— Уздечку? — Страбон недоверчиво зашипел. И кашлянул. — Какую уздечку?
— Уздечку! — гаркнула Ночная Мгла. — Уздечку, которую ты у меня украл, когда я была беспомощна и не могла тебе помешать. Уздечку, которая по праву принадлежит мне!
— Ба! Ничто не принадлежит тебе по праву, меньше всего уздечка! Ты сама стащила ее у старого волшебника!
— Пусть будет так, дракон, но мне нужна сейчас золотая уздечка!
— Ну, конечно, если она тебе нужна… — Дракон, казалось, увиливал от ответа. — Но, Ночная Мгла, у меня наверняка найдутся другие сокровища, которые будут тебе полезней такой простой игрушки! Назови что-нибудь другое, что-нибудь более ценное!
Ведьма прищурила глаза:
— Ну кто кого водит за нос? Я решила получить уздечку, и я ее получу!
О Бене на миг забыли. Ночная Мгла выпустила его руку, и он снова оказался позади нее, а гномы все так же цеплялись за его штанины. Бен слушал, как торгуются дракон и ведьма, и вдруг заметил, что советник Тьюс вглядывается в самозванца с новым интересом. Абернети смотрел на Бена сквозь задымленные очки из-за плеча волшебника, а Сапожок пялился, закрыв часть лица складками одежды советника. Все трое, очевидно, пытались понять, как Бен может быть не тем, кем кажется. Бен стиснул зубы и энергичным движением головы стал показывать друзьям, что им надо бежать. Если бы он выкрикнул хоть слово, они все были бы зажарены!
— Я просто не понимаю, почему тебя так интересует уздечка, — задрав голову во тьму и возвышаясь над ведьмой, говорил Страбон.
— А я просто не понимаю, какое это имеет значение! — выпрямляясь и тоже слегка подтягиваясь вверх, огрызнулась ведьма. На ее мраморном лице плясал огненный зайчик. — Я не понимаю, почему ты перечишь, не желая вернуть мне мое же!
Страбон фыркнул:
— Нет надобности объяснять!
— И впрямь нет надобности! Просто отдай мне уздечку!
— Не отдам. Она слишком тебе нужна.
— А Холидей не слишком тебе нужен!
— Он мне нужен! Но почему ты не хочешь получить сундук золота или сказочный скипетр, обращающий лунные лучи в серебряные монеты? Почему бы тебе не взять самоцвет с рунами, который открывает его обладателю истину?
— Мне не нужна истина! Мне не нужны золото или скипетры, мне не нужно ничего твоего, жирная ящерица! — Теперь Ночная Мгла по-настоящему взбесилась, ее голос поднялся до визга. — Мне нужна уздечка! Отдай ее мне, или тебе не видать Холидея как своих ушей!
Она угрожающе двинулась вперед, оставив Холидея и кыш-гномов сзади, шагах в пяти. Со времени пленения у Бездонной Пропасти Бен никогда не был так близок к свободе. Голоса ведьмы и Страбона становились все резче, и Бен начал думать, что, может быть, еще не все потеряно.
Он с трудом оторвал Щелчка от правой ноги (теперь гном раскачивался, вися на руке Бена) и начал отдирать Пьянчужку от левой.
— Последний раз спрашиваю, дракон. — говорила Ночная Мгла. — Ты отдашь за Холидея уздечку или нет?
Страбон издал глубокий вздох разочарования:
— Дорогая ведьма, боюсь, что не посмею. Ночная Мгла секунду безмолвно взирала на Страбона, а затем зубы ее обнажились в оскале.
— У тебя больше нет уздечки, так? Вот почему ты не согласен на обмен! У тебя ее нет! Страбон засопел:
— Увы, ты права.
— Ты жирная туша, покрытая чешуей! — Ведьма тряслась от ярости. — Что ты с ней сделал?
— Что я сделал, тебя не касается! — с весьма оскорбленным видом огрызнулся Страбон. Он снова вздохнул. — Но если тебе так интересно, то скажу: я ее отдал.
— Ты ее отдал?! — ужаснулась ведьма. Страбон выдохнул в ночной воздух длинную тонкую струю пламени. А за ней последовал фонтан пара и пепла. Веки его дрогнули, взгляд, казалось, устремился вдаль.
— Я отдал ее сказочной девушке, которая спела мне песню о красоте, свете и обо всем, о чем так мечтает услышать дракон. Видишь ли, много столетий ни одна девица не пела для меня, и я отдал бы не только уздечку за возможность снова забыться, слушая сладкую музыку.
— Ты променял уздечку на песню?! Ночная Мгла произнесла слова так, будто их значение нуждалось в разъяснении.
— Память дороже всех материальных сокровищ. — Дракон снова вздохнул. — Драконы всегда питали слабость к прекрасным женщинам, добродетельным девицам, милым и сладкоречивым. Мы связаны крепкими узами. Должен заметить, что эти узы крепче, чем связь между драконами и волшебниками, — на миг повернув голову, обратился Страбон к советнику Тьюсу. — Эта девушка спела мне и попросила взамен уздечку из золотых нитей. И я с радостью отдал ее. — Бен поднялся, все еще держа в руках хнычущих гномов. Пламя из пасти Страбона рвалось вверх, во тьму, выбрасывая в воздух фонтан искр и камешков. Посреди этого вихря стояла невредимая Ночная Мгла, ее черное одеяние развевалось, как висящее на веревке белье, с которым играет ветер, бледное лицо вздернуто, руки жестикулировали. Из-под ногтей в удивленного Страбона выстреливали брызги огня. Дракон отлетел назад и упал в водоем кратера.
— Ваше Величество!.. — предостерегающе крикнул советник Тьюс.
Ночная Мгла повернулась, волшебник вовремя взмахнул рукой, и ведьма закружилась в налетевшем снегопаде. Ночная Мгла стала со злостью бороться со снежинками, взвизгнула и послала в ответ огненный залп. Бен снова бросился на землю, языки пламени с шипением пронеслись мимо, окутав гномов дымом. У Абернети подпалилась шерсть на хвосте, и писец с лаем исчез на холме, за Огненными Ключами.
Тут с бешеным ревом вылез из кратера Страбон. Толчками разворачивая змеиное тело, он бил о землю хвостом, зажигая все вокруг. Вопя с такой же яростью, Ночная Мгла вновь повернулась к дракону, посылая собственные огненные брызги. Бен вскочил и побежал что есть мочи. Пламя накрыло его пеленой жара и боли. Но подскочивший Тьюс отчаянно замахал руками, и, словно из пустоты, появился непробиваемый гибкий щит и замедлил поток пламени. Бен продолжал держать гномов, которые сопротивлялись и всхлипывали, и храбро сражался с бегущими за ним по пятам искрами. Крепкие руки Сапожка схватили Бена за пояс и потащили и короля, и гномов к оконечности долины. За ними, подбадривая их выкриками, следовал советник.
Несколько минут спустя друзья пришли туда, где кончались Огненные Ключи, и из пепла и дыма, шатаясь, ступили на прохладные кочки. Задыхаясь и кашляя, вся компания повалилась на траву. К ним присоединился появившийся из мрака Абернети.
Позади дракон и ведьма продолжали битву, никто не мешал им, визг и рев наполняли ночной воздух. Ни ведьма, ни дракон еще не осознали, что предмет их спора улизнул.
Бен быстро взглянул на своих спутников. Друзья моргнули из темноты. Все как будто согласились, что сейчас отдыхать ни к чему. Ведьме и дракону не потребуется много времени, чтобы сообразить, что случилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
