сам все видел. Да, Поттер, я
знаю, что ты делал с бедняжкой, пока она плакала и кричала от боли.
— Сеймур сама виновата в этом. Не надо провоцировать меня! Миллион раз говорил ей, что терпеть не могу бабские слезы и протесты! И у нее нет права с кем-то ЗАГОВАРИВАТЬ!
— А кто ты такой, чтобы так с ней обращаться? Анна — тебе никто! Ты кем себя, черт возьми, возомнил?
— Анна принадлежит мне с рождения! И Я УБЬЮ ЛЮБУЮ ТВАРИ, КОТОРАЯ ПОСМЕЕТ УКРАСТЬ ЕЕ У МЕНЯ!
— Она НИКОГДА не была твоей!
— Не тебе это решать! И не твоим дружкам!
— Посмотри, до чего ты довел мою подругу! — Питер бросает короткий взгляд на Анну, которая сидит на пеньке с окровавленным лицом, слегка морщась от боли во всем теле. — Посмотри! И это мы знаем лишь про пару таких случаев. А сколько раз ты дубасил ее ранее?
— Не моя вина, что Сеймур такая тупая и не понимает простых вещей. Раз так, значит, я буду жестко дубасить ее до тех пор, пока она не научится вести себя так, как ЛЮБАЯ ПОРЯДОЧНАЯ баба.
— Если тебя когда-то обидела одна девушка, это не повод отыгрываться на всех!
— Не надо меня учить, белобрысый. Я — взрослый мужик, который САМ разберется, как ему обращаться с бабами.
— Жаль, что с возрастом мозгов не стало больше.
— Хлебальник завали, козел! Вот сидел все это время в своей норе и не высовывался бы!
— Я очень жалею, что не набил тебе морду в тот день, — более низким, грубым голосом заявляет Питер. — И стыдно. Стыдно, что я позволил какой-то твари так издеваться над бедной девушкой.
— И правильно сделал, — уверенно отвечает Джулиан. — А иначе я бы закопал тебя в земле. Даже если бы ты и сумел сбежать с девчонкой, я бы все равно нашел тебя и грохнул.
— Зато сейчас я с удовольствием помогу друзьям разукрасить твою физиономию и защитить бедную Анну.
— Да что ты!
Джулиан пережидает пару секунд до того, как он пытается наброситься на Питера с ножом. Но блондин мгновенно перехватывает руку с оружием и несколько секунд удерживает ее, пока взволнованный Сэмми громко лает, держась как можно ближе к возлюбленному своей хозяйки.
— Не на кого напал, козел, — сквозь зубы цедит Питер. — Я не такой слабый и беззащитный, как ты думаешь.
Питер резко отталкивает Джулиана от себя, кулаком наносит ему удар в челюсть, несколько секунд борется с ним в рукопашную, а затем ногой бьет его в низ живота и ею же выбивает нож из руки противника.
— Что, тварь, мало? — с гордо поднятой головой холодно спрашивает Питер, с презрением смотря на Джулиана и крепко сжимая руки в кулаки. — Могу с радостью продолжить.
Пока Сэмми продолжает лаять и рычать на него, Джулиан кое-как встает на ноги, несмотря на боль внизу живота, и переводит свой холодный, ненавистный взгляд на Питера.
— Неплохая попытка, белобрысый, — сухо произносит Джулиан. — Я впечатлен… Впечатлен тем, что иногда ботаники умеют показывать зубки и махать кулаками.
— Зато ты меня не впечатлил. Я даже не поцарапался.
— Обалдеешь, когда окажешься в могиле.
Как только Джулиан надвигается на Питера, чтобы снова напасть на него, как Сэмми закрывает блондина собой и начинает громко лаять и с озлобленным рыком обнажать свои зубы, давая понять, что не даст своего второго хозяина в обиду.
— С ДОРОГИ, ВОНЮЧАЯ ПСИНА! — рявкает Джулиан. — И ХВАТИТ ЛАЯТЬ!
Но Сэмми еще более ожесточенно начинает рычать на Джулиана, не думая сдвигаться даже на миллиметр.
— Ребята, прошу вас, уходите, — со слезами на глазах отчаянно умоляет Анна. — Я не хочу, чтобы вы пострадали.
— Все будет хорошо, Анна, — уверенно отвечает Эдвард. — Мы не бросим тебя здесь.
— Я не хочу вашей гибели…
— НУ-КА ПОМАЛКИВАЙ ТАМ! — во весь голос рявкает Джулиан. — БАБА НЕ ИМЕЕТ ПРАВО ВМЕШИВАТЬСЯ В МУЖСКИЕ ДЕЛА! РОТ ЗАКРОЙ, ПОКА Я НЕ ЗАШИЛ ЕГО!
— Сам закрыл свою пасть! — громко, раздраженно требует Даниэль.
Пока Даниэль уверенно подходит к сидящей на пеньке Анне, Джулиан успевает подобрать свой нож, который он направляет на Перкинса.
— ОТОШЕЛ ОТ НЕЕ, КОЗЕЛ! — требует Джулиан. — ОТОШЕЛ, Я СКАЗАЛ!
— Она уйдет только со МНОЙ и моими ДРУЗЬЯМИ! — уверенно заявляет Даниэль.
— У тебя нет никаких прав на эту девчонку, нищеброд! Она только моя! И если бы ты, тварь, не встал у меня на пути, то я бы получил над ней полную власть. Независимо от того, за кого она вышла бы!
— Но к счастью, она вовремя унесла ноги, — сухо бросает Терренс. — Став членом твоей семьи, ты и твой папаша превратили бы ее жизнь в сущий ад. И не факт, что твой брат смог бы защитить ее!
— Это ты верно подметил, — ехидно ухмыляется Джулиан. — Райан — жалкое ничтожество. Маменькин сыночек, который никогда не станет настоящим мужиком.
— Этому парню повезло, что у него была мать, которая сумела научить его правильным вещам. И что он захотел их понять.
— Этот сопляк — подобие девочки, который до сих пор плачет горькими слезами из-за своей любимой мамочки. Прошло уже черт знает сколько времени с момента ее смерти, а Райан все еще вспоминает о ней.
— Зато если с твоим папашей что-то случится, то он точно не будет страдать и носить траур, — уверенно отвечает Питер. — Не будет вспоминать козла, который сделал из своего старшего сыночка очередного козла, не знающий, что такое уважение к девушкам.
— Не смейте оскорблять моего отца! В отличие от всех вас, он — очень уважаемый человек с кучей связей и прекрасным источником доходов.
— Да, а среди кого он уважаемый? — сухо спрашивает Эдвард, скрестив руки на груди. — Среди всех ваших друзей, которые либо поддерживают все ваши гадости, либо ничего не знают о том, как вы оба издевайтесь над слабой девушкой? Или ты просто пускаешь нам пыль в глаза? Надеясь, что нас испугает вид мешка с пачками долларов!
— Слышь, сопляк недоразвитый… — Джулиан презренно усмехается и осматривает Эдварда с головы до ног. — А ты чем-то похож на моего братца. Такой же бесполезный и безмозглый дебил, который был рожден для того, чтобы всем мешать.
— Ты называешь меня сопляком лишь потому, что я в свои двадцать шесть выгляжу намного моложе?
— Тебе двадцать шесть? — Джулиан громко смеется с широко раскрытым ртом. — Не смеши меня, малыш. Тебе еще и восемнадцати нет!
— Ну извини, я документы с собой не таскаю. Хотя если бы знал, что встречу тебя, то обязательно взял бы свои водительские права и сунул их тебе в рожу.
