банке. Правда, с каждым днем, я все больше убеждался в том, что работу надо менять. Не однажды видел объявления с большим заработком, и меньшими трудозатратами. И держался здесь только потому, что была возможность общения. На курсах французского языка, мне дали самые основы, и научили основным выражениям. То есть я мог зайти в тот же магазин, объяснить, что мне нужно и выслушать, и понять, что мне говорят, ну и оплатить покупку или сделать заказ. Фактический запас слов и выражений был много меньше пятисот. Создавать с таким словарным запасом, что-то свое, значило бы гарантировано влезать в убытки.
В один из дней, ближе к году, моего здесь пребывания, очень захотелось позвонить в Ташкент. Честно говоря, этот звонок планировался мною, еще перед отъездом в круиз. И сейчас, когда у меня все получилось, я скорее выжидал время, когда там в союзе все немного успокоятся, чтобы на меня было как можно меньше нападок, за сделанное мной. Что мне понравилось здесь, так это то, что никому не было интересно, зачем и куда я собираюсь совершить свой звонок. На вопрос могу ли я позвонить в Союз, мне ответили.
— Да хоть в Антарктиду.
Честно говоря, я воспринял это скорее, как шутку. Но оказалось, что это была самая настоящая правда. Как оказалось, в Антарктиде имеется научная станция Мак-Мердо принадлежащая США и Новой Зеландии. Там постоянно живет более тысячи трехсот человек, и с ними имеется телефонная связь, осуществляемая через спутник. То есть я могу позвонить туда с любого телефона, только набрав код и номер диспетчера, который соединит меня уже с нужным мне абонентом, или же просто поговорит о погоде в Антарктиде. У диспетчера в Антарктиде имелась и такая функция. Правда стоимость подобной услуги, мягко сказать, несколько кусается, но в общем-то желающие связаться с шестым материком находятся.
А с союзом, много проще, по моей просьбе мне тут же нашли код города, с которым я захотел поговорить, и рассказали, как совершить звонок. Причем позвонить можно было и из дома, и кстати так было даже дешевле. Поэтому записав все, что необходимо, отправился домой, заварил себе кофе и устроившись по удобнее набрал номер.
— Алло? — Услышал я в трубке.
— Валентин Хикматович?
— Да это я, а вы, что хотели.
— Это Саша. Бывший муж вашей дочери. Звоню вам из Франции.
— Ах ты скотина! — Тут же вызверился тесть. — И после всего, что ты совершил, у тебя еще хватает совести звонить мне?
— Вообще-то я звоню, для того, чтобы отдать вам долги. Хотя если это вас не интересует…
— Какие еще долги?
— Например, уезжая из Ташкента, я оставил там свою сберегательную книжку. Здесь во Франции она мне не нужна, а вот вам деньги бы пригодились. Все же именно вы, сделали для меня много хорошего, а долг, как говорится — платежом красен. Да и там осталось порядка восьми тысяч рублей. Согласитесь очень хорошие деньги, жаль если пропадут.
— Ты издеваешься? Как по твоему я смогу их получить?
— Ну почему. В моей бывшей квартире, на полочке в подарочном томике Марка Твена, лежат оставленные мною доверенности, на ваше имя. Одна на получение денег в кассе, вторая Генеральная доверенность на распоряжение купленным гаражом и кооперативной квартирой. Обе доверенности оформлены, как положено, и заверены у нотариуса. Такой ответ вас устроит?
— Что толку, несколько расстроенно произнес тесть. Все принадлежащие тебе документы, изъяли сразу же, как стало известно о твоем побеге. Хотя о сберкнижке, по моему не упоминали. — Несколько задумчиво произнес собеседник. — Скажи, что тебе здесь не хватало? Квартира, работа хорошая, жена красавица. Ладно пусть не способная родить, но ведь можно было найти выход из положения. Да и наука не стоит на месте, я читал, что за границей, уже делают искусственное оплодотворение, значит скоро и у нас это стало бы возможным.
— Может быть и стало бы, однако жить в одном доме с гулящей женой, как–то не комильфо, не находите?
— С чего ты это взял?
— Вы же помните день рождения вашей дочери. Вот как раз перед нашим отъездом, я решил ее поздравить с днем рождения. Купил букетик роз, и решил сделать сюрприз. Тихонько вошел в квартиру, и в тот же момент услышал происходящий на кухне разговор. Там Ирочка беседовала со своей подругой Шариповой Зухрой. Она настраивала Ирину на то, что в ее бесплодии могу оказаться виновным именно я, и предлагала попробовать переспать с Тахиром Усмановым, от которого якобы уже кто-то из общих знакомых уже заработал двойню. В ответ на это ваша дочь призналась, что уже дважды у нее был опыт подобного общения с Тахиром, правда она предохранялась от нежелательного залета. Зухра предложила оставить в сторону сантименты и попытаться нормально переспать и забеременеть от него, сказав: «Эта Верка блондинка, а ты-то настоящая узбечка, даже если дети и будут темненькими, то легко сказать, что они в тебя, да и твой козел тоже далеко не блондин». А после призналась, что и сама далеко не девочка, хотя официально все иначе, добавив, что приходится скрывать это из-за местных обычаев. Так что это не мои выдумки, а самая настоящая правда. Кстати вы можете использовать это сообщив родителям Зухры, хорошую новость об их дочери.
— Ах, ты-ж сучка, а ведь это она, еще в школе подбила Ирину на тот роковой шаг. Похоже все никак не успокоится, собака. — Воскликнул тесть. — Увы, ничего не получится. Даже если все так и есть ее родители, занимают такое положение, что могут просто стереть меня с лица земли! А что будет если это не подтвердится? Да даже если это и так, я бы не стал рисковать. Но честно говоря, ты меня «обрадовал». Скажу больше, я тоже ее в этом подозревал. Но даже если оставить в стороне все это, мог бы поговорить со мной, я бы смог поставить дочь на место. Неужели там где ты сейчас лучше, чем в Ташкенте?
— Как вам сказать….
В этот момент звонок оборвался, и я не успел ничего больше сказать. Впрочем, и того что сказал, было достаточно много. Честно говоря, сейчас, после этого разговора, я почувствовал некоторое облегчение на душе. Ведь фактически, эта свадьба была организована, чтобы скрыть Ирочкин позор. И сейчас рассказав о ее поведении отцу, я испытал некое удовлетворение от всего этого. А еще, уже
