себе, а слова похвалы от русской позволяли забыть обо всех неудачах. Танец перестал быть мучением, перерастая в нечто большее. Отдавшись музыке, он видел лишь ее — любимую и радостную россиянку, которая продолжала подбадривать американца.
Когда музыка затихла, он остановился в центре комнаты, поблагодарил девушку за небольшой урок и поцеловал ее руку. А она, чувствуя, как щеки становятся все краснее, лишь смущенно улыбнулась, нервно поправляя прядь волос за ухо.
— Oh, cet amour.* — Привлек их внимание Франция, стоя у порога вместе с довольными Монтеками.
Сердце билось чаще с каждым движением США. Видя, как вслед за одной подушкой-валиком летит следующая, Россия ощущала приближение неизбежного. Это будет их первая ночь под одним одеялом. Чувство, словно это ее первая брачная ночь.
— Я выключаю свет, Рос. — Быстро проговорил Штаты, покрутив выключателем.
Накрывшись легким покрывалом, которое ей удалось выпросить у мадам Иветты, русская не двигалась, боялась лишний раз моргнуть или вздохнуть. Конечно, она любит его, однако страх близости с мужчиной ее еще пугал.
— Sweetheart*, что же ты свернулась калачиком? Расслабься.
Никакого ответа. Ее стены из подушек больше нет. Если американец захочет что-нибудь сотворить, то это ему удастся.
— Рос, ты боишься меня?
— Еще чего. — Наконец-то выпалила россиянка, все также оставаясь неподвижной.
— Тогда иди сюда.
— Нет.
Не понимал он ее сопротивления. Парень не собирался приставать к девушке, ему хотелось просто заснуть вместе с ней в обнимку. Он бы гладил рукой по ее русым мягким волосам, а она — тихо слушала биение его сердца.
— Россия, я обещаю, что не буду к тебе приставать. Никаких распусканий рук и приволакивания.
— Знаю я тебя. Сначала даешь слово, а потом сам же и нарушаешь свои обещания.
— Не правда.
— Сад в Голубом доме на саммите. Прогулка вокруг озера в июле. Кабинет в июне. Ужин в ресторане в конце июля. Мне продолжать?
У США челюсть отпала от феноменальной памяти России. Запомнила даже, когда это произошло.
— Рос, я, правда, обещаю.
— Нет.
— Ты мне не доверяешь?
Она ничего не ответила. Видимо его план рухнул, как карточный домик. Остается лишь повернуться на бок и попытаться уснуть.
— Ты… правда будешь держать руки при себе? — наконец высунула русская из своего укрытия голову.
— Правда. Черт возьми, Россия! Мне на колено встать, чтобы ты мне поверила?
— Не надо. — Буркнула та, подвинувшись к Штатам.
Как же он был счастлив. Все как в мечтах. Россиянка лежит в его объятьях, а американец слышит каждый ее вздох. Единственное, что он не предусмотрел так это внезапное желание ее поцеловать. А девушка как раз заснула, уткнувшись носом ему в грудь.
Парень боялся сделать лишнее движение, чтобы не потревожить ее. Все же он впервые видит такое умиротворение на лице России. Вновь волна страсти накрыла его с головой.
Видимо этой ночью США не сможет уснуть.
Комментарии к части:
«Оui*» — Да.
«Rереtеz, s’il vоus рlаit»* — Повторите пожалуйста.
— Vorrei portarti qui, mia cara.* — Я хотел бы взять тебя прямо здесь, моя дорогая.
mia cara* — моя дорогая
— Orsacchiotto, voglio baciarti.* — Медвежонок, мне хочется тебя поцеловать.
— Scusa, Russia, ma non sono abituato a trattenermi.* — Прости, Россия, но я не приучен сдерживаться.
Комментарий к Глава 6. Часть 12. Отпуск у Монтеков.
— Honey, I love you.* — Милая, я люблю тебя.
— Monsieur USA! Madame La Russie! Bienvenue.* — Мсье США! Мадам Россия! Добро пожаловать.
— Passez vite! Louis, amène la voiture dans le garage!* — Проходите скорее! Луи, загони машину в гараж!
— Ma chère. L'odeur est incroyable.* — Моя дорогая. Запах изумительный.
— Nos invités sont arrivés.* — Прибыли наши гости.
— Ravi de vous voir, Madame.* — Рад вас видеть, мадам.
— It's just a joke.* — Это просто шутка.
Кассуле* — похлёбка с мясом и фасолью, по консистенции похожая на густое рагу.
— Sei bellissima, mia cara.* — Ты прекрасна, моя дорогая.
— Bonne soirée, madame. Le beau temps n'est-il pas vrai?* — Доброго вечера, мадам. Чудесная погода не правда ли?
— Elle doit être étrangère.* — Видимо, она иностранка.
— C'est la chance.* — Вот повезло.
— Vous êtes d'où? Votre visage me semble familier.* — Вы откуда? Мне кажется ваше лицо знакомым.
— What the fuck is this semblance of a man sitting in my place!* — Какого хрена это подобие мужчины сидит на моем месте!
— France! Désolé de ne pas t'avoir rencontré.* — Франция! Прости, что не смог встретить тебя старый приятель.
— She's still thinking! Well, Russia! You're not getting off that easy.* — Она еще думает! Ну, Россия! Ты так легко не отделаешься.
Песня: Emmanuel Moire — Je Fais De Toi Mon Essentiel
— Oh, cet amour.* — Ох, уж эта любовь.
— Sweetheart* — Любимая
Спасибо, что прочитали. 4 часть. Почти конец. Осталось немного.
Ждем продолжения….
Глава 6. Часть 13. Ссора
Осень — прекрасная, переменчивая и очень яркая пора. Дни становятся короче, солнце перестает согревать своими лучами также сильно, как летом. Улицы наполнены ароматом сухой травы, опавшей листвы и свежестью, после поморосившего дождя. Трава и листья на деревьях начинают окрашиваться в самые невообразимые сочетания желтого, красного, золотого и багряного. Только в большом городе ты не замечаешь волшебного преображения природы. Тебя уносит потоком серой массы, передающим волнение, заботы и занятость.
Надев на руки белые перчатки, Россия вышла из ближайшего гипермаркета с двумя большими пакетами, заполненными едой. Она привыкла сама выбирать продукты к ужину.
Машина с водителем ждала ее на парковке возле магазина, а телохранитель не отходил от нее ни на шаг, также держа в руках несколько коробок и пакетов. Русская не хотела этого, США настоял. Когда она рассказала ему, что хочет съездить в гипермаркет, он мгновенно подозвал к себе мужчину и, протянув золотую карту, приказал поводить ее по бутикам. Россиянка спорила с ним, объясняла, что у нее и так достаточно одежды и обуви, но тот уперся рогами в стену, не желая выслушивать ее протесты. В итоге они смогли сторговаться на одно платье на Рождество и пару туфель. Кроме того, у девушки получилось настоять на парочке новых рубашек и галстуков для Штатов. Он, конечно, недовольно пробурчал, но все же ему было радостно, что она заботится и всегда думает о нем.
Телохранитель оказался абсолютно неразговорчивым, скучным и чересчур правильным. Для него обратиться к России на “ты” приравнивалось к преступлению, а просто поговорить — неуважение к вышестоящей персоне. Так русская и провела
