приходится Таллу – позади слышались тихие взрывы, напарник вовсю разбрасывается бомбами. Утешал себя мыслью, что он-то уж точно Отблеск и обязательно воскреснет, если не сможет уйти живым.
Однако все равно неприятные мысли так и лезут в голову. Мерзко это – бросить человека, спастись ценой его жизни. Пусть даже у напарника есть возможность возродиться, умирать больно.
Когда мы преодолели половину пути, я обратил внимание, что стрелять перестали. Похоже, темнота окончательно скрыла наши фигуры от глаз стражников. Ну или те сейчас целиком и полностью заняты Таллом…
– Стой, – скрывшись за стволом первого же дерева, попросил Крейн.
– Нам нельзя тратить время впустую, – ответил я, но остановился, желая послушать, что хочет сказать наследник.
– Поэтому и стой, – холодно повторил он. – Пока не выветрилось это треклятое зелье, я даже броню одеть не могу!
Ну да, логично – статы-то упали, и по минимальным требованиям к своим собственным предметам не подходишь.
– А ты, – продолжил дворянин, – недостаточно силен, чтобы сопровождать меня в лесу. Кроме того, из Трикуни скоро конные выедут. Не думаешь же ты, что Талл сможет перебить их всех, – он выдохнул и, мотнув головой, проговорил спокойным голосом: – Извини, ты многое для меня сделал, и я никогда этого не забуду. Вот, в знак благодарности прими этот дар.
В руке сэра появился увесистый мешок. Как только я спрятал его в инвентарь, мой золотой запас увеличился на пятьсот монет. У меня чуть глаза не выпали. Вот она – настоящая дворянская щедрость. Еще из уроков истории помню, что в нашем реальном средневековье представители этого сословия настолько любили пустить пыль в глаза, что порой залезали в поистине неподъемные долги лишь бы держать марку перед товарищами.
А еще удивительно, сколько у него добра поместилось в невидимом кармане. Талл говорил, что в камере нельзя использовать инвентарь, так что уже попавшийся преступник (ну или пленник) ничего достать не сможет. Как и поймавшие его люди не смогут вытряхнуть из пленника все до копейки.
– Благодарю, – кивнул я.
– И вот еще на память, – Крейн материализовал тоненькое колечко, сплетенное из двух белых проволок. Приняв дар, я взглянул на характеристики и остолбенел в прямом смысле слова.
Крохотное кольцо Вседозволенности.
Героическое.
Телосложение: +10.
Выносливость: +10.
Сила: +10.
Ловкость: +10.
Интеллект: +10.
Требование для полноценного использования: Уровень 10.
Внимание: если вы используете другое кольцо Вседозволенности, характеристики увеличиваются только за счет слабейшего из колец.
– Благодарю… – повторил я, тут же надев этот роскошный подарок на указательный палец.
– Не стоит. Это я тебе благодарен. И благодарность моя не знает границ. Если будешь недалеко от Нельбурга, обязательно загляни. Я встречу, как самого дорого гостя. Если попадешь в беду, не стесняйся просить помощи, коли смогу помочь – помогу. А теперь нам пришла пора прощаться. Меня ждут в условленном месте, и добраться туда я смогу только один, – произнес он, надевая полученное от Талла кольцо.
А затем просто исчез. Растаял в воздухе. Я слышал стремительно удаляющиеся от меня шаги и думал о том, как жаль, что нельзя прочитать характеристики предмета другого человека. Что это за артефакт? У наследника в загашнике сотни золотых и свои шикарные кольца, а он не смог скрыть удивления, когда Талл достал перстень.
Мотнув головой, сосредоточил взгляд на висящих перед носом строчках:
Задание «Спасти наследника Нельбурга» выполнено.
Получен опыт 9414.
Уровень повышен. Текущий уровень 16.
Смахнул системное сообщение, достал из инвентаря карту и, прикинув направление, зашагал на запад. Нельзя просто стоять на месте и ждать, когда из Трикуни нам вдогонку поскачет конный отряд. Нужно убраться как можно дальше, не забывая, что и в самом лесу скрыто очень много опасностей.
И все-таки, можно ли считать, что меня в очередной раз бросили на произвол судьбы? Пожалуй, нет. Мне щедро заплатили за помощь и не обязаны дальше со мной возиться. А значит, пора возвращаться к своим делам. Пусть теперь золота у меня достаточно, чтобы купить полноценного булькорга, в город мне путь заказан. Можно, конечно, подождать караванщика неподалеку. Завтра он все равно покинет Трикуни, но уж слишком это рискованно.
А еще есть вариант направиться в Экхайм – самый крупный город в округе. Именно туда, насколько я понял, спешила Уна. Не то чтобы я боялся встречи с этой дамочкой, но кто знает, что ей взбредет в голову? Вдруг случайно столкнемся на улице, и она заорет во всю глотку, что я колдун, и на меня не действует исцеление. Проверить ее утверждение недолго. А что потом? Меня убьют? Или просто бросят в тюрьму?
Все это, конечно, маловероятно, однако соваться в большой город с моим текущим уровнем, думаю, не стоит. Как я уже успел заметить, стражники и солдаты примерно пятидесятого уровня. Те, кто над ними, скорей всего, еще сильнее. Станут ли такие люди на равных разговаривать с мрачным голодранцем шестнадцатого уровня? Уж точно нет. Можно, конечно, припомнить мэру, что он сам звал меня пообщаться с глазу на глаз. Но тогда ведь придется раскрыть себя. Он знает, что кто-то что-то выкопал в подвале дома Старосты сгоревшей Листьеры. Теперь будет знать, кто именно. И явно не остановится на этом, а попытается получить ответ и на второй вопрос.
В любом случае я не собираюсь говорить ему, что прибыл по его приглашению. Нужен другой повод или хотя бы другой уровень. Так что аудиенция с мэром откладывается, как бы сильно я ни желал взглянуть на упомянутый Таллом артефакт.
Стало быть, сейчас у меня выбор не велик – остается только заводчик собак. Эх, светает уже. Покушать бы да поспать.
Но отдохнуть я позволил себе лишь часа через три – потратил это время на петляние по лесу. Я медленно продвигался к конечной точке маршрута, успокаивая попадающихся под руку волков. Один раз встретил весьма крупный экземпляр, но особых хлопот он мне не доставил, а вот опыта с этого хищника перепало почти в полтора раза больше обычного.
Я опасался, что стража Трикуни начнет расследование и выйдет на Тайона. А уже он им расскажет, что послал меня к заводчику, поэтому я не стал двигаться по самому тракту или вдоль него.
И вот, когда солнце уже поднялось достаточно высоко, я убедил себя, что хвоста нет и, выбрав дерево повыше, приступил к завтраку. Заполнив шкалу потребностей «Пища» и «Питье», я взглянул на свои текущее статы. Они высвечивались с учетом плюсов от предметов:
