Читаем без скачивания Третий Проект. Том I "Погружение" - Максим Калашников

И так далее, и тому подобное. Так что чья бы там корова мычала… Все, в чем обвиняют русских, было и есть на Западе.

Тут мы замечаем еще одну психоисторическую закономерность. Европейские (и американские) обличители Русской цивилизации как бы переваливают на русских злодеяния и мерзости своей цивилизации и собственной истории. Запад может совершать какие угодно злодеяния, но обличают в них исключительно русских.

Мы оказались удобными «козлами отпущения». Всезападным пугалом. Фигурой для всеобщих «пятиминуток ненависти». Громоотводом социальной неудовлетворенности на Западе. Неким объектом для «переключения внимания» западного общественного сознания на нас. То есть, западная элита может творить самые гнусные зверства, пока ее народы с ужасом глядели и глядят на русских. Западной элите нужно русское Зазеркалье. Причем нужда эта идет из подсознания. Это – часть коллективного бессознательного.

Сам же отталкивающий образ Русской цивилизации из виртуального пространства прямо влияет на политические и экономические взаимоотношения Запада и России.

В свое время много говорили, как Сталин намеренно раздувал кампанию об ужасах немецкой оккупации и лагерей смерти, стремясь заглушить этим поток информации правду о собственном ГУЛАГе и репрессиях. Если стать на эту точку зрения, то придется признать, что у Иосифа Виссарионовича были давние предшественники.

Русофобия – это сложный, системный феномен Западной цивилизации и вековая психическая мания, с трудом поддающаяся лечению. Из-за застарелой русофобии возможная смерть Русской цивилизации в этом веке будет встречена западниками с радостью и рукоплесканиями. Многие из них воспримут сей факт как сбывшуюся мечту многих поколений предков!

Почему Запад с такой ненавистью относится именно к Русской цивилизации? Потому что мы – другие, на него разительно не похожие. «Да?» – спросит нас въедливый читатель. – «Но ведь и китайцы, и японцы от Запада тоже принципиально отличаются. Почему же такая ненависть досталась исключительно нам?»

На этот вопрос пытался ответить, например, выдающийся русский философ-белоэмигрант Иван Ильин.

«И. Ильин, например, выдвигает три основные причины этого. Первая связана с языковыми трудностями. Русский язык не принадлежит к романо-германской группе и к тому же вытеснен из основной части Европы, не распространен в ней: «русский язык стал чужд и "труден" западным европейцам. А без языка народ народу нем ("немец")». Вторая причина состоит в том, что Западу чужда русская (православная) религиозность. Европой искони владел Рим, – сначала языческий, потом католический, "воспринявший основные традиции первого". В русской же истории была воспринята не римская, а греческая традиция. Римская и греческая традиции и соответственно западная и русская во многом противоположны друг другу. Третья причина связана с особенностями мировосприятия и психологической структуры: "Западноевропейское человечество движется волею и рассудком. Русский человек живет прежде всего сердцем и воображением и лишь потом волею и умом". Наконец, обобщает аргументы Ильина мысль о том, что западной культуре не свойствен дар вчувствования и перевоплощения, без которого постижение иной культуры невозможно. Европейцы «понимают только то, что на них похоже, но и то искажая все на свой лад. Для них русское инородно, беспокойно, чуждо, странно, непривлекательно… Они горделиво смотрят на нас сверху вниз и считают нашу культуру или ничтожною, или каким-то большим и загадочным "недоразумением"…», – пишет профессор В.Шаповалов в статье «Восприятие России на Западе: мифы и реальность».

Верно. Но дополним выводы Ильина. Мы отличаемся от Запада совсем не так, как отличаются китайцы, японцы, индусы, евреи или мусульмане. Они-то чужды Западу и по генетике, и по языкам своим. В вот мы с обитателями Запада – довольно близкие родственники. И по крови, и по языку.

Русские (великороссы, белорусы и украинцы-малороссы) – это ветвь арийских или, как нынче говорят, индоевропейских народов. Арийцы-индоевропейцы – это и германские народы со скандинавами (включая сюда и англосаксов), и кельты (нынешние ирландцы, бретонцы и валлийцы), и древние греки-эллины, и латиняне-римляне, давшие жизнь целой гамме романских (римских) народов – итальянцев, французов, испанцев, румын, молдаван, ладинов и романшей. К индоевропейцам «по крови» относятся летто-литовцы и все три ветви славян (восточные, южные и западные). В общем, почти вся Европа населена арийскими по корню народами – исключение составляют лишь «остров» древних иберов (баски – этнические родственники грузин), албанцы (эпиро-иллирийский народ), а также угро-финские народы – венгры, финны и эстонцы.

