- Вот опять ты орешь! - обиженно заметила я, провожая взглядом семейную пару. - Спокойно сказать нельзя? Мы даже не женаты, а ты на меня голос повышаешь!
Внезапно меня прижали к себе, так, что я даже не успела вздохнуть, как следует. Мою правую руку подняли, зажимая меня левой. Я почувствовала, как что-то усиленно накручивают на мой безымянный палец. Мимо нас проехал жигуль, волоча выхлопную трубу по земле. Какой-то юнец только что получил затрещину от седого мужика и сжался. Парковка недалеко от нас закончилась тяжкими телесными повреждениями.
- Там, где кольцо - право. Остальное - лево! - меня отпустили, оставив наедине с кольцом и крайней степенью недоумения. - Садись за руль, орать на тебя буду.
Я не ... Не так я все это представляла... Из глаз потекли слезы. А где же: «Любимая, будь моей женой?». Где же испачканная штанина и романтическая обстановка? Где все это? Почему в моих мечтах все было иначе?
- Рыжик, ты чего? - Феникс заглянул в мое лицо, явно не подозревая, что когда плачут от счастья, не морщатся, как чернослив. И соплей от счастья не бывает. - А ну посмотри на меня! Слушай, машину я могу купить новую, а вот нового Рыжика я купить не смогу. Максимум, что я смогу для тебя сделать посмертно - поставить красивый памятник! И все. И что? Мне потом всю жизнь твой памятник обнимать и целовать, проклиная тот день, когда мы с тобой учились водить? Я вспомню сегодняшний день и подумаю, что, может быть, стоило дать тебе по рукам? И пускай ты смертельно обиделась, но запомнила, что нужно водить не так, как тебе хочется, а по правилам! Я буду корить себя всю жизнь, что уберег во сне, но не смог уберечь наяву!
Я посмотрела на других учеников и учителей. Отец орет на сына, награждая его затрещинами, муж орет на жену, вспоминая всех обитателей фермы... Потому что любят и боятся потерять...
- А как же романтика? - спросила я, вертя кольцо на пальце от непривычки. - Я себе не так это представляла! Я представляла ужин, свечи, поцелуй...
Феникс полез в багажник, достал пиццу, которую мы купили, термос с чаем, который я заваривала с утра. Я смотрела, как все это появляется на капоте.
- А свечи? - спросила я, с грустью понимая, что все не так...
Феникс достал новые свечи зажигания, которые собирался менять на днях.
- Это я тоже учел, - усмехнулся он, вскрывая ключом упаковку. - Вот свечи... Все, как договаривались... Ладно, доедаем, допиваем и делаем второй дубль.
- Жаль, - вздохнула я, доедая свою пиццу и отхлебывая горячий чай. - Я все представляла не так... Совсем не так...
- Так это было не помолвочное кольцо. Помолвочное будет вечером. Это была генеральная репетиция, - усмехнулся Феникс. - Давай, ездунья, готовься морально... Сейчас будем змейку проходить...Пощады не жди...
- Ты как меня назвал??? - возмутилась я, поперхнувшись пиццей.
- Так, не толкайся, у меня чай горячий в руках... - рассмеялся Феникс, уворачиваясь от ударов. - Хорошо, наездница... Давай, доедай и погнали... ездунья.... Ай! Рыжик...
Любовница
- Рыжик, это что такое? - спросили меня, предъявляя увесистый мешочек сухарей.
- На черный день. Мы хлеб не доедаем, поэтому я сушу сухари! - заметила я, тяжело вздыхая и глядя на духовку. - Хлеб нельзя выбрасывать!
- Рыжик, у меня не все так плохо... Хотя нет, на всякий случай позвоню бухгалтеру! - Феникс ушел в комнату, оставив меня с моим мешочком наедине.
Дверь открылась через пять минут.
- Все нормально. Мы налоги заплатили... Все хорошо... Можешь выбрасывать... Птички склюют... - выдохнул Феникс, положив трубку и вытаскивая из моих рук мешочек. - Птич-ки... склю-ю-ют.... Пусти, Еська! Я кому сказал! Скоро - скоро по всему городу будут летать птички... дай сюда!... со сломанными клювиками!
Мешочек был вырван из моих рук.
- Я возьму твои ключи? - спросил из коридора Феникс, гремя стратегическими запасами продовольствия на черный день, который мы встретим со сломанными зубами. - Свои я на работе оставил... Надеюсь, что на работе...
- Бери, - разрешила я, планируя заняться редактурой фотографий с чужого юбилея. Юбилярша выглядела лет на пятнадцать моложе, но как заказали, так и делаю. В реальности время летело, приближая вечер, а на фотографиях машина времени превращала героиню вечера в цветущую юную деву.
***
- Есь, твои ключи. Возвращаю. Свои я на работе оставил...Все, нашлись, - Феникс протянул мне моего зайца. - Я тут его постирал.... А то он грязный, как ...
- Постирал? - с перебила я, отрываясь от ноутбука и глядя на непривычно чистого зайца. - Постирал.... моего... зайчика...
Я приложила зайца к носу, пытаясь уловить едва ощутимый мамин запах, но чистый заяц пах жидким мылом с ягодами. Мамочка...
- Еле отстирал! - гордо заметил Феникс, любуясь своей работой в ожидании похвалы. - Зато смотри, какой чистый. Его бы неплохо в стиральной машинке покатать, но пока что и так сойдет... Я сначала вообще не понял, что это за живность....
Мама... Я снова принюхивалась к моему зайчику, глядя в его глазки-бусинки.
- Его нельзя было стирать! - выдохнула я, сжимая брелок в руке. Почти первозданный вид зайца меня радовал, но...
