мы начнем, насладимся обедом. Говорить будем после того, как перейдем на кофе.
Никто спорить не стал, бояре одобрительно покачали головами. Хотя, разумеется, Руслан Александрович даже в случае возражений своего решения бы не изменил. Дед был строг ко всем вокруг, к этому привыкли, а потому уже и не задумывались о том, чтобы выказывать неодобрение.
Я сидел по правую руку от князя Демидова и наслаждался едой. В цехе я потратил весь свой магический резерв несколько раз подряд, но зверского чувства голода это у меня не вызвало. Так что насыщался я крайне неспешно, позволяя себе смаковать особенно удавшиеся поварам блюда.
Как и велел Руслан Александрович, разговоров за столом не звучало. Хотя бояре и переглядывались между собой, однако рот раскрывали только для того, чтобы положить туда очередной кусок пищи или влить напиток. В отличие от самого князя Демидова, кстати говоря, большинство предпочитало легкий алкоголь.
И эта мысль заставила меня мысленно хмыкнуть. Дед хоть и держит княжество в ежовых рукавицах, однако о подданных проявляет заботу. Как было бы, например, если бы государь перестал потреблять алкоголь? В Кремле бы никто не то что подать, пронести выпивку не осмелился. А Руслан Александрович сам перешел на здоровый образ жизни, но другим позволял делать собственный выбор.
А как ко мне отнесутся в Речи Посполитой? Нужно будет освежить в памяти правила поведения при польском дворе. В конце концов, настроить людей к себе положительно можно, не только вкладывая в них огромные деньги. Такой маленький жест, как бокал любимого вина, поданный гостю, тоже может оказать благоприятный эффект.
Наконец, слуги унесли тарелки и расставили перед всеми чай и кофе. Руслан Александрович медленно поднялся со своего трона и, оглядев людей, раскрыл рот, чтобы начать говорить, но внезапно его прервало жужжание телефонов.
— Что там? — недовольно спросил князь Демидов, обернувшись ко мне.
Я ответил, даже не взглянув на свой аппарат, искусственный интеллект уже вывел мне сообщение перед глазами.
— Герберт фон Бисмарк убит. Кайзер подписал отречение, — произнес я. — На трон восходит герцог Рейсс.
Отец запертого в казематах Кремля Кристофа, ключника. И, похоже, теперь наследника Германского рейха.
Глава 5
Молчание установилось в зале буквально на несколько секунд. Я видел, как с безумной скоростью движутся глаза Руслана Александровича. Князь Демидов просчитывал ситуацию, прежде чем заговорить, а его бояре переглядывались между собой, не смея нарушить тишину вперед своего господина.
Однако в этих гляделках, что устроили бояре Урала, имелся свой молчаливый разговор. Своеобразная телепатия, когда все понимающие взрослые люди по одной только мимике передают друг другу сообщения.
— Это меняет многие расклады, — заговорил Руслан Александрович, нарушая устоявшуюся тишину.
И он был совершенно прав. Падение династии Бисмарков могло вылиться в несколько путей дальнейшего развития событий.
Первое — распад Германского рейха. Что говорить, немцы объединились в одно государство относительно недавно. Нет, и раньше попытки были, но тогда это были союзы равных, которые ставили над собой номинального главу или же и вовсе правили неким советом.
Однако как монолитная страна, объединенная общими законами, под единым монархом, Германский рейх насчитывал просто смехотворное количество лет по меркам остальных европейских государств. И откат к привычной немцам форме правления был не таким уж и диким вариантом. Германия могла распасться без каких-либо серьезных проблем.
Второе — становление новой династии. В этом случае новый кайзер будет тратить время и силы на то, чтобы подчинить старых аристократов, сторонников Бисмарков. Ведь то, что Вильгельм отказался от трона, еще не значит, что его вассалы, обеспечивающие выполнение указов монарха, откажутся от собственных притязаний на трон. Значит, их придется уговаривать, выстраивая новую иерархию власти.
Отсюда же проистекает и третий вариант. Гражданская война. Если Бисмарки больше не имеют права на престол, это не значит, что у других родов не хватит на это сил и влияния. Герцог Рейсс, в конце концов, не единственный герцог. И даже между собой они могут не договориться, развязав войну на уничтожение.
Князь Демидов покачал головой, словно отбрасывая все посторонние мысли. Хотя я прекрасно знал, что уж кому-кому, а Руслану Александровичу гораздо легче разобраться во всех имеющихся раскладах, чем мне. Демидовы без всякого искусственного интеллекта раскинули свои сети. И информацией дед обладал куда более широкой, чем мой «Оракул» — он-то не был ограничен в своих связях.
— Как бы там ни было, — заговорил Руслан Александрович, — сейчас это не тот вопрос, который бы я хотел обсудить. Настала пора озвучить нашу договоренность с великим князем Невским. Его наследник, Георгий Емельянович, заключит помолвку с княжной Ольгой Кирилловной, моей второй внучкой.
Секунда тишины, и бояре одобрительно загудели. Переживания о смене династии в Германском рейхе были отложены на потом. Здесь и сейчас род Демидовых заявил, что укрепляет свои позиции, получая на свою сторону куратора Царской Службы Безопасности. Никто не обманывался тем, что мужем княжны станет Георгий Емельянович, решать-то в семье наследника все равно будет глава рода.
— В связи с этим, — продолжил Руслан Александрович, дав боярам несколько секунд на то, чтобы усвоить информацию, — я готов выслушать ваши идеи по развитию нашего княжества. Не мне вам рассказывать, какие политические последствия порождает такой союз. И каждый из вас прекрасно осведомлен о своем направлении в княжестве Уральском. Так что подумайте, как усилить наши позиции именно в вашей сфере, чтобы я позднее выстроил свою политику в соответствии с нашими интересами.
Это все звучало так демократично, что я почти улыбнулся. Со стороны могло показаться, что дед спрашивает, чем он может помочь своим боярам. А на деле ставил задачу подчиненным, которые находятся в полной зависимости от него. И даже завуалированная угроза прозвучала — если ты не справишься, ничего и не получишь.
— На этом мы вас покидаем, — склонил голову, прощаясь со всеми сразу, Руслан Александрович. — Жду ваших идей не позднее послезавтрашнего завтрака.