Соответственно, и русский язык (как и все славянские) относится к индоевропейским-арийским. Ближе всего к славянским языкам стоят литовский и латышский. Более далекие наши лингвистические родственники в Европе – языки германо-скандинавские и романские. По языку мы и крови мы приходимся родственниками и нынешним жителей Северной Америки. Ведь ядро американцев составляют люди германского (англичане и немцы) и кельтского (ирландцы) происхождения.

Вот вам первое основание для жгучего неприятия русских Западом. Мы не отличаемся от его людей цветом кожи, мастью волос и разрезом глаз, как отличаются от европейцев китайцы, японцы, тюрки, арабы или евреи. Но при этом наша культура, язык, общественные отношения, политика и экономика Западу решительно непостижимы. Это что за белые такие непонятные? Непорядок! А разве можно ненавидеть кого-то больше, чем близкого родственника? Этот психофеномен хорошо известен и в повседневной жизни.

Действительно, язык наш почитается как «живой древний язык». По богатству, гибкости и разнообразию форм нынешний великорусский язык сродни очень сложным древним: античному греческому и латыни. По сравнению с нашим западные языки намного более просты и функциональны. В господствующем сегодня английском (американо-английском) по сравнению с нашим – ограниченный и компактный словарный запас, всего два падежа, нет склонений и т.д. Их язык намного более структурирован, формализован и конкретен по сравнению с нашим. А отсюда – и явное непонимание русских европейцами и американцами. Мы их можем понять, а они нас – нет. Они эмоционально беднее нас.

Но мы продолжим список разительных отличий Русской цивилизации от Запада. Дальше они переходят на культурно-историческое поле, в плоскость национальной психологии и объективных условий жизни.

Русские, в отличие от европейцев, поселились на землях, почитавшихся в древнем мире самыми девственными и холодными местами. Для древних грека и римлянина даже наша самая культурная Европейская часть страны – это край света, страна вечной ночи и льда.

Сказано емко и очень точно! Нас как нацию сформировала география. Русский национальный характер – плод очень суровой природы. Отсюда вытекли два фактора отличия русских от их западных родственников. Во-первых, весь строй экономической жизни на Русской равнине с ее длинными студеными зимами и коротким летом отличался и отличается от жизни в климатически мягкой Европе. Там, где в Европе существовала и существует сеть удобных путей сообщения, у нас – огромные, труднопроходимые пространства с низкой транспортной связностью. А отсюда вытекает разница в политике, обычаях, общественных порядках. Неласковая природа оставляла нам намного меньше ресурсов для развития и содержания людей умственных занятий – юристов, священников, ученых-книжников, художников и т.д.

Во-вторых, русские развивались в отрыве от наследия древнеримской цивилизации. А Европа, наоборот, выросла на обломках Римской империи, вобрав в себя ее политические, государственные, гражданские, юридические, культурные и даже религиозные традиции. Ее народы в значительной части – это потомки жителей Рима, латинян и романизированных варваров. Даже западные славяне (чехи, словаки, поляки) и финно-угры, поселившись в Европе, пропитались этим римским началом. (Венгры населяют бывшую древнеримскую провинцию Паннония). В нынешнем американском и европейском праве полным-полно еще римских понятий – «сервитут», «иммунитет» и т.д. У нас же исконно их нет. Поэтому вся русская «надстройка» разительно отлична от западной. У нас – действительно иная политика, иное государство и право, иные отношения между членами общества. Немудрено посему, что европейцы и американцы, обладая культурной общностью, на нас смотрят как на сущих чужаков.

Наши конкретно-исторические условия развития тоже диаметрально противоположны. Почему Европа кичится своими демократическими ценностями, уважением к правам личности, парламентаризмом, принципом разделения властей и т.п.? Да потому, что Запад развивался в тепличных (по сравнению с нашими) условиях. Демократическо-либеральные традиции и права личности могли возникнуть только в обстановке крайне государственной раздробленности средневековой Европы. Вспомним лоскутную мешанину герцогств, графств, вольных городов, где везде были свои договоры, законы, юридические споры. Вспомним вольность феодалов: «Я – вассал сюзерена, которому принес присягу в верности, но могу уйти от него к другому сюзерену». Вся история старого Запада – это борьба разных общественных групп за свои права, это – внутренние конфликты и переговоры, это – города с традициями самоуправления и местного права, автономные университеты. Система нынешней западной демократии складывалась долго и мучительно, пройдя через столетия междоусобиц, раздробленности, шатаний из стороны в сторону.