Политика немцев в прибалтийских странах, как, впрочем, и вообще на Востоке, была до непонятного близорукой. Трём прибалтийским народам, которые летом 1941 года встретили немецкие войска как освободителей и были готовы участвовать в борьбе против Советского Союза, они даже не разрешили создать органы самоуправления. Впрочем, и в других отношениях обращение с эстонцами, литовцами и латышами могло быть во многом иным. Финляндия неоднократно выступала с предложениями об улучшении ситуации, к которым подключался и я. Наша точка зрения встречала понимание в кругах военного руководства Германии, но, поскольку определяющей являлась позиция национал-социалистической партии, эти обращения не привели к каким-либо результатам. Из-за близорукой немецкой политики в странах Прибалтики армия Германии потеряла поддержку, которая могла бы иметь огромное значение.
Как уже раньше было сказано, русские начали наступление в Восточной Карелии одновременно с наступательными действиями на Карельском перешейке против линии Выборг-Купарсаари-Тайпале. Ещё до этого остатки войск в полосах Свири и Маселькя получили распоряжение отступить на границу, ибо отразить наступление представлялось невозможным.
18 июня обширный плацдарм на южном берегу Свири был оставлен нашими войсками. Русские не пытались существенно помешать отходу финских сил. Когда русские спустя три дня форсировали Свирь в западной части Олонецкого перешейка, наши войска, находившиеся там, перешли к сдерживающим действиям, так же как и на участке Маселькя, где наступление было начато 20 июня.
В Восточной Карелии было построено несколько оборонительных рубежей, располагавшихся по глубине, которые сейчас очень понадобились. На направлениях реки Свирь и Маселькя в нашем распоряжении были силы, несколько превышающие четыре дивизии и две бригады, на которые вели наступление одиннадцать дивизий и шесть бригад, усиленные мощными авиационными, бронетанковыми и артиллерийскими частями. Главный удар в наступлении наносился на прибрежный участок Ладожского озера, где велись жестокие бои на отражение атак десанта, высаженного на участке между Туулос и Виителе. Поддержанные мощной авиацией, танками-амфибиями и канонерскими лодками, две бригады перерезали шоссе, идущее вдоль берега Ладоги, а также железную дорогу, ведущую в Олонец, После неудачных попыток уничтожения плацдарма противника нашим войскам удалось вырваться частично прямо через глухие места, и частично по недавно начатой строительством дороге.
На других направлениях также возникали критические ситуации, из которых всё же наши войска выходили с честью. Противник научился выгодно использовать лесную местность. Это стало ясно в процессе сдерживающих боев на промежуточных позициях. Мы стремились отвести войска в боевой готовности на линию Ууксу, проходящую от Питкяранта до озера Лаймоланярви, где, также как и на линии Выборг-Купарсаари-Тайпале, у нас была на счету каждая дивизия.
Манёвр удался и здесь. После непрерывных двадцатидневных боев основные силы олонецкой группы 10 июля вышли на линию Ууксу, где они были вынуждены ещё неделю напрягать усилия, отражая бешеные атаки противника. Кульминации наступления не состоялось, поскольку русские сняли с этого фронта свои отборные войска и значительную часть артиллерии и перебросили их в прибалтийские страны, остатки же направили на Иломантси и в леса между Лаймола и Толвоярви.
В этих глухих местах наши войска продолжали упорно и непоколебимо вести борьбу, и там, под знаком обороны, прошли последние сражения войны. Когда сюда в конце июля подошло подкрепление с Карельского перешейка, боевая часть под руководством генерал-майора Рааппана даже перешла в наступление на участке восточнее Иломантси, где перерезала коммуникации двух русских дивизий и отразила все атаки войск, шедших им на помощь. Однако сил, чтобы воспрепятствовать русским дивизиям, нёсшим огромные потери в личном составе, выйти из окружения, было недостаточно. Уйдя к своим, эти части оставили на поле боя большую часть оборудования. Победа под Иломантси повлияла на нашу утомлённую армию столь вдохновенно, что её следует считать необыкновенно большой.
После двухмесячных боев, требовавших большого нервного напряжения, продвижение противника было окончательно остановлено.
Представляет интерес предпринять попытку проанализировать цели и методы их достижения в генеральном наступлении русских на Финляндию, а также проследить, как это сочеталось с ходом событий на больших фронтах.
В ноябре 1943 года союзники в Тегеране договорились о высадке войск в июне 1944 года во Франции и о начале одновременного наступления на Германию на всех фронтах. Пройдя в течение января — февраля 1944 года через Украину и выйдя в районе Луцка в Польшу, а также на границу с Эстонией, затем в марте — на румынскую и венгерскую границы, русские обеспечили себе выгодные исходные позиции для генерального наступления. Притягательный рубеж виделся и на северном участке фронта — быстрое продвижение в направлении Риги и Кенигсберга лишило бы группу немецких армий, находящуюся в странах Прибалтики, коммуникаций и значительно приблизило бы русские армии к столице Германии, овладеть которой раньше западных союзников было для русских очень важно.
Рассматривая события на этом фоне с военной точки зрения, мягко говоря, удивляешься тому, что русские вообще пошли в наступление на Финляндию. С одной стороны, масштабная попытка, предпринятая ими на этом второстепенном фронте, ослабила наступательную мощь в странах Прибалтики, а с другой — финская проблема, вне всяких сомнений, и так была бы решена после разгрома германских вооружённых сил, ибо Финляндия осталась бы в одиночестве сражаться против мощной Красной Армии. Чем больше ослабевала сила Германии в зоне Балтийского моря, тем больше было у правительства Финляндии возможностей вывести страну из войны. Таким образом, с полной уверенностью можно сказать, что Финляндия одобрила бы умеренные условия мира и в том случае, если бы на неё не наступали, и нас нельзя бы было рассматривать как немую угрозу Советскому Союзу на заключительной стадии войны. Если мы воздержались от наступления на Ленинград, когда немецкие войска были на его окраинах, а затем, в дни самого большого могущества Германии, упорно сопротивлялись всем их попыткам вовлечь финнов в эту операцию, то никому, видимо, и в голову не может прийти, что мы пошли бы в наступление на Ленинград после того, как немецкие войска были отброшены от него на 150 километров в западном направлении. Для решающих операций против немцев русским не нужна была территория Финляндии, в том числе и те районы, которые мы оккупировали. Чем же объяснить наступление русских на Финляндию?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
